Цикл романов "Молодость короля Генриха"
Шрифт:
– Да как же быть?
– Но пожалуйста, выбирайте! – предложил Арнембург.
– О, после вас! – любезно отклонил граф Кревкер.
– Да уверяю вас, что мне это совершенно безразлично! Лишь бы только лошадь довезла меня до Замка Дьявола, а там…
– Что такое? – сказал граф.- Куда?
– К Замку Дьявола, то есть к развалинам, которые так называются.
– Но ведь я тоже направляюсь туда!
– Да? – вспыхнув переспросил Арнембург.
– Но ведь, насколько мне известно, развалины необитаемы,заметил граф.
– Они станут обитаемыми на эту ночь, раз меня ждут там,ответил Арнембург.
– Да ведь меня тоже ждут!
– Знаете что? Это начинает становиться чересчур странным! Вы приезжаете в лодке – я тоже, вас ждет одна лошадь – меня другая, вы едете в Замок Дьявола – я тоже. Что все это значит?
– Очевидно лишь то, что мы едем с одинаковой целью!
– Но я не знаю, что это за цель!
– И я тоже!
На минуту воцарилось молчание. Затем сир д'Арнембург заговорил снова:
– А все же я могу рассказать вам кое-что, что возбудит ваше любопытство!
– Пожалуйста, я слушаю вас!
– Я уже сказал вам свое имя. Прибавлю, что я родом люксембуржец и состою на службе у его светлости герцога Гиза, да продлит Господь его часы!
– Я тоже служу герцогу!
– В качестве капитана герцогских войск я стоял гарнизоном в городе Меце.
– И я тоже!
– Так вот там, в Меце, я почувствовал всепожирающую страсть к женщине, до которой мне было далеко как до луны!
– Это слово в слово то же самое, что случилось со мной!
– Я похоронил эту любовь в глубочайших недрах своего сердца,- продолжал люксембуржец,- как вдруг сегодня утром получаю записку: "Вы любите такую-то, и эта дама знает о Вашей любви".
– Простите,- перебил его граф,- как же могла эта дама узнать о вашей любви, раз эту любовь вы похоронили в "глубочайших недрах вашего сердца"?
– О, это произошло совершенно неожиданным образом. Несколько месяцев тому назад я был в церкви, где никого не было, как я, по крайней мере, думал. Там, упав ниц пред лицом Всемогущего, я…
– Там вы обратились к Богу с просьбой залечить ваше сердце от безумной роковой любви, а любимая вами дама в это время находилась за выступом вблизи вас?
– Вот-вот!
– И эта дама услыхала, как вы признавались Богу в своей любви к ней?
– Но позвольте! Кто мог сказать вам все это?
– Никто.
– Но тогда, как же…
– Ваша история – точнейшее повторение моей собственной,сказал граф.
– Что такое? – грозно крикнул люксембуржец.
– И я могу даже назвать вам имя любимой вами особы! – невозмутимо продолжал Кревкер и, наклонясь к уху люксембуржца, прошептал ему что-то такое, от чего д'Арнембург подскочил словно ужаленный.
Между тем граф, назвав Арнембургу таинственное имя, отступил с поклоном на шаг и сказал:
– Насколько я вижу, мы соперники!
– Я тоже так думаю!
– Следовательно, нам остается лишь прибегнуть к оружию!
– Но позвольте!..
– Мы должны биться насмерть!
– Погодите, сударь,- холодно прервал графа д'Арнембург.Надеюсь, вы не заподозрите, что я способен испугаться чьейнибудь шпаги?
– Я этого не думаю во всяком случае!
– И все же я нахожу ваше предложение решить вопрос поединком совершенно неприемлемым. Этот способ не годится, не подобает для данного случая!
– Однако позвольте! Вы только что были готовы драться из-за лошади! Значит, вы находите, что женщина не стоит того?
– Ничего подобного. Я думаю, что раз женщина, из-за которой вы хотите драться, назначила нам здесь свидание, то у нее должны были быть для этого основательные причины. Очевидно, она решила, что любовь обязывает к преданности и что если мы действительно любим ее, то подумаем не о себе, а лишь о ней. Раз она зовет нас – значит, она нуждается в нас, и не в одном только, а в обоих!
– Вы совершенно правы,-: согласился граф.- Мы должны спрятать шпаги в ножны и мирно ехать вместе к развалинам, где мы узнаем, что нас ожидает.
– Отлично!
– сказал люксембуржец.- В таком случае благоволите выбрать лошадь.
– Я беру черную.
– Ладно,- ответил Арнембург, садясь на белую.
– Знаете ли вы дорогу? – спросил граф.
– Нет,- ответил его спутник,- но мне было сказано, что лошадь сама доставит меня куда нужно.
– Ну а я знаю дорогу и буду руководить нашим путем!
– Отлично! Вперед!
Молодые люди дали шпоры лошадям, и граф Эрих повел своего спутника по узкой тропинке, которая шла к Долине Фей.
Оба они ехали молчаливо, погруженные в свои мысли, и оба думали почти одно и то же: "Раз нас двое – значит, ясно, что женщина, которую мы оба любим, сама не любит ни одного из нас. Но ей нужны наши шпаги, и вот она зовет нас к себе!"
Но еще другая мысль скользнула у каждого из них: "А все же, как знать? Быть может, если бы я был один, то…"
И оба они уже жалели, почему не решили вопроса смертным боем!
Когда они подъезжали к Долине Фей, над которой высились развалины старого замка, до них донесся стук чьих-то копыт и чье-то энергичное немецкое проклятие.
– Это еще что? – спросил граф Эрих.
В этот момент взошла луна, и на освещенной ею долине вырисовалась фигура всадника, который, заметив наших путешественников, направился к ним.
– Скажите, господа,- обратился он к ним,- вы здешние?
– Да,- ответил Кревкер.
– В таком случае не укажете ли вы мне, как проехать к Замку Дьявола?
– Как,- воскликнули в один голос Кревкер и Арнембург,- вы тоже едете туда?
– А разве и вы держите туда путь?
– Ну да! Нас ждут к двенадцати часам.
– Да ведь и меня тоже!
– Но если это так,- сказал граф,- то вы, наверное, не встретите никаких препятствий к тому, чтобы назвать нам свое имя?
– Меня зовут Конрад ван Саарбрюк, я вассал герцогов Лотарингских!
– А не можете ли вы сообщить нам, что заставило вас пуститься в этот путь?