Чтение онлайн

Бровь павшего бога дёрнулась на миг:

— Думаете, ваши люди восхвалят вас за такую жестокость?

— Я не забыл о людях, погибших во время твоего нападения на мой дом, — огрызнулся я в ответ.

Карэнт ухмыльнулся:

— Хороший довод. Я также хотел бы добавить, что вы, похоже, очень быстро адаптируетесь к бессмертию.

Его слова ударили меня как молотом, но я отказывался радовать его видом моей нерешительности:

— Иди. Завтра я встречусь с тобой здесь, чтобы узнать, что ещё ты выяснил. Принеси письменные принадлежности, мне может потребоваться послать ещё одно письмо, — сказал я, отвернулся от него, и пошёл прочь.

На этот раз я был готов к неприятностям, телепортируясь в свой дом. Моё главное опасение, что моя семья может быть дома, уже было развеяно. Второе опасение, что Сэр Иган или другой рыцарь может ждать меня, на самом деле больше не являлось проблемой.

Атака пришла даже раньше, чем в прошлый раз, ещё до того, как я смог сориентироваться. Зачарованный клинок ударил в моё левое плечо, двигаясь сверху вниз. Не будь на мне брони, он бы отсёк мне и голову, и правую руку. Но поскольку броня на мне была, атака обернулась для меня мощным толчком в плечо, грозившим сбить меня с ног.

Я сумел сохранить равновесие, но сразу же обнаружил, что мой бронированный оппонент, двигаясь с молниеносной быстротой, подсёк мне правую ногу. Его меч сменил направление, переместившись вместе с рыцарем, пока тот делал подсечку, и поменяв второй размашистый удар на прямой укол. Тот был нанесён с выверенной точностью, прорвав кольчугу у меня под мышкой, в одном из немногих незащищённых латами мест. Клинок плавно вошёл в моё тело, разрывая кость, мышцы и органы, пока кончик не вышел с обратной стороны.

«Сукин сын! Быстрый какой», — подумал я, пока мой разум силился уследить за разворачивающимися событиями. Мой оппонент напал с нечеловеческой скоростью, и изменил свою стратегию за доли секунды, приняв во внимание мою латную броню. Будь я человеком, или даже ещё одним Рыцарем Камня, я уже, наверное, умер бы. «К счастью, я больше не человек», — заметил я с иронией. Я, наверное, впервые порадовался этому факту.

Мои собственные скорость и рефлексы заметно увеличились, хотя у меня почти не было навыков пользования ими. Я сумел схватить защитника за запястье, надёжно и безопасно сковав его руку и сжатый в ней меч. Проколотая мечом грудь на самом деле особой трудностью для меня не была. Вот если с меня сорвут латы и порубят тело на части — вот тогда будет трудно. Я осклабился под шлемом, когда наконец осознал, какой из моих рыцарей так эффективно работал над тем, чтобы уничтожить меня.

— Сайхан! — поприветствовал я его, продолжая удерживать его руку. Моя сила превышала его собственную, и на долю секунды я подумал было, что у меня может быть шанс объяснить ему мою ситуацию.

Я не учёл его поразительное упорство, и его способность почти мгновенно реагировать на изменения условий боя. Он произнёс слово, крепко сжимая меч, но не для того, чтобы выдернуть его у меня из груди, а чтобы удерживать его на месте, когда во мне вспыхнуло пламя Солнечного Меча.

На миг мир взорвался, когда пламя забушевало внутри моей брони, струями вырываясь из сочленений, и даже наполняя мой шлем. На меня обрушились хаос и боль, пока я наконец не прошёл в себя. Огонь направлялся через чары, поэтому я не мог впитать или контролировать его, но это едва ли имело значение. Я был воплощением силы. Моя истерзанная плоть исцелялась быстрее, чем пламя успевало её сжигать, и в тех местах, где они боролись друг с другом, из моих ран тёк подобный жидкому золоту свет.

Я безумно засмеялся, чувствуя, как на меня потихоньку находит почти полное сумасшествие, когда я осознал, что мой первоначальный страх был безоснователен. Сайхан не прекращал свою атаку, и я восхищался его решительности. Его должно было выбить из колеи осознание того, что он, прилагая все свои усилия, не оказывал на меня почти никакого эффекта, однако он не останавливался, и не пытался отступить. Каким бы привычным к бою человеком он ни был, уже сейчас-то он точно должен был чувствовать страх.

Вставая, я продолжал крепко сжимать его державшую меч руку, одновременно поднимая всё его тело второй рукой, пока он не оказался почти у меня над головой. Жаль, что придётся его убить. У меня на лице, под шлемом, застыла широкая улыбка, и несмотря на эту мысль, я был наполнен опьяняющим чувством могущества. Я собрался раздавить Сайхана.

Небрежно дёрнув, я вырвал меч у него из руки, и почувствовал, как от этого резкого усилия сломалась одна из костей в его предплечье. Затем я полностью поднял его, приготовившись вогнать его головой в каменную стену. Броня могла защитить его почти от чего угодно, но я знал, что у меня хватало силы её сломать. Моё могущество позволяло мне сделать почти что угодно. Он молотил по мне руками, силясь вырваться, но даже с подпиткой от уз земли его удары были тщетны. Не соприкасающиеся с полом стопы лишали его точки опоры, а моя собственная сила расцвела вокруг меня, закрепляя меня на месте.

Я ринулся вперёд, моя мощь вела меня подобно какой-то ужасной, непреодолимой силе. Пришло время покончить с этим.

— «Нет!»

Этот голос был ментальным криком, донёсшимся откуда-то глубоко изнутри. Он звучал похожим на мой собственный, но я знал, что принадлежал он не мне. Он пришёл из тёмного ядра, располагавшемся в моей сердцевине. Он прозвучал как раз в такой момент, чтобы заставить меня замешкаться в последний миг, отняв часть мощи у моего броска. Но даже так Сайхан влетел в стену с невероятной силой, и точкой удара об стену стало его плечо, а не голова. Один из его наплечников треснул, а сама стена обрушилась. Я выпустил его обмякшее тело, и уставился на него.

Наверное, он был мёртв, и в тот момент мне было совершенно всё равно.

— «Надо проверить! Мёртвый я или нет — я не такой, мне не всё равно».

Моё внутреннее «я» начинало меня весьма раздражать, но я вынужден был согласиться. Моё поведение не было нормальным. Я никогда прежде не был таким безжалостным, таким лишённым сострадания. Я сделал свой шлем проницаемым для эйсара, улучшив свой магический взор, чтобы получить возможность осмотреть Сайхана как надо, при помощи всех моих чувств. Сердце его билось, хоть он и потерял сознание — наверное, сотрясение, определённо сломана ключица, сломано предплечье, вывихнутое бедро, и разнообразные ушибы…

— Или «вторник», в терминологии Сайхана, — сухо заметил я. Этот комментарий стал для меня неожиданностью, и я начал тихо посмеиваться. Жаль, что мой друг не был в сознании, чтобы оценить этот юмор. Это была одна из тех немногих шуток, которые могли его рассмешить.

Хотя шутка эта была совершенно неуместной, и, вероятно, отражала недостаток сочувствия, она была гораздо ближе к моей обычной манере вести себя. «Может, я ещё не совсем сошёл с ума».

— Прости за раны, старый друг, Ничего личного, — сказал я вслух. Затем я выбрался через обломки прочь из помещения. Мне нужно было многое сделать, и я не был до конца уверен, как я всё это сумею совершить.

Магический взор, теперь не затруднённый шлемом, уже сказал мне, что дом был пуст, за исключением бессознательного тела моего друга. «Гора с плеч. Может, я смогу избежать необходимости убить или покалечить ещё кого-то из моей прошлой жизни».

Не теряя времени, я направился прямо к своей цели — к комнате под домом, где лежала Лираллианта. Она была ключом к обоим моим задачам — выполнить Обещание Иллэниэла, и остановить Мал'гороса. Я надеялся, что она, будучи последней оставшейся Ши'Хар, обладает знаниями, необходимыми для того, чтобы усмирить Мал'гороса. Мои обширные воспоминания подтвердили, что Тёмные Боги были созданы, примерно так же, как были созданы Сияющие Боги, но я всё ещё не мог найти знания, которые показали бы мне способ их контролировать.