Цветет черемуха к разлуке
Шрифт:
А эта полная ее противоположность. Нет, с фигурой тоже все в порядке, только типаж другой: скромница.
И я врезался по уши. Она ко мне вроде бы тоже была благосклонна. Чай пили, о книжках беседовали, о кинишке, о сериалах всяких. Все культурно. Я бы даже женился, но потом вспомнил про свои долги. Сначала следовало расплатиться или как-нибудь эту проблему решить.
Хотел ей намекнуть, что, мол, не против. И детишек тоже. Будем с тобой в кино ходить, в парк. Ты мне котлеты будешь вечером жарить и щи варить, как мама. Главное любовь.
А тут узнал, что эта чистая, как я о ней думал, девочка спуталась с командированным! С москвичом! Ее подружка мне стукнула. Вот какой бес их раздирает? Ладно бы я ей нравился – я про подружку, так ни фига. Как собака на сене. Чтобы просто подгадить. Завидки ведь берут. Не ее позвали.
– В номер к нему поднялась. Винишко, конфетки шоколадные. Сам понимаешь, что там дальше было.
– Про вино и конфеты откуда знаешь? – хрипло спросил я. Ну прямо горло сдавило.
– Петя сказал, швейцар. У него глаз-алмаз. Он эти пакеты, которые постояльцы в отель приносят, насквозь видит.
«Петя врать не станет. Польстилась, значит. У этих москвичей денег куры не клюют», – подумал я, но все равно решил спросить.
– Мне сказали, ты к мужику из триста третьего в номер поднималась.
– Поднималась, и что?
– Вино с ним пила.
– Пару глотков всего. Мне интересно было: вино безумно дорогое. Так-то не хотелось. Просто попробовать.
– Остальное тоже не хотелось? Так, попробовать.
– Ты это о чем?
– Сама знаешь. Шпили-вили.
– Он мне пообещал помочь в Москву перебраться.
– В Москву-у…
«Вот скот! Знает, чем девочку заманить! Наверняка женатый!»
– Небось квартирку снять пообещал.
– Тебе-то что?
– Я думал, у нас серьезно.
– Серьезно?! – Она рассмеялась.
Этот смех меня и добил. Выходит, я не так все понял?
– Серьезно… Это просто дружба.
– Между мужчиной и женщиной не бывает дружбы.
– Ты думал, я с тобой спать собираюсь?!
– Да ты хоть девушка еще? Раньше я думал, что да, а теперь сомневаюсь.
– Ну ты и сволочь!
«Это я сволочь?!»
– Смешно, когда мне это проститутка говорит.
Она, конечно, хотела меня ударить, но я руку перехватил и вывернул. Буду я еще со шлюхами церемониться! Сказал:
– Я тебе на Восьмое марта духи подарил. Знаешь, сколько они стоят?
– Я тебе тоже подарок сделала на двадцать третье! Пусти!
– Ты про открытку и носки? – Я разжал руку. Еще в полицию заявит, вон на запястье синяк остался. – Очень смешно.
– Ты мне как парень никогда не нравился! Я даже и не думала с тобой встречаться!
– То есть ты по старперам, – ухмыльнулся я. – По рукам пошла. И почем?
Она убежала. Кажется, плакала. А что я такого сказал? Правду.
Если раньше я еще колебался, то тут меня сдернуло. Ладно, тогда, в Москве, меня из-за этой сволочи мордастой из кабака выперли. Но теперь он мою девушку трахнул! И собирался увезти в Москву, чтобы сделать своей любовницей! Он же старый, лысый и толстый! И ему, такому, она дала?!
Есть на свете справедливость?!
Я уже на все был готов, просто не знал, как мне к этому моральному уроду подкатить. Просто подойти «здрасьте-здрасьте»? Так меня пошлют, и очень некультурно. Тогда в пабе я уже пытался мордастого заинтересовать, в бизнес его затереться. Не вышло. Я для него никто, пустое место.
И тут вдруг случай представился. Я даже подумал, что это судьба. Нереальное какое-то везение. Эта судьба нас столкнула буквально лбами…
Алексей Леонидов. Вечер первого дня
Выйдя из лифта, Леонидов втянул живот и расправил плечи, хотя живота как такового не было, а могучим телосложением и ростом он не отличался. Чего там расправлять? Разве что крылья.
Сыщику требовалось вдохновение. Нужна была подсказка. Информация. И, вспоминая бурную молодость, Алексей с улыбкой записного пикапера шагнул к стойке, за которой сидела миловидная администратор, но не та, что встретила его вчера, они ведь по сменам работают. Значит, можно пойти проверенным путем.
– Добрый день.
– Здравствуйте. – На него с ожиданием и чуть настороженно смотрели миндалевидные, почти что черные глаза.
– Я вчера приехал. Москва – Иркутск.
– Знаю, есть такой рейс. Вас что, не покормили?
Видимо, на это часто жаловались.
– Увы.
– Вчера наш ресторан закрылся рано, хотя обычно они работают до часу ночи или даже до двух. В общем, до последнего клиента.
– Значит, не повезло.
Он в ужасе подумал, что музыка под окнами может греметь до двух ночи. Кошмар!
– Но сегодня вы сможете оценить наш ресторан. У нас открылась летняя веранда. В честь этого два коктейля бесплатно. И наше новое меню, летнее, тоже сможете оценить.
– А давайте оценим его вместе?
– В каком это смысле? – насторожилась девушка.
– Не люблю ужинать в одиночестве. И приятная компания мне не помешает. Заодно проконсультируете меня, что можно поесть без риска для здоровья. Вы ведь знаете ассортимент.
– У нас прекрасный повар, – обиделась она. – Все свежее и очень вкусное.
– Но что-то же вашему повару особенно удается?
Администратор смерила Алексея оценивающим взглядом. Хорошенькая. Густые черные волосы собраны в хвост, косметики немного, оно и понятно: на работе.
– Вообще-то нам не положено. С постояльцами, – замялась девушка.
– Это в рабочее время. А когда вы не на работе, то и я не ваш клиент. Наши отношения становятся неслужебными, то есть неформальными. У вас во сколько смена заканчивается?
– В девять. Это поздно.
– Это рано, – улыбнулся Леонидов. – Потому что в Москве всего шесть. Самое время для ужина. Меня устраивает. Так как?
– Хорошо… Вы ведь из триста третьего?
– Именно.
– Алексей… – Она, похоже, заглянула в базу.
– Просто Алексей.
– А я Алина.
– Какое красиво имя. А главное, редкое.
Спасибо советской киноклассике! Весь нужный текст уже написан и инсценирован! А так поди найди их, нужные слова…
– Чем бы вы мне посоветовали заняться до ужина, Алина? Свои дела на сегодня я уже закончил.
– Идите в сто тридцатый квартал. Там есть что посмотреть.
– Я уже погуглил. Его еще называют Иркутская слобода, и он славится историческими памятниками деревянного зодчества.