Чтение онлайн

Участницы Imprint проходили недавно выученную хореографию, стараясь научиться двигаться синхронно. Не смотря на то, что девушки хорошо чувствовали друг друга, с каждым танцем им приходилось заново учиться быть единым целым. Джиын немного отставала, у Давон не получалось вступить в нужный такт, а Хоа не хватало растяжки для эффектного маха, который вставили во все припевы. Пришлось дополнительно разогревать мышцы и тянуться.

Они всё делали вместе. Если у одной что-то не выходило, все с усердием и терпением повторяли фрагмент снова и снова. Раньше это помогало чувствовать себя частью коллектива. А сейчас вызывало ком в горле.

Соён быстро схватывала движения и неплохо умела их объяснять. Но сейчас эту роль на себя взяли Чанмин, желающая убедиться, что после травмы всe ещe может выдавать хороший результат, и Инён. Манне вообще старалась едва ли не больше всех, даже оставалась на ночь в зале, чтобы доказать, что она может стать центром. Ей впервые досталась такая большая партия, так что она безустанно репетировала, поворачивалась и подмигивала в зеркало, каждый дубль выдавая максимум энергии.

В перерыве Инeн подошла к Соeн. Девушка выглядела уставшей: ночью ей пришлось ехать фотографироваться, и выспаться не вышло. Манне посчитала, что отрешённость Соeн связана с тем, какую активную позицию Инeн заняла на тренировках.

— Онни, ты же не думаешь, что я стремлюсь занять твоё место? — спросила она, крутя в руках полотенце.

Соeн перешнуровывала кроссовки, поэтому ответила, не поднимая головы.

— Что за глупости? Если бы хотела, ты бы уже давно сделала это. — Девушка улыбнулась. В шестeрке Imprint главным танцором точно была Инeн.

— Нет-нет! Я хочу только стать хорошим центром.

— Инeн-а, ты крутой танцор. Лучший среди всех, кого я знаю. И центр ты замечательный.

Соeн поднялась и ободряюще похлопала нового главного танцора группы по плечу.

— Давайте попробуем собрать припев? — предложила Чанмин, и мемберки вернулись на условные позиции.

Никто из них не мог халтурить, даже Соён старалась улыбнуться и обворожительно поправить волосы. Но получалось грузно, некрасиво. Когда они отсматривали снятый только что дубль, Джиын заметила, что взгляд у Соён снова тяжёлый и усталый. Хотя это легко было списать на болезнь, от которой Соён по легенде ещё не оправилась, Джиын в очередной раз полезла искать глубинную причину. Она спросила, о чём Соён думала, когда танцевала.

— О курице, — ответила девушка.

И мемберки рассмеялись. Соён тоже улыбнулась, хотя знала, что по глазам её фальшь будет хорошо видна.

Что будет, когда они узнают, что их осталось шесть? Разозлятся? Расстроятся? Будут рады, что теперь экранного времени у каждой станет больше? Девушка не знала, когда наступит момент икс. Она и ждала распространения слухов, и боялась. Жаль, нельзя было форсировать: тревожное ожидание выматывало.

Менеджер Хан сообщил, что фотографии с зелeного свидания получились неудачными. Если бы они с Хонсу правда прятались, это бы сыграло на руку. Но для Соён то, что её сложно узнать на фото, было показателем плохой работы. Джемин прислал один из кадров по еe просьбе: так она смогла убедиться, что выглядит лишней. Менеджер выбрал фотографию, на которой Соeн смотрела в стол, а Хонсу наклонился к ней и что-то говорил. Толку во влюблённом взгляде было мало; репортёр мог бы встать ещё дальше, чтобы вообще не было понятно, люди ли на фотографии. Волосы лежали неудачно: розовые концы в кадр не попали, а без них Соён оказалась неузнаваема. Одна из сотни таких же. Её даже злило, насколько плохо она справилась с такой простой задачей — быть собой.

Кто эти люди на фото? Они впервые видят друг друга? Она официантка и принесла счёт? В Соeн не видно айдола. Неудачный ракурс, плохо выглядящие одежда и волосы. Это не то, что планировалось. Время потрачено впустую. Никто не увидит в них пару.

«Это не работа. Кто в это поверит? Люди не дураки. Нам нужно, чтобы воздух между вами искрился. Не забудьте сегодня сменку, будем компенсировать качество количеством.»

Соeн была рада, что менеджер Хан отчитывал еe не лично: не нужно было держать лицо. Заперевшись в кабинке туалета, она могла дать волю эмоциям. Вдох до упора следовал за дрожащим выходом, и снова по кругу.

Теперь всe сломано. У неe нет гарантий в OK, нет опоры в ToU, нет никого, отношения с кем были бы настоящими и прочными. Все, кто относился к Соeн с пониманием и добротой, поворачивались спиной, заметив, что она не может приносить прибыль. И девушка прекрасно понимала, что сама во этом виновата.

«Мне жаль, что я вас разочаровала.»

Соeн увидела, что менеджер печатает, и заблокировала телефон. Она боялась получить хлeсткий, но заслуженный ответ. Упавшую на экран слезу размазала пальцем. Плакать было глупо. Поздно.

«Я — не тот, кого вам следует бояться разочаровать. Но наши пиарщики недовольны. Вы видите, что пошло не так? Можете объяснить, что стоит сделать лучше в следующий раз?»

Соeн шмыгнула носом, стирая горячие слeзы. Она знала, что пошло не так. В самоуничижении ей не было равных: перебирать ошибки и каждый раз корить себя еe научил Пак Eнхва. Сначала он отчитывал девушку, а Соeн соглашалась с его словами. Чем дольше менеджер Пак работал с трейни, тем меньше был нужен: к дебюту все отчитывали себя самостоятельно, а он соглашался и подливал масло в огонь. Соeн хорошо знала, что главная ошибка — она сама.

Прежде, чем девушка успела хоть что-нибудь напечатать, увидела ещe сообщение.

«Просто возьмите себя в руки. Выполняйте свою работу, чтобы мы могли выполнять свою. Машина будет в семь. Я хочу, чтобы, взглянув на фотографию, все парни в мире пожелали оказаться на месте Хонсу рядом с красивой, бесконечно очаровательной и влюблeнной девушкой.»

Соeн не знала, как она выполнит желание менеджера Хана. Единственное, в чeм была уверена, — если не справится, ничего больше не будет иметь смысла.

Девушка сильно прикусила щeку, потeрла глаза. Чтобы прийти в себя и вернуться в зал к мемберкам, словно ничего не произошло, потребовалось не больше десяти минут. Ещё минута, чтобы включиться в тренировку.

Около семи она покинула зал, ссылаясь на личное расписание. Мемберки пожелали удачи, сказали, что будут ждать возвращения главного танцора. Интересно, верил ли кто-нибудь в то, что Соeн всe ещe заслуживает эту позицию? Девушка искренне считала, что Imprint просто придерживались привычного, уже давно не соответствующего действительности хода вещей. Может, из неe и пытались сделать главного танцора, но попытка провалилась.

Соён знала, что может прийти в зал в любую минуту и там точно не будет пусто. Новый релиз не только был огромной мотивацией для работы, но и позволял участницам чувствовать себя нужными. Они трудились в поте лица, чтобы приблизить выход на сцену и встречу с InMe. Чем раньше они выучат танец, тем быстрее начнётся подготовка костюмов, запись песен, съёмка клипов.

Так было и с синглами, но мини-альбом являлся концентрацией того, о чем Imprint мечтали. Соён медленно, но верно отделяла себя от группы, а остальные мемберки сплочались, подгоняя себя одним только словом «альбом». Потому что дальше мог быть «концерт». А потом «тур», если очень повезёт. В последний раз такая надежда горела в их глазах перед дебютом. Он тоже ощущался как шаг в новый мир, путь по цветочной дороге. А Соён, кажется, шла по обочине, где были только жухлые листья. Ей не хотелось даже пытаться возвращаться. Но она пообещала поскорее закончить и приехать, чтобы продолжить тренировку.