Чтение онлайн

– Антон Генрихович! Честное слово, не стоило так тратиться! Но всё равно, спасибо. – она с удовольствием развязала красную тесьму и открыла коробку, взглянула. – Антон Генрихович, ты читаешь мысли! Как здорово! Я всегда хотела такой набор!

– Не может быть!

– Да, да! Я только собиралась сделать такую покупку.

– Мне повезло, что я угадал!

Она поцеловал его в щеку.

– Инесса, какой у тебя кавалер! – её подруга по имени Валентина, светловолосая женщина, одетая в белый женский брючный костюм, обняла её.

– Ах, Инесса, Инесса, где мы были с тобой лет двадцать назад, а?

В гостиную вошли девушки, держа в руках по большому блюду, с аккуратно уложенными кусочками колбасы, ветчины, шейки и корейки, в окружении свежей зелени.

– Антон! Ну, ты даешь! – чернявый парень подбрасывал в руке бутылку виски, подарок Таньки Шипиловой. – Это же стоит бешено.

– Это подарок. – Он отвернулся. – Ну, что, уже можно занимать места?

– Пора! Я здорово проголодалась! Так всё вкусно пахнет, и выглядит! – Таня, наконец, управилась с хлебом.

– А уж, какая выпивка есть! Вот я сегодня врежу по печени! – хохотнул парень, ставя на стол бутылку и виски и сразу свинчивая крышку.

– Кирилл! Прекрати! У тебя одно на уме! – Валентина горестно поджала губы. – У тебя что ни день, то праздник.

– Не буду пить – не поправлюсь. – Кирилл шутливо постучал себя по рёбрам. – Отощал в конец!

– Ладно, прошу всех за стол! – Инесса Карловна, на правах хозяйки несколько раз хлопнула в ладоши.

Рассаживались долго, смеясь и, то и дело, меняясь местами, двигая красивые венские стулья, дурачась, и подначивая друг друга. В конце концов, Антон волшебным образом оказался рядом с хозяйкой дома, напротив Бориса, Тани и Кирилла.

Антон с изумлением оглядывал стол, заставленный тарелками, на которых были красиво разложены всякие соленья, красная и белая рыба горячего и холодного копчения, салаты, зелень… В центре стояли большие блюда с тонко нарезанным мясом разных сортов. Вдоль центра стояла батарея дорогого испанского вина.

– Давайте выпьем за виновницу торжества! – Кирилл потянулся к нему со стаканом с виски…

– Ура! – все встали, и гостиная наполнилась мелодичным звоном хрустальных бокалов.

– Ладно, ладно, успокойтесь, – хмыкнула Инесса Карловна, хотя было заметно, что она очень довольна праздничным столом.

Борис Гудков не стал ждать приглашения высказаться, потребовал наполнить рюмки, и провозгласил:

– Выпьем за то, чтобы наша компания в таком составе как можно чаще встречалась за этим столом!

– И если состав ее будет меняться, то только по количеству и в сторону увеличения, а не уменьшения, – серьезно подхватила Валентина.

– Отличный тост! – согласился Шелестов и, чокнувшись с Инессой Карловной, потом с Борей, выпил.

Дальше веселье постепенно стало набирать обороты. Гости стали кучковаться по интересам, и количеству выпитого.

Москва медленно погружалась в ночь. Крыши блестели в косо падающих дождевых струях. Окна домов напротив, ярко освещённые ранее, постепенно гасли, а дождевая вода скользила по их оконному стеклу. Жильцы открывали форточки на ночь и закрывали окна шторами или занавесками. У кого что было.

Стоявший у окна в гостиной Антон сделал глоток виски вина и, поставив бокал на подоконник, обернулся. Сизый сигаретный дым тяжелыми слоями плыл по комнате. Хриплый голос Криса Ри разрывал динамики тайваньского двухкассетника. В свете единственной горящей настольной лампы Инесса Карловна объясняла что-то своей светловолосой подруге. Обе держали в руках высокие бокалы с шампанским, а Шелестов наблюдал за их движениями, изменениями лица, взмахами рук, улыбками. У сдвинутого к самой стене стола с остатками пиршества чернявый парень, по имени Кирилл, прикуривал подряд уже третью сигарету. Его блестящие в полумраке глаза неотрывно следили за ногами Маши, плетущими сложные узоры в подобии танго с Андреем Шишкином, общепризнанным ловеласом. Рядом с ними, Таня буквально повисла на Борисе Гудкове, хорошо державшемся, несмотря на обильное возлияние виски безо льда, и других примесей.

Антон пересек комнату:

– Инесса Карловна, можно я позвоню из кухни, а то здесь шумно.

– Пожалуйста. – она одарила его грустной улыбкой и вернулась к разговору со своей подругой.

Длинные гудки неприятно чиркали душу. Телефон Оксаны. Он набрал телефон её мамы.

– Алло, Серафима Андреевна! А где Оксана, я звонил ей домой, телефон не отвечает.

– А, Антон Генрихович! Оксана у подруги, когда вернётся, не знаю. То, что вы звонили, передам, если увижу. До свидания!

Её бабушка была, как всегда, не очень приветлива с ним.

Шелестов вернулся к компании.

Борис твердой рукой разливал виски в стаканы. Другая его рука утвердилась на бедре Татьяны. Маша плыла в объятиях Кирилла. Шишкин в боевой готовности держал нанизанный на вилку кусок колбасы.

– Антоха, – позвал он, – бери стакан, скажи тост.

– Есть необходимость? – поинтересовался Шелестов. Все рассмеялись.

– А если серьезно! – задала вопрос Татьяна.

Он пожал плечами. Потом встал.

– Ладно, тогда давайте выпьем за «лося»!

– Классно! А это как? – стараясь незаметно поправить юбку, спросила Маша.

– Чтобы нам всего «хотелося», всё «моглося» и всегда «сбывалося»!

– Какая у тебя мечта? – Кирилл осушил стакан и взял предложенное Машей блюдечко с тонко – нарезанным лимоном, – Человек без мечты, как птица без крыльев. Гадить, может, а летать – нет.

– Думаю, что сначала выспаться!

Все зааплодировали, а Шелестов сел на своё место, рядом с Инессой Карловной.

– Антон, а если серьёзно? – вопрос поступил от Татьяны, которая тут – же взвизгнула от лёгкого шлепка Бориса.

– А если серьёзно, то вместе с Борей отправиться на Индийский океан и поймать «чёрного марлина!» 88 .

Шишкин так и застыл с вилкой у рта, но теперь на её зубцах одиноко сидела шляпка белого маринованного гриба.

– А я? – воскликнул он.

Глаза у него восторженно блестели, как у пьяного.

– Мы ещё не решили! – ответил за Шелестова Борька, пьяно ухмыляясь.

Сидящая радом Татьяна вдруг смущённо улыбнулась и густо покраснела.

– Это не реально! Может быть, только в следующей жизни. А при коммунистах, дальше Северного полюса не поедешь! – глубокомысленно заметил Кирилл.

Антон усмехнулся.

– Тогда только во сне!

Трезвенник Шишкин всем наполнил стаканы, рюмки и фужеры по новой, и сразу предложил:

– За хозяйку этого дома!

Компания подскочила с мест и восторженно завопила:

– За Инессу, ура! Здоровья и богатства, живи сто лет!