Чтение онлайн

– Точно, – кивнул Антон. – А теперь попробуйте!

– Интересно, – насмешливо промямлил Сапожников, однако даже и не попытался попробовать первым.

Подошёл Олег и с любопытством уставился на Торопова, который кряхтя и стоная, пытался повторить стойку Антона. Потом за дело взялся Сапожников.

Антон наклонился к Колесникову и прошептал:

– Как тебе эти бойцы?

– У Сапожникова результат будет еще лучше, но с ним надо работать и работать. А так, парень перспективным и трудяга.

– Почему ты так думаешь?

– Торопов немного флегматичный, а потому, хотя и тратит меньше нервов, но в реакции уступает Сапожникову.

– Посмотрим! У Дениса руки длинные и удар хорошо поставлен, – недоверчиво ответил Колесников, потом неожиданно предложил: – Если ты так уверен, то давай на что-нибудь поспорим, кто из них победит в спарринге, а?

– Предлагай, на что, – тут же согласился Антон.

– Если ты выиграешь…, если Сапожников победит – Олег чуть помедлил, пытаясь придумать что-нибудь этакое, потом хитро прищурился и радостно потер руки. – Придумал! Если окажешься прав ты, то я провожу показательный бой с двумя вашими парнями, а если я, то ты бьешься с двумя противниками, которых выберу я из своих. Идет?

– А для тебя, я буду выбирать из своих? – ухмыльнулся Антон.

– Конечно, как и я.

Пока они договаривались, Сапожников, словно догадавшись, что на его результат заключают пари, не стал торопиться: он тут же начал готовиться: сделал лёгкую разминку, тщательно забинтовал выбитый палец на левой руке.

Со стороны могло показаться, что он просто решил поиграть на нервах у зрителей, но Шелестов сразу понял: парень хочет немного потянуть время, чтобы чуть-чуть успокоиться. Антон чувствовал, как внутри у парня все клокочет – так ему хочется выиграть этот негласный поединок со своим, вероятнее всего, давним соперником. Антон и Колесников с улыбкой переглянулись, когда услышали, как кто-то заключал пари с Андреем Костюшко, который, к удовлетворению Антона, тоже поставил на Сапожникова.

Как и предполагал Антон, Торопов, нервы которого были натянуты, словно стальная пружина, после сигнала рефери о начале схватки, первым ринулся вперёд.

Виктор без сопротивления позволил ему ухватить себя за ворот куртки, а затем провёл «болевой» в стойке. Кисть, прежде чем Денис попытался провести свой бросок через бедро или передний подхват, Андрей жёстко вывернул, тут же ушел за спину противника, и резко произвел удушение и, подсадив его под зад коленом, завалил на татами. Торопову ничего не оставалось делать, как простучать три раза по полу.

– Не знаю, как и где ты этому научился, но должен признаться, что это был высший класс! И я попал! – озадаченно произнес Колесников.

– О чем ты? – недоуменно спросил Сапожников, все еще пребывавший в эйфории от выигранного с самим собой, и с его постоянным соперником состязания.

Стоявший рядом Шелестов счастливо улыбался.

– Рассказать? – спросил Олег у Антона.

– Может, не стоит, сенсэй? – уважительно заметил Антон.

– Ну, уж нет! – решительно возразил Сапожников, словно почувствовав, что речь сейчас идет о нем и это добавит ему очки. – Коль замахнулся, то бей!

– А я и не собираюсь увиливать, – заверил Колесников. – Мы с Шелестовым поспорили, кто из вас выиграет. Я так предположил, что Денис.

При этих словах все вокруг загалдели, а Костюшко горделиво сказал:

– Лично я был не уверен!

– Погоди, Андрей, не перебивай, – поморщился Гудков. – На что спорили?

– Я предложил Антону пари: победит Сапожников, я с двумя его бойцами провожу спарринг, если Торопов-то он, с двумя моими. Выиграл Антон, поэтому сейчас в тренировочном зале я проведу бой с…, с…

Шелестов за него закончил:

– С Гудковым и Костюшко.

Остальные претенденты, в том числе и Роман, заговорили разом:

– Вторым – Невельского! – воскликнул Сапожников.

– Ну что ж, ставки сделаны, – согласно кивнул Колесников. —

Через пятнадцать минут всем собраться в тренировочном зале! А пока надо всем размяться.

– У меня вопрос, – сказал Гудков.

– Давай!

– Какие правила?

– Правила точно такие же, как в кикбоксинге: не бить ниже пояса, не бить коленом и локтем, не наносить удары в горло. Все остальное – можно. Победа считается моей только тогда, когда оба противника либо будут недееспособны в течение десяти секунд, либо признают себя побежденными.

– Как это? – не понял Борис.

– Допустим, один из соперников поймал другого на болевой прием, и у того нет иного выхода, как сдаться, трижды простучав по татами. Теперь ясно?

– Теперь ясно.

– В таком случае, вперед! – бросил Колесников.

– А кто судить-то будет? – спросил Денис.

– А судить эту встречу будет Невельский и Сапожников. Старший – Невельский. Возражений нет?

– Никаких, – ответил Сапожников, а Сергей безразлично пожал плечами.

– Вот и хорошо. Пойдем, Антон! – Колесников направился к выходу.

– Послушай, Олег, может, отменим эту затею? Ты же столько времени не ломался всерьез, – с сомнением заметил Антон, когда они вышли из зала и остались вдвоем.

– Ты ошибаешься, Антон, – улыбнулся Колесников. – Я здесь каждый день снаряды мучаю, кроме того, несколько серьёзных поединков провел.

– Без травм?

– Конечно? – с интересом спросил Колесников. – Не веришь?

– Если победил, или наоборот, проиграл, и была травма, то лучше не надо. Борька от поединка звереет, а Костюшко, кандидат в мастера по джиу-джитсу очень хитрый. Вот такая у тебя проблема, – пояснил Антон.

– Неужели ты так плохо обо мне думаешь, братишка? – обиделся Колесников.

– Ладно! Проехали. Кстати, первую схватку здесь я провел с Максом, – с ностальгией сообщил Шелестов.

– И как?

– Завалил его как кабана на второй минуте, – с улыбкой признался Антон.

– Да, он был хорош! Это ведь я его привёл в секцию, – грустно сказал Олег. – В общем, ничего был парень: подвижный, цепкий, бесстрашный, отлично удары держал, и сам с ног валил. Правда, я тогда только-только начал всерьёз им заниматься…

– Зачем же полез в криминал?

– Если бы я только знал. Мать у него и сестра одни остались.

– А ты психолог! – Антон одобрительно подмигнул.

– Приходится… – Олег не поддержал шутливого тона. – Ты думаешь, я сразу не раскусил этого Вершинина? Конечно, раскусил, и довольно быстро. Но мне нужно было приглядеться к нему: почему он такой злой, а потом, на меня он ни разу даже голоса не повысил. И потом! Сейчас не известно, как он отреагирует на своё, такое быстрое поражение? И как наш коллектив будет теперь смотреть на него?