Чтение онлайн

Один из пауков подобрался поближе и вцепился Седрику в ногу. Парень застонал и упал на колено.

Я быстро осмотрел местность, фиксируя обстановку. Крама не наблюдалось - похоже, у парня были серьезные проблемы. Или банально не хватило времени, чтобы сюда добраться. В любом случае, он уже не соперник. А вот Диггори необходимо помочь. Немного, чисто по-человечески. Не бросать же его!

– Редукто максима!
– у меня наконец-то появилась возможность использовать это заклинание. Раньше я его видел лишь один раз и в исполнении Локхарта во время поединка с Уильямсоном, а потом пересматривал в Омуте Памяти. Эти чары меня впечатлили.

Я метил в дальнего от Седрика паука, так, чтобы пуффендуйца случайно не задело. С кончика палочки сорвался темно-синий луч. Эффект получился мощным, чудище буквально разорвало на несколько частей и во все стороны полетели лапы, жвала, шерсть, куски какой-то дряни и земли.

– Диффиндо!
– Диггори наконец-то пришел в себя и применил новое заклинание. Мы хоть и изучали его на первом курсе, но актуальности от этого оно не потеряло. Две лапы с правой стороны паука отлетели в сторону, срезанные невидимыми ножницами.

Седрик поднялся на ноги и с помощью еще одного заклятья добил противника. После этого он повернулся и сделал несколько шагов в моем направлении. Выглядел он неважно, перепачканный землей и слизью, с порванными брюками и сочащейся из ноги кровью.

Вообще, у него сейчас наверняка в крови яд. И по действию он весьма неприятен, вызывая боль, тошноту и сильнейшую интоксикацию.

Я, честно сказать, не перестаю удивляться канонному Поттеру. Ведь ему постоянно что-то ломали, били, портили, он падал с высоты, его кусал василиск, пауки и много кто еще... Как парень после этого себя чувствовал? Последствия травм и укусов - сильнейшее магическое и ядовитое отравление. И их эффект не снимешь простым приемом одного или парочки зелий. Тут нужно всестороннее обследование и правильное, тщательное лечение. А его, судя по описаниям, лечили на скорую руку. И всегда лишь наш школьный колдомедик, а не профессиональный, как и положено, целитель. Бедолага...

– Спасибо тебе, Гарри!
– Диггори попытался изобразить улыбку.
– Похоже, ты меня спас!

– Пожалуйста, Седрик!
– я улыбнулся и в тот же миг дотронулся до Кубка.

Портал засосал меня, словно ухватив изнутри тела в районе пупка, одновременно перекручивая и перемещая. Всего секунда, а может и меньше, и вот я уже стою около трибун.

Сообразив, что попал куда надо и никакие неожиданности не грозят, я убрал палочку в чехол.

Народ увидел меня и заорал. Спустя миг со стороны пуффендуйской трибуны послышался громкий, разочарованный и слитный выдох - они так надеялись на Кубок!

Ученики бешено кричали, размахивали руками, шарфами и всем прочим.

А я с улыбкой наблюдал, как ко мне бегут все мои друзья - Луна, Гермиона, Драко, Билл, Майкл, Невилл и Колин. Последний пытался одновременно и похлопать меня по плечу и что-то успеть сфотографировать. А следом спешил весь Когтервран!

Увидев, что Кубок завоеван, Макгонагалл, Каркаров и Снейп отправились в лабиринт за Диггори и Крамом. Флер Делакур уже была здесь - бледная и расстроенная. Мадам Максим в окружение учеников Шармбатона пыталась ее подбодрить.

Буквально через минуту и Крама и Диггори доставили к трибунам. Началась церемония награждения.

Со всех сторон на меня смотрели сотни смеющихся и ликующих лиц. И лишь на некоторых проглядывала откровенная зависть, недовольство или равнодушие. И это было очень приятно. Но еще приятней то, что живой и невредимый Седрик, молодой парень с чумовым потенциалом, живой и невредимый, стоит около меня и улыбается всему Хогу. И ему все улыбаются.

Для начала меня покачали на руках, и обнимали так, что чуть не удушили, вытащили на сцену, вручили какую-то медаль, грамоту, тысячу галлеонов и долго говорили о том, какие умные и способные все четверо участников, и какая перспективная поросль, в лице Поттера и Диггори, растет в магической Британии.

Всем в тот вечер захотелось что-то сказать. Дамблдор говорил хорошие и правильные вещи о дружбе и международном сотрудничестве. Глядя на его одухотворенное лицо, я поймал себя на мысли, что он и сам во все это верит. И ему все верят.

Мадам Максим поздравила меня от лица Шармбатона и выразила признательность всему Хогвартсу за теплый и радушный прием.

Игорь Каркаров сказал всего несколько слов, ограничившись общими фразами. Во время своей короткой речи он особо и не скрывал своего недовольства, и в мою сторону даже не посмотрел.

Последним говорил министр Фадж. Он громогласно поздравил меня с победой и добавил, что и для меня и для Седрика Диггори уже припасено соответствующее местечко в министерстве и в свой срок мы его займем.

Что еще я увидел? Поклонницы, цветы, шампанское и все том же духе. Хе-хе.

Одним из первых, кто подошел ко мне после официальной части, был отец Седрика - Амос Диггори. Он был ниже сына на голову, упитан и добродушен. Не спрашивая ни слова, он вцепился в мою руку и начал ее энергично трясти.

– Вы замечательный молодой человек, Гарри Поттер. Мы с сыном будем всегда рады видеть у себя в гостях.

– Э-э.., спасибо, сэр. С радостью воспользуюсь вашим гостеприимством, - похоже, Седрик кое-что рассказал отцу.

– Ну, все, теперь я точно напьюсь, ты сам в этом виноват, Гарри, - Блэк охватил меня за плечи и обратился к Амосу.
– Не составите компанию?

– Почему бы и нет?
– ответил старший Диггори и повернулся к супруге.
– Не бойся, дорогая, завтра я снова буду нормальным человеком!

– Не возражаете, если и я присоединюсь к пирушке?
– откуда не возьмись появился улыбающийся и невероятно колоритный Ксенофилиус Лавгуд. Он весело подмигнул и беспечно помахал тростью.
– Повод у нас имеется, не так ли?

– Прекрасно! - Сириус широко улыбнулся.
– Мы будем рады вам, Ксенофилиус. Ну что, погнали? А то ведь сами себя задерживаем.

Что тут еще сказать? Что бывает после праздника? А после счастливо закончившегося праздника? Правильно - гулянка.

Вот она-то и началась тем вечером.

Весь Хогвартс превратился в один гудящий, и даже пьющий муравейник. И если поначалу были те, кто выглядел недовольным и расстроенным, то атмосфера праздника, веселья и радости, помноженная на осознание от окончания учебного года, захлестнула всех с головой.