Чтение онлайн

— Господин Дункан! — кричит Грег. — Налицо использование зелья маны! Отмените дуэль!

— Это не противоречит правилам, — подтверждает мою теорию Дункан. — Дуэль будет продолжена.

— Вот ведь урод… — сквозь зубы шепчет Грег. — Жульничает… Ублюдок…

И его реакцию можно понять, ведь Жерар нарушил баланс сил и приблизил свою победу. Разное количество зелья даёт различный буст маны. Чаще всего применяют «пятёрку» или «десятку» — последняя увеличивает запас в два раза, а первая в половину. Однако ходят слухи, что для адекватного противодействия серафимам, боевые алхимики могли выпивать и «полтинники», и даже «сотки»! Если ты временно повысишь свою силу в десять раз, то жить будешь от силы несколько часов.

Вот смотрю я на Жерара и понимаю, что он принял далеко не десятку, ведь его белки глаз уже посинели, а прошло всего от силы полторы минуты. Я бы поставил на «тридцатку». И при условии, что у него есть ещё два маленьких сына, то он, судя по всему, решил оставить их без отца. Далеко не факт, что Жерар проживёт даже месяц под присмотром лучших медиков королевства.

Похоже, Милиан понимает, что у него нет шансов в честном поединке, а поэтому отменяет заклинание и рисует другое. Через секунду появляется его фирменный дракон, который мощной струёй пламени накрывает оппонента.

Стоит пояснить, что сейчас происходит и почему лорд принял такое решение. Заклинание, которое они использовали изначально, называется «Струя Пламени» — оно максимально эффективно по соотношению затрат маны и огневой мощи. Другие проигрывают либо по части истощения оберега, ли по манозатратам.

Ещё мощность этого заклинания напрямую зависит от количества маны алхимика, и чаще всего побеждает именно тот, у кого оно больше. Техника, скорость — это тоже имеет значение, но когда оба участника использует обереги, на первый план выходит именно запас маны.

Так на что же надеяться Милиан, используя своего дракона? Скорее всего, хочет создать непроницаемую огненную стену и перейти в ближний бой. Как ни странно, но бой на кулаках никто не отменял, и я даже знаю случаи, когда подобные дуэли заканчивались после применения удушающего приёма.

Почему же такую тактику не используют повсеместно? Резонный вопрос, ведь ты можешь накачаться, обучится боевым искусствам, надеть обереги и раздать по щам неподготовленному оппоненту. Но тут опять дело в консерватизме, ведь тяжёлая физическая работа у благородных считает моветоном. Благодаря родословной, они все обладают маной, а поэтому напридумывали негласных правил, по одному из которых сражаться нужно только при помощи алхимии.

Что будет, если Милиан перейдёт врукопашную? Он потеряет репутацию и уважение. В глазах других лорд будет выглядеть читером, коих аристократы не жалуют. Вполне нормальным явлением будет изоляция и своего рода санкции — никто не придёт на его приёмы, да и совместные дела постараются свести к минимуму.

Поэтому у него остаётся всего одна возможность: отречься от семьи, чтобы не опозорить её честь. В таком случае к Мелисе уже не будет никаких вопросов. По сути, Милиан таким образом сможет только сохранить свою шкуру и немного укоротить жизнь Жерара, ведь тот так и так обречён. А то, что он ещё не бросился на толстяка, говорит об одном: лорд размышляет, стоит ли оно того.

Далеко не факт, что он одолеет Жерара в ближнем бою, всё-таки лишние полцентнера — это не шутки. Да и толстяк может банально продолжить поливать Милиана огнём, истощая его оберег. В общем, ситуация сложная, особенно для благородного до мозга костей Майерса. Даже интересно, что же он выберет: честь или жизнь…

— Чего ты медлишь?! — кричит Диана, похоже, она тоже всё понимает. — Сделай это!

— Мама?.. Что происходит?.. — вопрошает Марк.

— Милиан! — продолжает орать без пяти минут вдова. — Хватит стоять! Ты нужен мне живым!!!

— Мама?.. — Марк вообще не одупляет, что происходит.

— Папа… — шепчет Мелиса, по её щеке течёт одинокая слеза. — Прости меня, папа…

— Милиа-а-а-а-н!!! — надрывает горло Диана.

Его дракон выдыхается, у лорда заканчивается мана. Если прямо сейчас он не побежит в сторону оппонента, то уже не сможет использовать эффект неожиданности и потеряет драгоценное время, коего у него осталось совсем немного.

Милиан опускает руку и поворачивается к своим родным. У него написано на лице, что он просит прощения. Оно полнится отчаянием с нотками облегчения. Струя пламени медленно приближается к его мокрой от пота рубашке — оберег вот-вот перестанет работать…

Диана кричит и собирается нарисовать круг, но алхимики Дункана реагируют и сковывают её при помощи камня, лежащего под ногами. Марк с искренним недоумением на лице смотрит на отца, периодически бросая взгляд на Жерара. А Мелиса уже опустила голову и во всю рыдает, ведь она понимает, к чему всё идёт.

Милиан успевает улыбнуться, прежде чем кубометры огня откидывают его на добрую дюжину метров. Даже кратковременного воздействия пламени оказывается достаточно, чтобы тело лорда превратилось в обугленную мумию с малым количеством человеческих признаков. От Милиана остаётся скелет с прилипшей к нему сажей, который медленно догорает.

— Дуэль окончена, лорд Милиан погиб! — громогласно заявляет Дункан и убирает оковы с Дианы.

Майерсы, Грег и остальные слуги бросаются тушить Милиана, но это ему же не может. Ни одна алхимия, даже тёмная, не сможет сделать из обугленной массы живого человека. Им остаётся только залить лорда водой, чтобы сохранить побольше материала для захоронения.

Что ж, моя ставочка сыграла, спасибо Жерару, но это лишь первый этап, и прямо сейчас нужно переходить ко второму…

Пока Болтоны и усатый принц празднуют победу, а Дункан общается о чём-то со своими людьми, я незаметно, прямо под балахоном, рисую «Грёзы». Мне кровь из носу нужно поговорить с рыдающей Мелисой. Я активирую заклинание и делаю так, чтобы она слышала только мой внутренний голос:

— Мелиса, ты можешь и должна отомстить, — она дёргается от неожиданности, смотрит по сторонам, а затем её взгляд падает на меня. — У тебя хватит сил справиться с этим жирным идиотом. Я достаточно хорошо тебя обучил. Заяви о намерении провести смертельную дуэль, и я помогу тебе победить. Победить честно, чтобы ни у кого не было вопросов. Ты должна отомстить!

В этот момент я позволяю ей услышать окружающих, но продолжаю поддерживать «Грёзы». Мелиса смотрит на меня и мотает головой в разные стороны. И она бы, скорее всего, отказалась, если бы не ржущий на всю ивановскую Жерар, который не может нарадоваться своей победе.

Мелиса встаёт с колен и с мокрыми щеками идёт к толстяку. Дункан замечает её полное ненависти лицо и спешит предотвратить преступление. Вскоре и Болтоны замечают приближающуюся девушку, которая сжимает кулаки и смотрит только на ржущего Жерара.

— Я вызываю тебя на смертельную дуэль! — громко объявляет она с пяти метров.

— Чего? — хохочет Жерар. — Хочешь отправиться к своему папаше?

— Мелиса, у вас нет оснований для вызова Жерара на смертельную дуэль. Прошлый поединок таковым не является, — вклинивается Дункан.