Чтение онлайн

Я уже слышал Разлом. Ждал гул ветра, зажатого в аэротрубе, или хотя бы бубнеж кухонной вытяжки. Но нет — похоже было на тяжелое, прерывистое дыхание с периодическим бурлением недр. Из Разлома выскочила снежная волна «поземки», перевалилась через край и неспешно прошла мимо меня.

— Аккуратнее, слышишь чавкающие звуки? — спросила доктор. — Это либо споровая аномалия, либо скопление скелетов радиолярий. Для Ориджиналов только условно безопасны. Длительное воздействие никто не изучал.

— А что-то конкретное вы успели изучить?

— Как сказать, — доктор усмехнулась. — Такое ощущение, что все известные, да и неизвестные, бактерии, которые мы когда-либо находили в вечной мерзлоте на Большой Земле, есть и здесь. Только мутировавшие в каких-то невообразимых размерах. И добрее они не стали.

Я подошел к краю Разлома, уже четко различая раскинувшуюся впереди пустоту. Там, в глубине клубился снежный туман. Из-за этого казалось, что это я высоко-высоко где-нибудь в горах, а не дно Разлома где-нибудь низко-низко под землей.

Дно я так и не увидел. Даже когда свесился с небольшого выступа, то почти на километр вниз был только неровный каменный склон с острыми гребнями. Еще был черные пятна-проплешины, светившиеся красными прожилками. А в местах, где склон был более отвесным, эти черные пятна напоминали гнезда, внутри которых что-то двигалось и бурлило.

Я выбрал место, где красного не было хотя бы под самым карнизом, и прыгнул вниз.

Скатился, как в лунке, между двумя острыми гранями. Проехав по льду чуть больше шестидесяти метров, уперся ногами в камень, перескочил его и еще пробежал метров пятнадцать по инерции. Наконец, затормозил и позвал за собой Хомяка вместе с Фруней. Поймал первого, а второго (нагруженного снаряжением) пропустил немного вперед до ровной площадки. После этого осмотрелся.

Энергетический фон ухудшился, а у сканера начались неслабые глюки. То одновременное обнаружение вообще всего вокруг: и органики, и минералов, и чуть ли не фантомых Ориджиналов. То полная, абсолютная пустота с постоянно меняющимися очертаниями рельефа вокруг.

— Сканеры не справляются, слишком большое количество псевдообъектов и энергетических организмов, — подтвердила очевидное Сюин-старшая. — Кое-как стабилизируется минут через двадцать, но полной картины мы ни разу не смогли получить.

Я запустил автоматическую калибровку с распознаванием и фильтрацией обнаруженных частиц. Разделил на слои, выставив приоритеты на рельеф и аномалии. С органикой сам разберусь: микроскопическую мелочь должны поймать фильтры, а что-то более крупное будем на глаз определять.

Собственно, ждать оно себя не заставило — тут же из-за камня, торчащего по ходу движения выполз первый монстр. Или монстрик, учитывая, что размером он был с мой ботинок. Белый, практически незаметный на склоне, паук с приплюснутой головой. На которой было четыре глаза: два крупных «ореха» по бокам и две «пуговки» на уровне носа. Под ним пара клыков. Либо сдвоенные, либо сточенные и расщепившиеся.

Если бы не бледно-медные вставки на голове и лапах, я бы, может, его вообще не заметил. С виду даже не очень страшный и немного лохматый — по всему телу и больше всего с лап свисали тонкие белые нити.

Система его не распознала, мой сканер принял светлые вставки за минерал (хотя, не удивлюсь, если так оно и было), а вот экшн-сканер тут же подсунул подсказку: «Тунтоу спайдер». Он же — «паук медная голова», если попытаться дословно перевести этот микс терминов и языков.

— Аккуратней! Остерегайся волосков, — крикнула доктор, начав вертеть моим «попугаем» на плече. — Они липнут к скайкрафту, пробить не смогут, но…

— Вижу, — я перебил Сюин-старшую и чертыхнулся. — Хомяк назад! Замри!

Со всеми этими экшн-сканера и доступами совсем забыл перенастроить Хомяка. Как только спот заметил опасность и оценил размеры, так тут же бросился в атаку. Откусил спайдеру голову и бросился за камень, откуда тот вылез. И сразу попятился назад, но уже как репейником обвешанный сразу четырьмя тунтоу. Еще несколько показалось из-за соседнего камня, и где-то с десяток скользили за мной по склону.

Я активировал скаутган и начал прицельно, по одному отстреливать спайдеров. Калибра им хватило — при попадании в брюшко, они почти что лопались, а вот прямые выстрелы в медный лоб, лишь отбрасывали их, как щелбаны.

Перебил сперва тех, кто облепил Хомяка. Но свободы ему это не прибавило — лапки и куски брюшек все еще болтались на волосках. Тут уже не только репейник, но и лишай полноценный. Еще и в суставы набились, сковывая движение.

Я подскочил на высокий камень и начал вертеться, отстреливаясь по сторонам. Один выстрел — один труп. Без учета попаданий в лобешник. Там были возможны варианты: голова либо просаживалась по самые плечи, и пауков это не смущало, либо отлетала в сторону. Что тоже особо не мешало паукам бежать на меня еще пару метров.

Отстрелял полный магазин скаутгана и переключился на крафткомпакты. Очертил вокруг камня круг из трупиков и еще один вокруг Хомяка, никого к нему не подпуская. Фруню спайдеры игнорировали, либо не чувствуя в нем опасности, либо не считая его энергетическим объектом.

Черт! И даже не спрыгнешь никуда — тут же впутаешься в ледяные волосики, которые после смерти носителей не опали, а наоборот вытянулись вверх и «щупали» воздух.

— Они симбиоты, — подсказала доктор. — Волоски-паразиты просто живут на телах. Медный окрас показывает степень заражения. Это молоденькие, а вот у более старых особей цвет насыщенный, почти красный.

— Ага, а как они отнесутся к энергетическому удару?

— Сработает как раздражитель, — ответила доктор. — Безусловно, их отбросит, но потом за уши не оттащишь. А, скорее всего, привлечешь еще кого-нибудь.

Я активировал «рывок» на «акробатике» и, чувствуя необычную легкость, сиганул через метровый гребень, допрыгнув до следующей высокой глыбы. Еще в полете разглядел вереницу тварюжек, крадущихся вдоль гребня. Перезарядил скаутган и дал по ним длинную очередь. Засек в заметках системы, что Хомяк получил урон, и телепортировался прямо к нему. Пнул оскалившегося на меня спайдера в медный лоб и растоптал второго, чудом не задев, вставшие дыбом, волоски.