Чтение онлайн

Каждый уголок её трепетной души.

Каждая улыбка.

Каждый заинтересованный взгляд.

Я хотел быть обладателем всего перечисленного. И точно так же хотел, чтобы она обладала мной.

Ася и так обладала.

Всегда будет обладать.

— Тебе не нравится, когда я такая?

— Я люблю тебя в любых твоих проявлениях, малыш.

Всё это время работал телевизор, но я был так увлечён, что не слышал ничего, кроме её голоса. Вскоре я улёгся на спину, продолжая удерживать Асю на своём торсе. Снаружи послышались звуки ударяющегося о разные поверхности дождя. Моя майка задралась, открывая мне всю прелесть её вида сзади.

— Я знаю, куда ты смотришь. Моя попа горит от твоего взгляда.

— Не вини меня. Твоя попа произведение искусства, — ухмыльнулся я, поцеловав её в лоб.

— Кстати, ты сможешь немного разгрузить Станислава Юрьевича, если я буду на парах.

— Ты хочешь, чтобы тебе помогала твоя старая сиделка? Или мне найти новую? — спросил я, раз она снова подняла эту тему. — Или, как насчёт того, чтобы этим занялся твой мужчина?

— О боже, только не это! Я не хочу, чтобы одногруппники от меня шарахались. Я и так не в самом лучшем положении.

— Кто-то из них посмел обидеть тебя?

На моих скулах заиграли желваки. За сентябрь она посещала пары крайне редко, но даже за эти вшивые два раза кто-то из них уже мог расстроить её. Своей чёртовой бестактностью. Назойливыми взглядами. Перешёптываниями. Как только я представлял, что она становится объектом неуважительного к себе отношения или, сука, не дай бог, травли, я разрывался от желания давить черепные коробки.

Мне нужно было приставить к ней охрану в те дни, когда она приезжает на пары.

Как можно быстрее.

Тогда я буду спокоен.

Хотя стопроцентное спокойствие у меня будет только в случае, если я сам лично буду возить её из одной аудитории в другую.

— Нет, вовсе нет. Наоборот они... — Ася ненадолго замолчала, задумавшись. — Они были очень добрыми и толерантными. Никто не косился, не насмехался.

Я пытался найти в выражении её лица намёки на ложь, но, кажется, Ася говорила абсолютно искренне.

Попробовал бы, сука, кто-то насмехаться над ней.

— Хорошо, — прохрипел я. — Мне стоит беспокоиться о парнях?

— Беспокоиться о парнях?

— Есть кто-то, кто завладел твоим вниманием?

— Есть, и его наглая рука сейчас позволяет себе слишком много, — пошутила она, и я осознал, что, и вправду, сжимал упругую плоть, даже не задумываясь об этом. — И мне не нужна сиделка, Дамиан. Мне нужно немножко самостоятельности. К тому же у нас с Элиной количество пар почти совпадает, поэтому она мне будет помогать. Это она так сказала.

То, что они с Элиной учатся в одном университете, меня немного утихомиривало. Но о каком спокойствии могла идти речь, когда я боялся даже оставлять её одну в туалете?

Псих?

Не думаю.

Она могла упасть, не в состоянии удержать своего тела.

Как, блядь, мне жить спокойно?

— Плюс в этом году позаботились о пандусах, так что ей не придётся таскать меня по ступенькам, а до лифта я могу доехать сама, — воодушевлённо рассказывала Ася.

— Пандусы сделали во многих местах?

— На крыльце при входе и вообще во всевозможных местах, где есть лестницы в корпусе. Это странно и удивительно.

— Почему странно?

— Потому что до этого в университете не думали об инвалидах. А именно в этом году решили... — Ася прервала поток своих мыслей, приподнявшись. Её ладони упирались в мои плечи, служа ей точкой опоры. Я не мог понять, о чём она думала и почему так резко замолчала. — Это сделал ты, — прошептала она. Осознание читалось в её лице. Я покачал головой, пытаясь убедить её в обратном.

— Я ничего не делал.

Это было правдой.

Лично я ничего не делал. Моей задачей было только профинансировать идею и карман вышестоящих, чтобы они её утвердили. Этот университет входил в пятёрку самых престижных вузов страны, однако даже при этом в нём не было нормальных условий для людей с инвалидностью.

— Дамиан, — в уголках её глаз застыли слёзы. Я смотрел на неё снизу вверх и ненавидел себя за то, что стал их причиной. — Точно так же, как и с подъёмником, правда?

— Твои слёзы убивают меня.

— А твои поступки убивают меня.

Она снова упала лицом на мою грудь, обрушив на меня тихие рыдания. Я обнимал её с такой силой, что боялся сломать напополам. Такая хрупкая в моих руках. Такая крошечная. Такая ангельская. Самый светлый человек, который когда-либо только мог ступить на землю. Ася была создана для того, чтобы её беречь. Беречь и ограждать от любого дерьма, которое всякие гниды пытаются вылить на неё.

— Прошу тебя, не плачь.

— Почему ты не сказал мне? — шёпотом спросила Ася.

— Потому что это не имеет никакого значения.

— Я уже говорила, что для меня имеет! — на эмоциях вскрикнула она, и я немного приподнял её, чтобы наши лица находились на одном уровне. — Как ты можешь ревновать к другим мужчинам, Дамиан? Ни один из них никогда не будет ко мне так же внимателен, как ты. Никто не сделает ничего подобного. Никто даже не подумает об этом. С каждым днём ты заставляешь меня всё больше влюбиться в тебя, хотя, казалось бы, это уже невозможно. Но ты доказываешь, что возможно. Спасибо тебе.

— Не благодари меня за отношение, которое ты заслуживаешь.

— Я не понимаю... Кто я такая, чтобы заслужить его, Дамиан?

— Ты — всё, что я когда-либо мог позволить себе желать, Ася. Ты — моё чёртово наваждение каждый день. И однажды ты поймёшь, сколько у тебя власти надо мной. У тебя одной. Только у тебя.

— Пожалуйста, — тихо и так уязвимо пролепетала она, — не давай этому сну наяву закончиться. Не разбивай мне сердце после того, как украл его.

— Никогда, — поклялся я, прижимая её щёку к своей и чувствуя солёные слёзы на своей коже.

Никогда.

Повторил я про себя.

Ася

— И я люблю вас, хорошо проведите время, — ответила я тёте Сене, прежде чем сбросить вызов и вернуть ей возможность наслаждаться обществом мужа. Я не могла поверить, что моя кошмарная жизнь превратилась в настоящий рай на земле.

— Поговорили? — спросил вошедший в спальню Дамиан.