Цветок для хищника
Шрифт:
— Я просто хочу поцеловать тебя.
Фух.
Я сказала это. Я призналась в этом.
— Я тоже хочу поцеловать тебя, цветочек. Безумно хочу. Если бы ты только знала, как сильно я, чёрт возьми, этого хочу. Я на грани, но ещё слишком рано.
— Рано? Ты говорил, что не имеет значения, сколько мы друг друга знаем.
— Не имеет, но это не означает, что я буду набрасываться на тебя при первой возможности, как последний урод.
— Что ты такое говоришь? Я не посчитаю тебя уродом, если ты поцелуешь меня.
— Я сам посчитаю себя уродом, — парировал он. — Ты ещё несовершеннолетняя, и я намного старше тебя.
Каждое его оправдание было нелепым и лишь доказывало, что он просто не хотел меня целовать. Зачем тогда издевался? Зачем, охваченный злостью, запрещал думать о других мужчинах? Просто чтобы доказать своё превосходство над ними, когда ему даже ничего доказывать не нужно?
— Через месяц мне исполняется восемнадцать, Дамиан. Я, может, и калека, но вовсе не ребёнок. И тебе всего двадцать шесть, а не сорок. Дело не в нашей разнице в возрасте, просто ты не хочешь меня целовать. И это абсолютно понятно, но ты мог честно сказать об этом, а не придумывать нелепые причины.
— Я не придумываю причины.
— Больше не ври мне, пожалуйста. С твоей стороны очень благородно заботиться обо мне, но мне не нужна забота из жалости, — на одном дыхании выпалила я, намереваясь повернуться и уехать отсюда, но Дамиан не позволил.
Мужчина наклонился, положив одну руку на мой подлокотник, а другую мне на затылок, немного подтолкнув меня вперёд. Его суховатые губы захватили мои — он целовал меня, но что самое удивительное — я целовала его в ответ.
И ещё немного задыхалась.
Потела.
Пыталась запомнить каждое движение его губ.
Я не знала, как правильно отвечать на поцелуй.
Не понимала, не сочтёт ли он мои действия смешными.
Но я целовала его.
И мои руки, словно на них побрызгали эликсиром храбрости, коснулись его лица. В подушечки моих больших пальцев — да и сами ладони — впилась его колючая щетина.
Я слышала, как его грудь беспокойно вздымалась.
Внутри меня словно заиграла музыка.
И так долго спящие гормоны активизировались, начав разъярёно посылать сигналы по некоторым точкам моего тела...
Хотела ли я от него большего?
Точно да.
Безусловно.
Всю меня трясло от возбуждения из-за этого невинного поцелуя.
Дамиан отстранился, но всё ещё стоял в таком положении. Наши лица были так близко друг к другу. Мой взгляд был опущен. Я поспешно убрала руки с его лица.
Это был мой первый поцелуй. И не просто, а с мужчиной моей мечты.
Это было удивительно настолько, что ощущалось как награда судьбы за все пройденные мною страдания.
— Следующий поцелуй будет в твой день рождения. И я не ограничусь одним.
— Я... — сглотнула, пытаясь справиться с головокружением. Мне было сложно прийти в себя после такой дикой эмоциональной встряски. Гормоны всё ещё бурлили — и я мало понимала, что делать в подобных ситуациях и как с этим справиться. — Я совсем не прошу тебя ограничиваться.
Лёгкие наполнялись воздухом.
— Мне нужно возвращаться к тёте Сене, — поспешно заявила я, желая поскорее уехать и облизнуть губы, чтобы ещё раз насладиться вкусом его губ. Только Дамиан не собирался отпускать меня. Он развернул моё кресло и медленно повёз в направлении столовой.
— Ты не слушаешь меня, малыш. В последний раз повторяю — ещё хоть одна мысль о моей жалости посетит твою голову, я приму другие меры.
— К-какие? — заикаясь, поинтересовалась я.
— Я придумаю. И лучше тебе будет не проверять.
— Я уже собиралась искать тебя по всему дому! — возмутилась тётя Сеня, когда мы встретились с ней по дворе. Кажется, она действительно спешила обратно в дом. Я совсем забыла о времени, пока обвиняла Дамиана в том, что он возится со мной из жалости. — Всё в порядке?
— Да, я просто мыла руки и немного замешкалась, не переживайте.
— А ты не передумал пообедать с нами?
— Спасибо, но мне действительно пора.
— Ты очень пожалеешь, что предпочёл нашему обществу скучную работу.
— Я уже об этом жалею, но в моём подчинении полно лодырей, которые не видели меня около двух недель.
— Ты слишком категоричен.
Мне уже хотелось крикнуть ему, чтобы он побыстрее ушёл и дал мне переварить происходящее, однако я молчала и позволяла тёте Сене уговаривать его остаться.
— Ладно, езжай на свою работу, но помни, наш дом всегда открыт.
— Я знаю.
Он попрощался с ней поцелуем в щёку и на прощание поцеловал в щёку и меня. Это было безумием, потому что после произошедшего в доме мне было недостаточно.
— До встречи, Ася.
— Пока, Дамиан.
Он ушёл, а мы с тётей Сеней вместе отправились продолжать ждать доставку.
— Он тебе нравится.
Я замерла.
Как она догадалась? Неужели это было так очевидно?
Мне было боязно узнавать, какая у неё реакция.
Хотя всё было не так. Дамиан мне не нравился. Я была влюблена в него.
— Он не может не нравиться... — почему-то мне не захотелось скрывать от неё мою влюблённость.
— Определённо.
— Только вот я...
— Самая очаровательная девушка, способная влюбить в себя с первого взгляда.
— Тётя Сеня...
— Не спорь со мной. Мне лучше знать.
— А вы не против этого? — виновато поинтересовалась я. — Того, что он мне нравится, в смысле.
— Ни за что на свете. Я не против любых твоих чувств, но так как я знаю этого здоровяка с детства, то болею за него. Я очень рада, что ты мне об этом сказала. В одно время я немного боялась кое в чём признаться своему папе, о чём потом сильно жалела.