Чтение онлайн

Соён не справилась. Не смогла сказать, что её не тронули, потому что она больше не часть Imprint. Ханыль бы не выдержала этого, и Соён пожалела её. Отложила плохую новость до следующего раза. Девушка понимала, что ничего хорошего из этого не последует, но и изменить сказанного уже не могла. Момент был упущен.

Ханыль вдруг замерла, а потом мягко коснулась плеча Соён.

— Кто-то идет. Надо работать. Пройдём припев?

Соён кивнула, и они обе поднялись. Дверь открылась, и в проёме появилась довольная Чанмин с цветными прядями. Медленно на её лице появилось удивление, граничащее с ужасом.

— Онни! Ты такая красивая! Тебе безумно идёт!

Ханыль улыбнулась и повторила фразу, но уже в адрес Чанмин. Вот кому действительно шло новое окрашивание. Длина не изменилась, только голубые, фиолетовые и розовые пряди мелькали среди тёмных волос каждый раз, когда Чанмин поворачивала голову.

Следующими почти друг за другом пришли Хоа и Давон. В зале как раз закончили растяжку, когда из приоткрытой двери показалась макушка первой.

— Боб! — возмущённо воскликнула Хоа, но, увидев Ханыль, тут же замолчала. Поняла: у неё ещё не худший вариант.

— Хоа, а тебе, оказывается, идут короткие стрижки!

— Не успела отрастить, как меня снова обкромсали.

Давон подтолкнула её в зал и взмахнула рукой.

— Тадам! Я наконец-то блондинка!

А затем она завизжала. Увидела, что не единственная блондинка.

— Какие вы все чудесные! Этот камбэк будет сумасшедшим, — восхищённо пропищала Давон, подбегая к Ханыль и запуская пальцы в её короткие волосы.

Разговоры успели утихнуть, в составе пяти человек девочки прошли хореографию пару раз. И когда смотрели запись последнего дубля, в зал пришли ещё двое. Совсем не изменившаяся и из-за этого расстроенная Джиын и Инён, которой сделали стрижку каскадом.

— Онни… — растерянно проговорила манне, увидев Imprint в их новых цветах. В глазах появился намёк на слёзы, Ханыль тут же подошла к ней и обняла.

— Всё в порядке, — прошептала лидер.

— Но ты…

— Всё хорошо, — повторила и закрыла глаза, чтобы не расплакаться тоже.

Соён со своими розовыми концами как будто бы даже подходила в эту группу. Но в глубине души она знала, что не выдержала бы этого. У неё не осталось оправданий странным решениям компании. И потому, стоя чуть в стороне и смотря на девушек на стопкадре записи, она только убедилась в том, что поступила правильно. Может, завтра она сможет сообщить об этом участницам Imprint.

«Imprint — группа, которой не хватает сильной руки, но которая очень старается, — fighting!»

Тренировка прошла странно: флиртовать с новыми причeсками многие оказались не готовы. Заученные жесты не подходили к коротким стрижкам, приходилось искать другие ужимки и приeмы. Тем не менее, оттачивать движения и правильную перестановку волосы не мешали. Соeн по-настоящему выбилась из сил, к восьми вечера уже валилась с ног. А в полдевятого за ней подъехала машина — сегодняшний квадратик в планере был зелeным. Оранжевая точка на нeм сулила неприятности.

«У Хонсу коммерческая съeмка. Вы поедете туда и поддержите его. На площадке не знают о контракте, проявите себя с лучшей стороны.»

Измотанная и вымученная, Соeн привела себя в порядок в туалете и вышла из здания в утверждeнной Джемином одежде. Джинсы, толстовка, кепка и кроссовки на размер меньше. Волосы пришлось заделать в хвост, разложить розовые концы по плечам. Соeн получила огонeк на фотоотчёт и предупреждение: сегодня ей нельзя налажать.

Ехать до точки съeмки пришлось дольше обычного. Только к десяти чeрный седан припарковался возле гостиницы и девушка смогла выйти из автомобиля. Ограда, которую летом можно было бы назвать живой изгородью, сейчас напоминала груду голых серых веток. Крупные ворота из заржавевшего металла закрыты. Вокруг ни одного указателя. Незнакомые улицы навевали тревогу, но Соeн затолкала чувство поглубже и улыбнулась. Некогда было осматриваться: еe уже ждала женщина лет сорока.

— Добрый вечер!

— Здравствуйте, Чон Соeн.

Девушка почувствовала на себе пристальный, изучающий взгляд, и по спине тут же побежали мурашки. На женщине была белая рубашка с закатанными до локтя рукавами и голубые джинсы. В нагрудном кармане синяя карточка, в руках — смартфон. Соeн тут же поняла, что имеет дело с очередным менеджером. Женщина строго заявила:

— Вы опоздали. Мне сообщили, что вас следует ждать к девяти.

Соeн удивлённо округлила глаза, но коротко поклонилась, принося извинения. Произвести приятное первое впечатление не вышло. Необходимо было срочно реабилитироваться.

— Ладно. Правила знаем? На площадку не лезть, Чан Ынхэ от работы не отвлекать. К Хонсу сможете подойти, когда фотограф его отпустит. Свой перерыв вы пропустили.

Женщина-координатор пошла, и Соeн засеменила следом, стараясь не отстать и не упустить важной информации. Кто такой Чан Ынхэ, она не знала, что за съeмка у Хонсу — тоже. Девушка мысленно благодарила менеджера Хана хотя бы за то, что он заранее дал понять, что играть влюблeнную Соeн нужно каждую секунду. Это уже избавило от некоторых возможных проблем.

Они вошли на территорию гостиницы, затем — в холл. Соeн старалась не отставать: в коридорах можно было заблудиться. Повезло еще надеть свою личную обувь: тупоносые туфли на невысоком широком каблуке хотя бы не давили на мозоли так сильно.

Координатор приложила карточку к очередной двери и пропустила Соeн вперед. Девушка коротко поблагодарила и прошмыгнула в помещение, стараясь не задерживаться в проходе. Они оказались на веранде внутреннего двора.

— Можете подождать здесь, — бросила женщина, указав на пространство рядом с дверью, и прошла вперёд.

Соeн на секунду замерла. Стула в обозначенном углу не было, и девушке пришлось просто встать в указанном месте, чтобы не мешать снующим туда-сюда людям.

Съeмочная площадка представляла собой закуток под навесом, не больше десяти квадратных метров. Глухая стена, декорированная лианами, служила фоном для кадра, остальное пространство занимало оборудование для работы. Лампы и огромные прожектора, укрытые рассеивающими фильтрами, привлекали насекомых. Сложная система кабелей на полу заставляла поeжиться: чeрные крупные провода напоминали змей. Перекладина-вешалка с чeрными чехлами, словно из хоррора, поскрипывала, когда еe двигали. Стафф — пять человек в одинаковых белых рубашках — призраками бродили по площадке. И только журнальный столик со стоящим на нeм ноутбуком, на котором моментально выводились сделанные кадры, выглядел чужеродно.