Чтение онлайн

Мы поочередно побывали в гостиной Когтеврана и Пуффендуя, заглянули в карету Шармбатона и почти прорвались на "Летучий голландец" Дурмстранга. Почти, потому что Каркаров все же смог остановить всю эту огромную толпу.

В какой-то момент я понял, что переживаю один из счастливейших моментов всей жизни.

Мы сидим на природе. Ярко горит костер, трещат угли, а языки пламени, словно живые, извиваются в непрерывном и затейливом танце. На коленях у меня пристроилась Луна, вокруг кто-то играет на скрипке и гитаре, а воздух гудит от фейерверков.

По комнатам все разошлись далеко за полночь. А утром отправились домой.

Мы возвращались в Лондон, и обратная дорога получилась какой-то невеселой. Гермиона снова захандрила, уселась в угол дивана, закрылась книжкой по трансфигурации и практически всю дорогу читала. Или делала вид, что читала.

Все вместе мы пытались как-то привести ее в чувство, развеселить и прогнать уныние, но ничего не помогало, а на все наши вопросы Грейнджер отвечало однотипно "все хорошо, просто устала".

Колин Криви шутил и рассказал парочку забавных случаев, но особого смеха они не вызвали.

Потом друзья переглянулись и вышли из купе. Я остался с Герми один на один и думал, что что-то смогу...

Вот только той легкости и непосредственности, что раньше была между нами, больше не ощущалось. После Святочного Бала мои друзья резко подросли и все изменилось. Раньше я смог по-дружески обнять Герми, погладить по волосам и вновь достичь взаимопонимания и гармонии. А вот сейчас все эти приемы перестали работать.

Мне даже не удалось вызвать ее на откровенность. Она многозначительно посмотрела на меня и просто ушла, сказав, что хочет прогуляться.

– Ну как?
– в купе первым вошел Малфой.

– Никак, - я развел руками и вздохнул.

А потом мы приехали в Лондон.

– Вот закончился и еще один год, - задумчиво сказала Грейнджер, когда мы стояли на платформе. В её голосе звучала грусть.
– Теперь уже не будет как прежде.

– Ерунда, прорвемся, - беспечно отмахнулся Драко.

– Что-то умирает, что-то рождается, - спокойно сказала Луна.
– Не расстраивайся, Гермиона!

– Вместе мы сможем все преодолеть, - расстроенный Невилл потер нос.

– Как захотим, так и будет, Герми, - я попытался приобнять подружку.
– Все зависит лишь от нас самих.

– Нет, не все, - Герми выскользнула из моих рук и невесело улыбнулась.
– Мне пора идти, вон мои родители. Всего хорошего, ребята.

Она махнула нам рукой и пошла по перрону - стройная, худенькая и такая независимая. Меньше, чем через три месяца ей исполнится шестнадцать лет.

– Гермиона на перепутье, - негромко произнесла Луна, но это и так всем было ясно.

Грейнджер права - наша жизнь зависит не только от нас, но и от окружающих. И поэтому, надо всеми силами стремиться к тому, чтобы стать хозяином своей судьбы, а не плыть, как каравелла без руля и паруса в штормовом море.

Вот только жаль, что пытаясь стать хорошим человеком, ты все равно не можешь сделать так, чтобы все были довольны и счастливы. И у каждого свое, индивидуальное виденье счастья.

Эпилог

Большой кабинет был богато обставлен - стол и стулья из красного дерева, уходящие под потолок резные шкафы, вощеный паркет, две большие картины, несколько канделябров с горящими свечами и множество больших и маленьких артефактов непонятной конструкции и назначения.

Около одной из стен стояли напольные часы. Маятник неспешно, но методично отмахивал секунды, а три гири находились практически в одинаковом положении.

Напротив часов, у противоположной стены, в обложенном камнями камине горел огонь. Несмотря на лето, здесь всегда присутствовала легкая прохладца, и живой огонь позволял, не прибегая к чарам, создать более комфортную температуру.

В кабинете имелось несколько окон, частично закрытых тяжелыми шторами. В двух из них расстилался безжизненный и сухой пейзаж прокаленной на солнце пустыне, с барханами и безжалостным, белесого цвета солнцем. За третьим окном находился ночной лес...

Все это был мираж и иллюзия. Кабинет отдела Тайн Британского Министерства Магии находился глубоко под землей, и здесь не могло присутствовать никаких окон и тем более экзотических пейзажей за ними. Просто так работающие тут маги делали свою жизнь более разнообразной.

В кабинете расположились четыре человека.

Старший из них - невысокий старик с безмятежным выражением на лице, тонкими, редкими волосами и бровями, встопорщенными, как у старого филина, был одет в суконный кафтан старинного покроя. В руках он держал большую трубку и периодически выдыхал целое облако душистого дыма, отдающего медом. Около него на столе лежал потертый кожаный кисет и простой коробок спичек. Этого человека звали сэр Генри Кавендиш.

Кавендиш сидел в удобном кресле с высокой спинкой, закинув ногу на ногу, и с нескрываемым любопытством осматривал остальных трех мужчин, что расположились кругом около него.

По левую руку от Кавендиша находился худощавый Солар Крокер - среднего роста маг с карими глазами, тонким носом и узким подбородком, который все время играл с какой-то непонятной серебряной безделушкой.

Третий человек - Роберт Уильямсон, по своей всегдашней привычке собрал длинные волосы в пучок и надел мантию красного оттенка, расположился чуть дальше, в глубине кабинета, за дальним столом.

Последний - Ксенофилиус Лавгуд, как и обычно, выглядевший совершенно умиротворенно и загадочно, являлся начальником данного отдела и хозяином кабинета.

– Докладывай, Сол, - произнес Кавендиш, выпуская очередной клуб дыма.

– Если не возражаете, сэр, я бы хотел начать с самого начала. Вспомнить, так сказать, все предшествующие события.., - дождавшись кивка Кавендиша, Крокер продолжил.
– Двадцать третьего июня 1990 года мы зафиксировали временную аномалию. Ее геометрия была не сильной и расплывчатой, что подразумевало достаточно большой радиус охвата. Поэтому нам пришлось очертить на карте огромную окружность вокруг Лондона и предполагать, что событие произошло именно там. И интересующий нас человек должен находиться внутри этого круга.