Чтение онлайн

Свободный рынок, как отражение глобального господства западной цивилизации в девятнадцатом веке, закончился двумя мировыми войнами в двадцатом веке. Рынка давно нет, свободы тоже, но воспоминание, как вкус печеной картошки из голодного детства, осталось. Рынок из естественной торговли на площади, регулятором которого всегда было отставание от спроса, давно превратился в супермаркет, где спрос и предложение (не говоря уж о ценах) давно регулируют топ менеджеры. А хозяева не знают, чем они владеют и сколько денег у них на счету.

Мечта времен абсолютизма – тотальный контроль - осуществилась только в двадцать первом веке на территории США. Весь мир оказался под колпаком представителей самой свободной страны, где о равенстве и справедливости даже не заикаются: настолько американцы привыкли к правовой клетке.

Стремление некоторых философов (таких, как Сартр, Фрейд, Камю, Поппер, Фромм, Тойнби, Хайек) осмыслить происходящее на Западе, мало что изменило в нарастающем потоке цивилизационных трансформаций. На обдумывание последствий научно-технического прогресса нет не только времени, но и желания.

Мир приблизился к последней черте, а большинство людей это безумие принимают за развитие и прогресс! Налицо снижение умственных и физических способностей человека, то есть деградация. Однако, большинство людей убеждены, что произошел качественный «скачек в развитии» цивилизации.

Представьте картину: человек упал и ползет, но сам он считает, что он летает. Как ему объяснить, что «рожденный ползать, летать не может»?

Прогресс как социальное развитие

«Не сон разума рождает чудовищ,

а его пробуждение»

Г.Норманн.

Если классические теории прогресса рассматривать как «постепенное освобождение человечества от невежества и страха на пути ко все более высоким и рафинированным уровням цивилизации», то становится страшно от грядущей космической высоты. «Все более возрастающие» уровни Западной цивилизации вовсе не избавляют человечество от страха, они лишь добавляют в него определенное разнообразие. Фобий становится все больше, а возможностей избавиться от них – все меньше.

Причинами появления новых страхов являются научные «достижения» цивилизации: техногенные катастрофы, аварии на транспорте, новые болезни, «удобная и дешевая» еда, разное и «вкусное» питье. И войны! Прогресс не избавил человечество от сознательного уничтожения человека человеком. Более того, наука и размывание нравственности сделали войну еще более кровавой и бесчеловечной.

Традиционные ценности, в основе которых лежат религиозные ограничения, подвергаются критике и осмеянию. Семья как ячейка общества перестает быть ценностью. Ее развал, связанный не только с сексуальной революцией, происходит на глазах трех последних поколений. Традиционные ценности заменяются новыми: гражданское общество, свобода личности, свобода совести, правовое государство, права человека. Мир стремительно наполняется кумирами и субкультурами: звезды рока и спорта, панки, хиппи, готы, байкеры, футбольные фанаты. «Звезды» идут в политику, а политика идет неизвестно куда.

Откуда все это? Это результат борьбы с человеческими заблуждениями или следствие этих самых заблуждений?

Способы избавиться от страхов остаются прежними: наркотики, алкоголь, сексуальный разврат, социальные протесты и, наконец, революции. За прошедшие триста лет в Западной цивилизации верующих в Бога становится все меньше, а зависимость от страха все больше. Связана ли эта тенденция с особенностями цивилизационной парадигмы Запада? Безусловно!

С какой целью ради свободы личности необходимо разрушать традиционный институт семьи? И отказываться от христианских ценностей, которые лежали в основе западной цивилизации?

История Европы была трудной, тяжелой, кровавой. Особенно в темные и средние века. Впрочем, как и у остальной части человечества.

В период с 18 по 20 века Европа совладала с голодом и оккупировала большую часть Земли. Однако, наука, богатство и демократия не помешали в Европе развязать две мировые войны. Жизнь той части общества, которая выжила в мировых войнах, стала благополучнее и комфортнее. Но разве от этого возросла справедливость? Особенно на территориях Африки, Азии и Америки? Если справедливость (как критерий прогресса) применить к первой и второй мировым войнам, то очевидно утверждение, что научно-технический прогресс порождает несправедливость в той же степени, в какой увеличивается количество невинных жертв этого прогресса

Если под развитием понимать «высший тип движения и изменения в природе и обществе, связанный с переходом от одного качества, состояния к другому, от старого к новому», легче не становится. В голову сразу проникает простая мысль, что в природе не существует ни высшего, ни низшего типа движения. В природе имеются и движение, и изменение – без субъективных туманностей типа «высшего движения», «плохого изменения», «вредного излучения» или «полезной трансформации». Законы природы не подчиняются нашим суждениям и мыслям. Они существуют сами по себе, а человечество находится под их влиянием. Хотим мы этого или не хотим.

Когда мы, люди, уничтожаем живую природу на Земле, гордясь при этом уровнем науки и техники, биосфера планеты действительно изменяется. Разве это изменение и есть развитие? Разве наше движение к самоуничтожению, то есть «постепенное совершенствование культурной и социальной жизни человека», и есть прогресс?!

Разве разговаривая по мобильному телефону, мы изменяемся к лучшему? Разве технические устройства способствуют глубине мысли или увеличивают смысл сказанного? Нет, все остается как прежде. Увеличивается только расстояние между двумя общающимися людьми и способ коммуникации. Не более того.

В автомобиле быстрее и комфортнее ездить, чем на телеге. Что в этом факте свидетельствует о развитии? Люди, которые ездят на автомобиле, стали лучше? Добрее? Милосерднее? В них стало больше любви? Если бизнесмен из пункта А в десять раз быстрее переместиться в пункт Б, разве это повлияет на качество его решений? Что можно определить здесь как развитие? Скорость? Но в пункте Б он будет делать то же самое, что делал бы, если бы приехал на телеге. Изменился комфорт. Выходит, защищенность от пыли, ветра, дождя и снега есть развитие?

На компьютере считать и рассчитывать варианты гораздо быстрее, чем в уме или на счетах. Человек меняется в процессе развития техники. Но не в лучшую сторону, а в худшую. Он даже в чем-то становится примитивней и слабее, потому что делает меньше умственных и физических усилий. Другими словами, многие биологические функции человека просто деградируют.

Надо признать, что с развитием науки и техники существенно увеличиваются прибыли и выгода в бизнесе. Бесспорно, это так. Получается, что развитие отражает степень выгоды и прибыли? Но при чем здесь все человечество, если основные дивиденды достаются небольшой группе людей, которые вынуждены делиться частью прибыли с теми, кто создает для них капитал. Неужели те, кто летает на самолетах или, скажем, пользуется компьютером, развиты больше, чем те, кто ходит по земле и пишет от руки?