Цикл романов "Молодость короля Генриха"
Шрифт:
Королева ничего не ответила, но ее сердце забилось быстрее, а по лицу разлился легкий румянец.
"Черт возьми! – подумала Нанси, – на берегах Луары царит удивительный климат – тут клубника вызревает в несколько часов!"
Стук копыт становился все слышнее, и вскоре в лучах луны показалась фигура всадника. Это был, как и предполагала Нанси, их случайный знакомый.
Догнав экипаж, Ожье де Левис подъехал к правой дверце, и Рауль тактично поспешил уступить ему свое место, переехав на левую сторону, то есть поближе к Нанси.
– Боже мой,- сказала Маргарита, отвечая на поклон молодого человека,- вы, как видно, очень торопились в Блуа?
– Простите,- ответил молодой человек,- но я торопился догнать вас… Дороги так опасны теперь.
– В самом деле? – сказала Маргарита.
– Да, в этих краях происходят ежедневные схватки гугенотов и католиков, а грабители и разбойники пользуются религиозными вопросами как предлогом для нападений на мирных путников. Я потерял бы право именоваться дворянином, если бы не стал сопровождать вас.
"Ах, уж эти мне гасконцы! – подумала Нанси.- Всюду-то они вотрутся и всегда сумеют убедить, что они очень нужны!"
– Ну а в Блуа как обстоят дела? – спросила Маргарита.
– Там происходят постоянные уличные драки, и еще недавно в гостинице "Серебряный единорог" была кровавая схватка.
– Но в таком случае я боюсь останавливаться там!
– Что же делать? Это единственная гостиница для приличных людей. Маргарита высунулась в левую дверку и крикнула:
– Рауль!
– Что, тетушка?
– Как ты думаешь, что наши лошади не смогут проехать за Блуа?
Но у Рауля уже не было теперь оснований настаивать на ночлеге в Блуа, а потому он сказал:
– Да, в сущности говоря, ночь стоит свежая и лошади, пожалуй, смогут пробежать лишнюю пару лье. Ожье вздрогнул при этом ответе, так как ему было необходимо повидать в полулье от Блуа пятого дворянинагугенота, который должен был выставить подставу.
В этот момент к нему обратилась Маргарита:
– Не знаете ли вы около Блуа какого-нибудь города или деревушки, где можно спать спокойно, не опасаясь быть разбуженным выстрелами и криками бешенства.
– Да, знаю,- ответил Ожье,- в трех лье от Блуа имеется спокойная деревушка, по названию Бюри.
– А что, если бы мы проехали туда?
Ожье задумался на самое короткое время. Но его колебание успокоилось под влиянием следующего рассуждения: ведь он может проводить даму до Бюри, съездить на свежей лошади в Блуа, а оттуда успеть вернуться обратно в Бюри еще до восхода солнца. Да, он был на роковом пути! Любовь начинала брать верх над чувством долга… Но улыбка мнимой госпожи Шато-Ландон завораживала его, и он поспешил ответить:
– Я весь к вашим услугам!
– Но найдем ли мы в этой деревушке приличную гостиницу?
– Мы найдем там отличный замок.
– А, так вы, наверное, знакомы с его владельцем?
– Это мой родственник.
– Что это за человек?
– Он гугенот…
– Фи! – с презрением сказала королева.
– Это очень гостеприимный человек. К тому же его в данный момент нет в замке, так что мы будем там полными хозяевами. Хозяин – его зовут Гектор де Бюри – служит в Наварре. Когда я видел его в последний раз, он сказал мне: "Можешь останавливаться в моем замке каждый раз, когда будешь бывать в Блуа. Мой управляющий примет тебя с распростертыми объятиями".
– Но что скажет этот управляющий, увидев нас с вами вместе?
– Я выдам вас за свою кузину.
– Отличная идея! – сказала Нанси, которая не теряла ни словечка из разговора.- Очень советую вам, тетя, поступить так.
– Ну что же, я согласна! – сказала королева, которую забавляла эта комедия с инкогнито.
– Значит, решено, и мы переночуем в замке Бюри? – спросила Нанси.
– Да, мадемуазель! – ответил Ожье.
– В таком случае, Рауль, прикажи подогнать лошадей!
Паж отдал соответствующее распоряжение, и маленький караван ускорил шаг.
Проехали Блуа, и экипаж направился по прелестной дороге среди леса, которую показал Ожье. Маргарите очень нравилось слышать голос Левиса, отдававшего распоряжения погонщикам; его южный акцент и быстрая, порою насмешливая речь пленили ее.
– Где вы родились? – спросила его она.
– В По.
– Вам приходилось видать наваррского короля?
– Один раз в жизни.
– А где это было?
– В Нераке.
Лес кончился, и кортеж выехал на полянку. Впереди виднелась мирная деревушка Шамбон, а за нею на холме высились башенки старого замка. Это и был Бюри.
Маргарита выразила желание пройтись, и, разумеется, Ожье сейчас же соскочил с лошади, чтобы предложить королеве руку.
– Ну вот! – сказала своему жениху Нанси.- Теперь мы можем поговорить по душам, милый Рауль.
– Дорогая Нанси! – ответил паж, окидывая девушку влюбленным взором.
– О, мы будем говорить не о своих делах, а о делах королевы Маргариты,- смеясь заметила та.
– А для чего?
– Как "для чего"? Уж не думаешь ли ты, негодный, что все происшедшее является делом одного только случая?
– Но, Господи…
– Пожалуй, случай сыграл свою роль, но потому, что я помогла ему, и ты видишь, какое славное дельце сотворили мы со случаем.
– Это так. Но я не понимаю, какой тут интерес для вас, Нанси?
Камеристка приняла важный вид и ответила:
– Ты еще молод, милый мой, и многого не понимаешь!
– Ну уж будто бы! – запротестовал паж.
– Но я постараюсь объяснить тебе, как могу, создавшееся положение.
– Я слушаю вас.
– Наваррский король лишился любви своей супруги…
– Это неоспоримо.
– И притом навсегда.
– Вы думаете?
– Я достаточно знаю свою госпожу, чтобы уверенно сказать это.
– Черт возьми!
– И вот в тот самый момент, когда королева Маргарита поклялась разлюбить своего супруга, она дала себе еще и другую клятву: полюбить кого-нибудь вновь.
– Неужели?
– Ну конечно! Во-первых, наша госпожа придерживается воззрений олимпийских богов.
– То есть любит мстить?
– Разумеется! Во-вторых, она так же нуждается в любви, как все люди в воздухе или рыбы в воде.