Чтение онлайн

Идея организации независимых бантустанов юридически не противоречила требованиям Устава ООН, так как отвечала основной цели – самоопределению африканских народов. Однако в ООН создание бантустанов было объявлено незаконным, а их лидеры были заклеймены как «соглашатели с властями Претории». Мировая общественность начала резко протестовать против подобного разрешения расового вопроса.

(В начале 1960х годов была даже выдвинута идея создать отдельное национальное отечество для цветных. Однако было решено не делать этого. Прислушались к мнению профессора С. Цилльерса: ссылаясь на то, что основой политики бантустанов является удовлетворение стремлений народов к самостоятельному национально-культурному развитию, он заявил, что между африканерами и цветными различий в культурных традициях не существует. Источник: Д. Жуков «Апартеид: история режима»)

10 ноября 1959 г Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, осуждающую апартеид в Южной Африке и расовую дискриминацию в любой части света.

Фервурду удавалось успешно отбивать атаки либералов английского происхождения внутри страны, и лондонских политиков. Назойливость англичан и привела к полному политическому разрыву с метрополией. 3 февраля британский премьер-министр Гарольд Макмиллан произнес в Кейптауне речь под многозначительным названием «О ветре перемен». Выступая в Кейптауне, в парламенте Южной Африки, он заявил: «Над этим континентом веет ветер перемен... и наша национальная политика не может с этим не считаться». В своей речи он выразил резко отрицательное отношение британского правительства к расовой политике Южно-Африканского Союза.

В этих условиях Комитету государственной безопасности пришлось скорректировать свои планы в отношении Фервурда.

– Пока Фервурд борется за независимость страны от британской короны, его действия играют нам на руку, – пояснил Серов, обсуждая с Никитой Сергеевичем план действий по поддержке национально-освободительных движений на 1960-й год. – Раз уж у Оппенгеймера не получилось обойти Национальную партию на выборах 1958 года – да и не могло получиться, если уж говорить прямо – имеет смысл предложить ему поддержать Фервурда в его борьбе за независимость, а также пусть Оппенгеймер поддержит идею создания независимого государства для чёрных африканцев.

– А нам какая от этого выгода? – спросил Хрущёв.

– Да вообще-то прямая, – ухмыльнулся Иван Александрович. – Желание ЮАС обрести независимость от Британии и при этом сохранить апартеид приведёт к усугублению их международной изоляции. Они начнут искать возможности для установления тайных контактов с другими странами, и вот тут нам надо не упустить момент. Надо только сделать вид, что мы приветствуем создание «независимого государства» для негров на базе существующих бантустанов, как шаг к установлению равноправия между белым меньшинством и чёрным большинством. Можно даже признать это независимое государство официально.

– Что-о? – изумился Никита Сергеевич. – Да Фервурда кондрашка хватит, если коммунисты признают бантустаны! И для нашего имиджа в мире это будет далеко не полезно.

– Не полезно – если признаем бантустаны в их современном виде, – возразил Серов. – А если они получат конституционную независимость и органы самоуправления – Фервурд, между прочим, предполагает, что там будет парламентская республика – это уже несколько другая постановка вопроса.

В конце концов, национальные автономные республики в составе РСФСР, со своими органами власти, есть пока и у нас, но никто при этом их бантустанами не называет, – ухмыльнулся Серов. – Мы, конечно, постепенно их интегрируем в унитарное многонациональное государство, но мы уже идём тем путём, по которому Южной Африке ещё предстоит пройти.

– Но у нас есть Совет Национальностей! – возразил Хрущёв. – По-твоему, создание такой структуры при парламенте ЮАС возможно? Что-то сомневаюсь. И таблички с надписями: «Только для белых» у нас в транспорте и общественных местах не висят. На случай, если ты не заметил.

– Верно, – согласился Иван Александрович. – Таблички и запреты — это позорище, конечно. Но расизм в головах буров так укоренился за период колонизации, что вытравить его будет сложно. В любом случае, это займёт не один день. Помимо этого, санкции ООН будут действовать, пока существует апартеид. Не будет санкций – не будет и необходимости для ЮАС искать тайные контакты с другими странами. Одной только независимости от Британии для поддержания режима санкций недостаточно. Так что как ни крути, а апартеид в ЮАС в его современном виде нам хоть и омерзителен, но политически выгоден. Вот такая неоднозначная диалектика получается. Веспасиан со своими деньгами из сортира отдыхает.

– Допустим. Что нам даст эта независимость бантустанов? – спросил Никита Сергеевич.

– Прежде всего надо понимать, что объявление независимости бантустанов не приведёт к снятию санкций ООН, как не привело и в «той» истории, – ответил Серов. – Условие снятия санкций – отмена апартеида. Англичане упёрлись и от этой линии не отойдут, американцы их поддерживают. А до отмены апартеида ещё очень далеко. Поэтому правительству и бизнесу ЮАС придётся ещё долго находиться в изоляции. Грех этим не воспользоваться.

Председатель КГБ развернул на столе карту Южно-Африканского Союза, где были помечены территории бантустанов.

– Обрати внимание: Транскей находится на восточном побережье. Квазулу – не совсем на побережье, но там рядом два больших порта – Дурбан и Ричардс Бэй. В Дурбане Оппенгеймер строит контейнерный терминал (АИ). Между Транскеем и Сискеем находится порт Ист-Лондон. Бантустан Венда лежит вблизи южной границы Родезии. На севере к бртанскому протекторату Бечуаналенд примыкает бантустан Бопутатсвана. Бечуаналенд с 1966 года станет независимым государством Ботсвана. Страна богата алмазами, золотом, платиной и другими полезными ископаемыми, имеет единую компактную и относительно крупную территорию, и вообще, сравнительно благополучная местность.

Если СССР в будущем посодействует объединению Бопутатсваны с Ботсваной, то можно будет подключить эту страну к игре на мировом рынке драгметаллов и алмазов на своей стороне.

ЮАС сейчас уже находится в международной изоляции, и дальше она будет только усиливаться. Представь, что мы устанавливаем контакт с Фервурдом, высоко оцениваем его инициативу по созданию независимых государств для негров, причём именуем их именно государствами, а не «бантустанами», и предлагаем следующий сценарий. Поскольку эти государства юридически независимы от ЮАС, через них можно будет наладить торговлю между ЮАС и странами ВЭС, причём официально мы будем торговать именно с Транскеем, ведь мы его признаем на государственном уровне. В условиях санкций ООН и изоляции Фервурд просто не сможет отказаться от такого предложения.

– Он и разговаривать с нами не станет, – пожал плечами Хрущёв. – Он же упоротый антикоммунист.

– На что спорим? – хитро спросил Серов, протягивая руку. – На бутылку коньяка?

– Да не буду я с тобой спорить, – отмахнулся Никита Сергеевич. – Но нам-то какая выгода с этого?

– Да прямая! Прежде всего – расширение торговли. Причём, торговать можно не напрямую, а через посредников с Ближнего Востока. Например, использовать кого-то, скажем, из Ливана, как подставное лицо.

– Зицпредседатель Фунт? – усмехнулся Хрущёв.

– Вроде того. В случае чего – вся критика со стороны Запада будет на конкретных арабах, а с них – что с гуся вода, торговля у них в крови, – хитро прищурился Иван Александрович. – Плюс – эти бантустаны при необходимости могут стать плацдармом для расширения нашего присутствия в Южной Африке.

– Ага, так нас туда и пустят...

– А если мы поддержим ЮАС и Фервурда в его стремлении к независимости от Британии? Про англо-бурскую войну ему напомним? – ухмыльнулся Серов. – Поблагодарим за поддержку, которую нам оказывал ЮАС во время войны.