Чтение онлайн

— Как только противник обнаружит свои агрессивные намерения, наши корабли и самолёты получат приказ атаковать. Чтобы ни у кого не было иллюзий — скажу сразу: атаковать будем ядерным оружием, чтобы бить наверняка и сильно. Противник с нами тоже церемониться не станет, так что выживет тот, кто успеет ударить первым.

— Поэтому в боекомплекте крейсеров появятся активно-реактивные самонаводящиеся атомные снаряды. Одного такого снаряда будет достаточно, чтобы уничтожить авианосец.

— Теперь о нашей кораблестроительной программе на следующие десять лет. Я её подробно изучил. И хочу задать вам, товарищи офицеры и адмиралы, один простой вопрос: А если сегодня вы получите все, что запрашиваете на десятилетие, — все эти крейсеры и авианосцы, — сможет ли тогда наш флот соперничать с американским, противостоять ему в океане?

Адмиралы и старшие офицеры негромко зашумели, начали переглядываться. Вопрос был поставлен ребром, надо было отвечать, как есть, честно. Наконец, адмирал Кузнецов повернулся к Хрущёву, посмотрел ему в глаза и ответил:

— Нет. Не сможет, товарищ Первый секретарь.

— Вот видите. Этого я и опасался, — кивнул Хрущёв. — И при этом ваша программа в существующем виде обошлась бы стране в 110-130 миллиардов рублей.

— А если мы перевооружим уже имеющиеся корабли флота примерно по тому варианту, который я вам обрисовал на примере проекта 68-бис, а также добавим к нему атомные подводные лодки в трёх вариантах: многоцелевые торпедные, многоцелевые с атомными крылатыми ракетами, и стратегические с атомными баллистическими ракетами для ударов по промышленным центрам и базам вероятного противника. Тогда как?

Адмирал на несколько секунд задумался, затем решительно произнёс:

— Для того, чтобы перехватить стратегическую инициативу и полностью разгромить противника на море, имеющихся сил, даже в случае их перевооружения, будет недостаточно. А вот для отражения нападения противника путём нанесения его флоту неприемлемого урона — достаточно. Особенно, если усилить противовоздушную оборону флота хотя бы четырьмя-шестью авианосцами и этими... зенитно-ракетными крейсерами.

— Крейсеры ПВО у вас будут, — ответил Хрущёв. — Эсминцы тоже будем оснащать зенитными ракетами. А вот с авианосцами сложнее. У нас нет ни кораблей такого класса, ни самолётов для них, ни опыта разработки, ни опыта эксплуатации. После войны нам достался от немцев недостроенный и повреждённый авианосец "Граф Цеппелин". Однако же, вместо того, чтобы разобрать его по винтикам и изучить, мы его в 1947 году бездарно потопили, использовав как мишень. Поэтому теперь нам придётся идти долгим и сложным путём, совершая те же ошибки, что уже совершили американцы, англичане, французы при строительстве своих кораблей.

— Поэтому, Николай Герасимович, вашу кораблестроительную программу придётся пересмотреть. Включите в неё один авианосец водоизмещением 30-40 тысяч тонн, для отработки технических решений и тренировки пилотов палубной авиации. Также включите достройку крейсеров проектов 68-бис и 82 в варианте с ракетным вооружением. Также нам понадобятся эсминцы с зенитными и противолодочными ракетами, и атомные подводные лодки трёх основных классов. Количество поначалу закладывайте небольшое, так как с первого раза построить удачный корабль совершенно нового класса у нас вряд ли получится. А строить кучу неудачных кораблей — на это у нас денег нет.

— По результатам строительства кораблей первой очереди будем дорабатывать проекты, устранять недостатки, и закладывать вторую очередь кораблестроительной программы с учётом устранения выявленных недостатков. К тому времени, надеюсь, экономика страны достаточно окрепнет, чтобы такую программу вытянуть.

— Итогом новой программы должен стать флот, который сможет решать стратегические задачи обороны страны на основным морских театрах, а также, что не менее важно — задачу нанесения неприемлемого ущерба любому потенциальному агрессору.

— Понял, Никита Сергеич, — кивнул Кузнецов. — Новый вариант программы подготовим. Только вот... такую задачу в десятилетний срок не осилить...

— И не надо, Николай Герасимович! — ответил Хрущёв. — В десятилетний срок мы сможем осилить только первую очередь этой программы. Иначе страна без штанов останется. А уж вторую очередь пусть реализуют те, кто придёт после нас.

— И ещё, — добавил Никита Сергеевич. — Вы, Николай Герасимович, как себя чувствуете? Что-то вы неважно выглядите. Сердце не беспокоит?

— Да есть немного, Никита Сергеич... — признался Кузнецов.

— Та-а-ак... Вот что, дорогой мой, ложитесь-ка вы на обследование! — сказал Хрущёв. — И без разговоров! Это мой приказ как Верховного Главнокомандующего. Завтра получите в письменном виде. Об исполнении мне доложат.

(В реальной истории в мае 1955 года у адмирала Кузнецова случился инфаркт. С мая до октября он находился на лечении.)

— Есть лечь на обследование! — адмирал был человеком военным, приказы привык исполнять.

— Вот и хорошо, — ответил Никита Сергеевич. — Вы нам ещё очень пригодитесь. И стране, и мне самому.

27. Совет Экономической Взаимопомощи

Из Владивостока Хрущев не полетел сразу в Москву. Он отправился с визитом в Улан-Батор. Этот визит был итогом работы, проводившейся всё лето.

Началось с того, что Косыгин в одном из разговоров припомнил, что во время войны Монголия поставляла в СССР мясо, в качестве военной помощи. Хрущёв тут же уцепился за эту мысль. Поставки мяса из Монголии могли снять напряжение в снабжении населения продовольствием. Монголия, как страна с развитым животноводством, имела возможность поставлять дешёвое мясо в больших количествах.

Хрущёв дал указание министру иностранных дел Молотову предварительно проработать вопрос поставок мяса с монгольской стороной.

— Лети в Улан-Батор, обещай Цеденбалу что хочешь — военную помощь, поставки техники, консультантов, специалистов, — сказал Молотову Хрущёв, — но поставки мяса для народа обеспечь!

Проводив Молотова, Хрущёв повернулся к присутствовавшему при разговоре Косыгину и, улыбаясь, добавил:

— Пусть летит, заодно и к месту будущей работы присмотрится.

Хрущёв помнил по "тем документам", что после разгрома "антипартийной группы" в 1957 году Молотов был направлен послом в Монголию.

Молотов свою часть работы сделал качественно. Отношения с Монголией ещё с 30-х были хорошие, Председатель правительства Юмжагийн Цеденбал последовательно проводил просоветскую политику. Предложения СССР были приняты. Просьбу о поставках мяса Цеденбал удовлетворил, а, узнав о предстоящем визите Хрущёва в Китай, передал ему через Молотова приглашение посетить Монголию.

Поставки мяса в СССР из Монголии начались уже в середине лета, ещё более улучшив ситуацию с продовольствием, которая уже начала выправляться с ростом животноводства после снижения налогов в сентябре 1953 года.

Хрущёв пробыл в Монголии два дня, подписал несколько межгосударственных соглашений, а затем побывал во Владивостоке, Чите, Хабаровске, Иркутске, заехал на Сахалин и в Находку. Его интересовал производственный потенциал Дальнего Востока, проблемы, с которыми сталкивается население, пути их решения.