Чтение онлайн

Ее звуки.

Ее вкус.

Ее тело.

Пейсли делает со мной что-то, что абсолютно не поддается объяснению. И это нормально. Мое состояние больше похоже на то, как если бы у меня появилась маниакальная страсть — постоянно желать ее. Быть ближе к ней.

Я становлюсь неуравновешенным человеком, когда дело касается этой женщины.

Ее ноги непроизвольно сжимают мою голову, пока я покусываю ее клитор. Но я снова раздвигаю их. Хочу, чтобы она, прежде чем я возьму ее, кончила вот так. Прямо здесь, на открытом воздухе. Прошло слишком много времени с тех пор, как я последний раз был в ней. И мазохист во мне хочет еще немного помучить себя, продлив эту сладкую пытку. Хочу, чтобы Пейсли кричала так громко, что лодки — виднеющиеся вдалеке — знали, что мы задумали. Хочу слышать, как она повторяет мое имя, словно я ее гребаный спаситель.

Я пожираю ее.

Своим ртом.

Губами. Языком. Зубами.

Покрывало под ней сбивается, когда Пейсли бьется подо мной. Я прижимаю ее тело к себе, не собираясь терять ни дюйма, и чувствую растущее в нем напряжение.

— Бёрк! Бёрк! Бёрк! — выкрикивать она мое имя, пока кончает.

Вкус ее возбуждения покрывает мой язык, и я смакую каждую каплю ее сладкого нектара. Ее ноги дрожат, а мышцы ее попки — в моих руках — сокращаются, пока ее тело судорожно сжимается.

Наконец, Пейсли расслабляется в моих объятиях. А когда она совсем успокаивается, я отстраняюсь от нее и демонстративно облизываю губы. Я могу пробовать ее на вкус всю оставшуюся ночь. Именно этого я и хочу. Она смотрит на меня через опущенные ресницы. Ее дыхание неровное.

Я встаю на колени и срываю с себя рубашку. Затем и всю остальную одежду. Сейчас моя девочка нужна мне. Я опускаюсь обратно на землю и накрываю ее крошечное тело своим. Наши пальцы переплетаются, и я поднимаю ее руки над головой. Я потираюсь своим телом об нее, пока краду ее поцелуй. Медленно и эротично. Наши языки непристойно сплетаются. Я загоняю свой язык в ее рот и медленно трахаю его, в то время как мое тело движется вдоль нее. Она стонет, и я практически ощущаю ее удовольствие.

Я так скучал по всему этому.

Свободной рукой я провожу головкой члена по ее складочкам, немного дразня ее. Во время нашего поцелуя она разочарованно фыркает, а затем резко приподнимает бедра. Сообщение получено. Я выпрямляюсь, готовясь войти в нее. Я знаю, что она хочет меня. И все же я заставляю ее ждать, продвигаясь так медленно, как только позволяет мое собственное терпение. А когда полностью вхожу в ее влажную киску, то замираю и наслаждаюсь ощущением того, как она жадно обхватывает меня. Слегка отстраняюсь и все время, пока двигаюсь, смотрю в любимые глаза. Своими тяжелыми вздохами мы обдуваем лица друг друга, а я продолжаю мучить нас обоих легким неторопливым ритмом.

Туда и обратно. Медленно и ровно.

Каждый удар — это яркое ощущение.

В каждом мучительном движении — моя жажда.

Я смотрю вниз на ее прекрасное лицо, пока она дарит мне самое большое когда-либо испытываемое мною наслаждение. Ее нижняя губа зажата между зубами. Ее кожа краснеет, а возбуждение усиливается. Ее чувства ко мне просвечиваются насквозь. Страх, похоть, извинения. Все они написаны на ее лице, пока я вхожу и выхожу из нее.

Я целую ее в лоб и ускоряю темп. Она чувствуется слишком хорошо, но я, черт возьми, ни за что не кончу раньше нее. Я опускаю руку между нашими телами и большим пальцем черчу маленькие круги на ее клиторе. Пейсли бесстыдно трется о мою руку. И мне безумно нравится то, что — когда мы вместе — она смело берет от меня все, в чем нуждается.

Она двигается в унисон со мной.

Толчок за толчком.

Словно волны, бьющиеся о берег.

И мы теряемся друг в друге.

Ее влагалище сжимается вокруг моего члена и пульсирует. Как же она прекрасна, когда кончает. Я проигрываю свою битву и рычу, испытывая собственный оргазм. Мои движения замедляются и становятся хаотичными. Я продлеваю каждую унцию удовольствия, скользя туда и обратно.

Тело Пейсли расслабляется, и она издает гортанный смешок.

— О, боже. Это было потрясающе. Невероятно, — нахваливает она меня.

А я улыбаюсь ей в ответ и, наконец, медленно выскальзываю из нее. Сперма вытекает наружу, и я ничего не могу поделать с тем впечатлением, которое оказывает на меня это гипнотизирующее зрелище. Никогда до этого момента я не чувствовал себя таким собственником. Но сейчас, глядя на свою сперму в ее киске, я потрясен. Это просто нечто. Зрелище завораживает, и мне хочется видеть его, как можно чаще.

Я все-таки сделал это.

Пейсли снова со мной. И не потому, что теперь живет в моем доме.

Даже если она пока не может признаться себе, она — моя. А я — ее.

Я знаю точно — эта ночь удалась.

Пейсли

Я боюсь, что утром вернуться все страхи и сомнения, касающиеся Бёрка. Но вот, я уже почти допиваю первую чашку кофе, а эти чувства так и не появляются. Прошлая ночь была невероятной. Я никогда не испытывала ничего подобного. Мне казалось, что как только розовый туман исчезнет, и я спущусь с небес на землю, то просто сойду с ума. Я ожидала худшего. Но что-то внутри меня все же надеется на лучшее. Я ни о чем не жалею. Эту ночь на пляже я провела с человеком, которого, как мне кажется, могла бы полюбить. Он опасен и непредсказуем, но я ничего не могу поделать с тем, как зашкаливают рядом с ним мои эмоции.

Я сижу за кухонным столом, и моя тревога растет с каждой секундой. Сегодня утром я оставила Бёрка в его постели. Когда он еще спал. Но моя нервозность не имеет к нему никакого отношения. Все это из-за того, что мне нужно озвучить полученную недавно из достоверного источника правду о себе.

Вчера вечером мы с Бёрком вернулись домой и большую часть ночи и ранним утром не расставались, восстанавливая нашу связь. Снова, снова, и снова. Я знаю, что не заслуживаю такого количества оргазмов после того, как обидев, отшила его. Но мое удовлетворенное — несмотря ни на что — тело испытывает наслаждение от каждой унции мышечной боли, которую рождает наша страсть. Сейчас для меня важно любое физического доказательство нашего воссоединения.

Я сижу и терпеливо жду, когда проснется весь дом. У меня есть информация, которой нужно поделиться с ними. Но, к сожалению, я и сама еще не переосмыслила ее, и теперь просто не знаю, как ее преподнести. Мое свидетельство о рождении. С ним все не просто. Оно было выдано через пять лет после моего рождения. А самая важная часть — сведения о родителях — не заполнена. Откуда же, черт возьми, я взялась? И где я была до того, как меня отдали в приемную семью? Это вопрос на миллион долларов. Но может ли ответ на него действительно иметь хоть какое-то отношение к происходящему сейчас?

* * *

Я наливаю в чашку кофе и сажусь, когда неожиданно кто-то дергает меня за кончик хвоста. Бёрк.

— Доброе утро, красавица, — шепчет он, быстренько чмокнув меня в губы. — Как же мне не хватало тебя. Утром я проснулся, а тебя нет в моей постели.

— Ты выглядел таким умиротворенным, что мне не захотелось тебя будить. А Кай скоро встанет?

— Понятия не имею. Зачем он тебе? Что-то случилось?

Я хочу сообщить эти новости всем сразу. К тому же, времени у меня чуть больше часа. Потом нужно будет ехать на работу.