Чтение онлайн

– Ну, мама в курсе моего желания всех защищать даже против воли «защищаемых», - Катя слегка пошевелилась, и Сергей понял, что возбуждение, которое охватывает его при одном взгляде на будущую жену, наверное, не пройдет никогда. Он был счастлив смотреть на нее, касаться ее, слышать ее, - безумное одиночество прошедших месяцев казалось кошмарным сном.

– Катя, шутки шутками, но я завтра же разберусь со старшим Жуковым и Женя дорогу в «Пруды» забудет, да и вообще, нас с тобой вместе взятых.

– Ну, в этом я сомневаюсь! – тихо рассмеялась Катя. – Меня она, может, и забудет, а вот тебя вряд ли, - она пощекотала его голую грудь и прижалась щекой к тому месту, где спокойно и счастливо билось сердце. – На Женю мне наплевать, честное слово, я ревную тебя, конечно, жутко, но уже начинаю с этим справляться, - катины слова бальзамом разлились по душе Сергея, он-то думал, что ревность – исключительно его прерогатива, мужчина был готов ревновать Катю к каждому фонарному столбу.

– Забудь про Женю! Я весь твой! И никуда тебе от этого не деться! Вот буду старым-престарым, а все равно от тебя никуда не денусь, будешь вывозить меня на солнце в коляске под клетчатым пледом - Сергей, конечно, шутил, но вопрос возраста и правда его волновал. Иногда казалось, что их с Катей разница в 10 лет когда-нибудь станет серьезным препятствием.

– Ну опять ты завел этот бред про возраст! – Катя высвободилась из теплых мужских объятий и возмущенно уставилась на Сергея. – Тебе сколько лет?

– Через месяц будет 39.

– Ну и что? – по слогам проговорила Катя. – У моих родителей была разница 12 лет и ничего! – Сергей хотел было сказать, что ее мама оказалась одна в 42 года, но благоразумно промолчал, стараясь не беспокоить беременную будущую жену и справедливо полагая, что убить катиного отца могли, не взирая на возраст…

– А вообще, куда больше, чем Женя с Лешей, меня беспокоит Алена, - Катя презрительно скривилась, произнося имя его бывшей жены. – И знаешь, к ней я тоже ревную. Ревную ко всем, кто хоть когда-то был с тобой, - Сергей не стал возражать, он только крепче прижал Катю к себе и накрыл своей рукой кольцо на ее пальце, которое было для него настоящим символом будущей семейной жизни.

– С Аленой все в порядке. Ты же сама ей заявила, что у нее нет никаких прав на Лизу, и это так!

– Да, я тогда что угодно готова была сказать, лишь бы они убрались отсюда, и лишь бы она не подходила к Лизе. Ты знаешь, Лиза сегодня назвала меня мамой! Ты представляешь?
– Катя пытливо всматривалась в лицо Сергея, боясь увидеть малейший признак неодобрения.

– Я знаю, - он приник к Катиным губам в долгом чувственном поцелуе, - Лиза сама мне это сказала перед сном, - Сергей оторвался от Кати на секунду и начал покрывать поцелуями ее шею, ключицы, ямочку у самого горла. Она задыхалась от восторга, желания и предчувствия большего.
– Думаю, завтра Лиза спросит, можно ли ей звать твою маму бабушкой.

– Мама будет только рада! – блаженно вздохнула Катя. – Боже мой, - тихо протянула она.

– Что? Что случилось?
– встревожился Сергей, ему безумно хотелось заниматься с Катей любовью, каждую минуту, секунду, что он находился рядом, но в голове все время бродили смутные опасения навредить ей и детям. – Знаешь, мне все время кажется, что мы учим детей плохому, - прошептал он, прокладывая дорожку обжигающих поцелуев по ее телу. Катя замирала от восторга, она перестала стесняться своего располневшего тела и получала какое-то безумное, граничащее с сумасшествием удовольствие от занятий сексом. Все стало ярче, острее, каждое прикосновение, каждое движение, каждый звук. Ушли опасения, сомнения и настороженное ожидание завтрашнего дня.

– Почему плохому-то? – переспросила она минут через 30, нежась в крепких руках Сергея, с наслаждением, ощущая, как волоски на его груди щекочут ее бледную тонкую кожу.

– Ты еще можешь говорить о чем-то? – невнятно пробурчал он.

– Я же судья, хоть и собираюсь в отставку! Так что не уклоняйся от вопроса!

– Я говорил, что мы с тобой целыми ночами учим детей плохому.

– Глупости и бред! Мы показываем им, что им предстоит родиться в любви, что вся их жизнь, еще с того момента, как они были крошечными клеточками, была связана с нашей любовью. – Сергей не мог не ощущать несправедливости катиных слов – уж он-то как никто другой постарался убедить себя, Катю и всех вокруг в том, что никакой любви между ними не было. И катино доверие, ее прощение казались ему незаслуженными. – Знаешь, наверное, я излишне сентиментальна, - Катя рассмеялась низким грудным смехом, - Я, кстати, не очень хорошо помню, ты-то мне про любовь что-нибудь говорил? А? – ну вот зачем она его об этом спросила, опять слова раньше мыслей – уже и малолетним девочкам известно, что спрашивать мужчин о любви – себе дороже.

– Я люблю тебя, Катя, - просто сказал Сергей, а она покрылась мурашками от этих слов. – Может, я и не заслуживаю любви в ответ, но, на мое счастье, ты думаешь иначе, - еле слышно договорил он. Катя почувствовала, как на глазах выступили предательские слезы, Сергей ощутил соленую влагу на своих губах и попытался что-то сказать, она закрыла его рот поцелуем – как ни банально, это был тот самый момент, когда слова излишни.

Рано утром Сергей тихо спустился вниз, боясь разбудить спавших в его доме, таких разных и таких дорогих ему женщин. Катя ласково улыбалась во сне и не отпускала его от себя, кудрявые волосы обрамляли лицо, и она казалась маленькой шаловливой девчонкой.

Сергей рассчитывал на чашку черного кофе и быстрый побег на работу, чтобы побыстрее провести все намеченные встречи и вернуться домой. Столько всего надо было сделать и самое главное – стоило строить планы на свадьбу, все они были людьми 21 века, но детям все же следовало рождаться в браке, и к тому же, Сергею не терпелось назвать Катю своей женой, казалось, он будет кричать об этом на всю Вселенную!

На кухне Сергей застал целый военный совет: Арина Петровна, Евгения Рудольфовна и Лиза в роли маленького генерала.

– Как Катя? – спросили они в три голоса.

– Хорошо, все хорошо, она спит, - отчего-то смущаясь, ответил Сергей и рассмеялся – слишком уж странным казалось это смущение в собственном доме.

Идея скрыться на работе, ограничившись одной чашкой черного кофе, оказалась невыполнимой, через минуту перед Сергеем стояла тарелка с омлетом, блюдо с сырниками и чашка кофе, которому позавидовали бы лучшие кофейни столицы. Лиза довольно улыбалась, наблюдая за растерявшимся отцом. Девочка жевала сырник и размазывала по лицу сметану, Сергей было потянулся к перепачкавшейся дочери, но Евгения Рудольфовна оказалась быстрее.

Сергей, поняв, что сможет выйти из дома не раньше, чем отведает все приготовленные блюда, наслаждался завтраком, Лиза стрекотала, выпытывая у Евгении Рудольфовны подробности Катиного детства.

– Мама, ну ты же обещала никогда не вспоминать об этом, - раздался чуть хрипловатый Катин голос, - Эта жуткая история про то, как я вылила на голову соседского мальчишки бидон ледяной воды из окна второго этажа, вряд ли красит меня, - она рассмеялась, поцеловала Лизу и слегка приобняла Сергея. Он поднял глаза на Катю и в тысячный раз удивился, каким глупым, недальновидным и жестоким был совсем недавно. – Мама, ты испекла сырники, - весело проговорила Катя, - Я готова съесть целую гору. Это так здорово в кои-то веки не следить за фигурой! – она улыбалась и всем своим видом напоминала довольную залюбленную кошку, которая выбралась погреться на солнце.

– Катя, дай поздороваюсь с братиком-сестричкой, - Лиза выбралась из-за стола и стремительно бросилась к Кате, прижалась светлой головкой к ее большому животу и расплылась в довольной улыбке, Катя смущенно потупилась.

– Будем с тобой, с мамой и с бабушкой наряжаться, - лепетала девочка, - А папа пускай с братиком играет, - Евгения Рудольфовна встретилась взглядом с Катей, немного удивленная столь быстрым повышением в ранг бабушки, Катя слегка пожала плечами и кивнула, быстрые перемены – это совсем неплохо, когда эти перемены к лучшему.