Чтение онлайн

– Привет. Давно не виделись, - проговорил мужчина, - нам предстоит долгая дорога.

Он бережно сложил содержимое сундука в мешок, после чего неспешно побрел в свои покои.

В назначенный час защитники собрались в каминном зале. Каждый из них облачился в свою обычную походную одежду. На некоторое время внимание привлек вардарим, черные доспехи которого были еле различимы в неярком свете горящих канделябров.

– Вот это да!
– удивленно присвистнул Бэнкси, - как мы тебя от всадников отличать будем? Если вдруг случай снова сведет.

– Это обмундирование личной стражи дрема, - сказал Лексиор.
– У вардаримов черный цвет означает принадлежность к воинскому искусству. Если нам доведется сражаться бок обок, сударь гальмитл, ты уж постарайся меня не спутать; не хочется получить выстрел в спину.

– Посидим на дорожку?
– обратился ко всем Артего.

– Посидим, - вздохнул гардемиец.

Спустя несколько минут отряд отправился на каменную площадку у воды, где ждала приготовленная поклажа и две совершенно новые лодки.

Эрду вел отряд, по длинным коридорам замка держа перед собой полыхающий синеватым огнем факел. Защитники миновали первый этаж и спускались в подвал, когда высоко над ними раздался грозный рык, от которого содрогнулись стены, а с потолка на головы посыпался песок.

– Что происходит?
– спросил гардемиец у Лексиора.

Вардарим в отличие от других никак не отреагировал на странные звуки и тряску. Он пребывал в задумчивости, и казалось, происходящее вокруг его мало заботит.

– Где?
– рассеяно, спросил сэр Фэйдерленд и непонимающе посмотрел на Эрду.

– Да ты что издеваешься над нами?!
– не выдержал Бэнкси.
– Только что сверху донесся рокот, как будто в стенах замка проснулся гигантский зверь и стены ходуном ходят, а ты еще спрашиваешь.

– Я ничего не слышал, - отозвался недоумевающий Лексиор.
– Значит, уже началось.

– Что началось?!
– чуть ли не в один голос спросили защитники.

– Просыпаются силы, что не дают мне уйти, - ответил вардарим.
– Скорей, друзья, нужно торопиться!

Отряд значительно ускорил шаг. Когда они достигли тоннеля, который выводил наружу, стены и пол под ногами затряслись, а вместо жуткого рыка послышался истошный рев, переходящий в громкое и режущее уши шипение. Не сговариваясь, друзья побежали в сторону выхода.

Несмотря на глубокую ночь, снаружи оказалось достаточно светло. Стард находился в полной фазе, озаряя своим свечением окрестности замка. С черного полотна ночного неба смотрели мириады звезд, которые отражались в непроницаемой речной глади Южанки.

– Я...Мне плохо, - неожиданно тихо пробормотал вардарим и медленно прислонился к стене.
– Давайте вернемся.

– Поздно, Лексиор, - твердо произнес гардемиец, - ты примешь этот бой.

Достигнув каменной площадки, путники принялись спускать лодки на воду. Когда оба судна закачались на волнах, они быстро погрузили в них поклажу и по очереди начали забираться на борт.

С трудом, оторвавшись от стены, Лексиор сделал шаг в сторону лодки, в которой его с нетерпением ожидал Артего. Внезапно мир вокруг вардарима закружился; в глаза ударила ядовитая зелень, а налившуюся свинцом голову потянуло к земле. Чтобы не упасть, ему пришлось обхватить голову руками и попытаться разумом зацепиться за потемневший вокруг мир. Следующий шаг, стоил неимоверных усилий; не выдержав, сэр Фэйдерленд начал заваливаться вперед.

– Надо ему помочь!
– закричал Грин и, выпрыгнув из лодки, поспешил на выручку Лексиору.

Артего, Бэнкси и Льявалла решили к нему присоединиться и тоже выбрались на каменистый берег.

– Стойте!
– окрикнул Эрду и, указав в сторону реки, произнес: - Смотрите!

Вдали над водной гладью мелькали тонкие черные линии, с виду напоминавшие отростки. По мере приближения их количество возросло, а сами они удлинились, приняв полусогнутые очертания. Следом из тьмы вынырнула паучья морда, невиданных размеров. Путники в ужасе отшатнулись и, выскочив на берег, спешно отступили вглубь пещеры.

– Что еще за напасть?!
– сказал Бэнкси, бросив тревожный взгляд на вардарима.

Сэр Фэйдерленд ничего не ответил, и, казалось, даже не услышал карлика; устремив вдаль безжизненный взгляд, он вытянул перед собой руку и попытался сдвинуться с места.

Гигантский паук стремительно приближался; вскоре над водой показалось испускавшее мертвенный мрак туловище с длинными и мерзкими лапами. Ночные краски, казалось, сгустились еще сильней; кошмарное видение надвинулось со всех сторон, вселяя животный страх и подавляя волю к сопротивлению.

– К бою!
– хрипло скомандовал гардемиец, доставая мечи. Его облик в мгновение ока преобразился: обветренное лицо посуровело, в грозно сузившихся глазах вспыхнул бойцовский огонь. Эрду пригнул голову к земле, словно готовящийся к прыжку зверь. Клинки в умелых руках гардемийца прочертили замысловатую дугу и замерли, ярко блеснув в свете Старда.

Бешено перебирая длинными лапами, враг приблизился на расстояние, когда не его хищной морде стали отчетливо видны многочисленные зенки и загнутые внутрь клыки.

Не в силах сдержать омерзения Грин отвернулся. Отвратительное зрелище паучьей туши усугублялось ее внушительными размерами, вызывая у юноши приступ дурноты.

В лица пахнуло леденящим ветром. Захотелось скорее убежать; навсегда укрыться за надежными стенами замка.

Юноша непроизвольно отступил на шаг, но всего через миг, взял себя в руки и вернулся на место. Обратив щит к врагу, он воздел сияющий молниями Грозолом и приготовился к схватке.

Отряд, за исключением застывшего и, казалось, сломленного вардарима, ощетинился оружием.

Сэр Фэйдерленд, словно не замечая происходящего, сделал еще один шаг и обессилено рухнул на колени.

Кошмарные заостренные книзу лапы почти вплотную подобрались к площадке. Тьма нависла тяжелым туманом, заполнив собой не только обзор, но и разум. Спустя мгновение изогнутая как южный клинок лапа коснулась каменного выступа, на котором находился отряд.

Эрду стремительно подбежал к воде и со всей силы рубанул по паучьей конечности. Меч прошел сквозь нее, так и не наткнувшись на препятствие. Сбитый с толку гардемиец нанес еще удар, но все закончилось тем же: на краткое мгновение, лезвие погрузилось в черноту лапы, и беспрепятственно выскользнуло наружу. К всеобщему ужасу и смятению тело чудовища оказалось неосязаемо.