Чтение онлайн

То есть видела сами тяжелые двойные кипарисовые двери – но тогда крыло пустовало и никем не охранялось. Меритамон нахмурилась и остановилась, вдруг засомневавшись, правильно ли идет; потом двинулась дальше. По пути ей попался какой-то слуга, торопливо отскочивший и отвесивший испуганный поклон при виде решительного лица госпожи и ее решительной походки. Вот наконец поворот, а вот и двери.

Около них стоял единственный стражник, со скучающим видом прислонившийся к стене; но стоило Меритамон шагнуть к дверям, как стражник преградил ей дорогу и схватился за меч: сонный вид сменился полной готовностью.

– Нельзя!

Меритамон быстро отступила, хотя в этот раз была испугана меньше.

– Я госпожа Меритамон, дочь великого ясновидца, - сказала она. – Дай дорогу.

– Это запрещено, - повторил охранник слова, которые Меритамон уже слышала; но ей показалось, что он заколебался.

– Ты разве не знаешь, что женщинам не запрещается входить в гарем?
– сказала госпожа. – Я пришла, потому что имею на это право. Пропусти.

Несколько мгновений стражник рассматривал ее фигуру – если бы их видел господин дома, этот воин лишился бы места за свою наглость; а потом вдруг он дал ей дорогу.

Меритамон не представляла, что подвигло его на такое нарушение долга: наверное, все сразу, и то, что она госпожа, и то, что женщина… хотя будь она на месте отца, она бы выгнала этого человека со службы. Однако ей его нерадивость была на руку. Она двинулась по незнакомому коридору, с каждым шагом все больше волнуясь; полумрак и запах мирры и шафрана, витающий в воздухе, ласкали ее чувства… и таили какую-то угрозу. Она попала в место женщин, место любви и гибели, которая идет рука об руку с такой любовью.

Юная Меритамон это уже понимала.

Где же Тамит? подумала она. Неужели эта женщина в самом деле так прекрасна, что брат лишился разума?

Ей почудилось какое-то движение впереди, а потом смутный силуэт определился, и Меритамон вскрикнула от невольного страха.

– Тсс! – тихонько шепнула женщина. – Не бойся, госпожа, это я, наложница твоего отца! Заходи!

Меритамон послушалась – ее успокоил этот шепот и разобрало любопытство. Она раздвинула занавески, и вокруг нее сгустился и полумрак, и аромат. И то, и другое уже казалось присущим этой таинственной наложнице.

Тамит шепотом пригласила госпожу сесть на подушку. Или в кресло, если она пожелает. Меритамон, наполовину храбро, наполовину испуганно улыбаясь, опустилась на подушку; хозяйка этих комнат присела напротив движением, полным грации.

Меритамон смутно видела ее лицо – очень смуглое в полумраке; на нем только блестели огромные черные глаза с чистыми голубовато-белыми белками и такая же белозубая улыбка. Меритамон вдруг поняла, что эта женщина очень красива. Более того: она никогда прежде не видела таких красивых женщин, даже ее мать уступала этой Тамит.

И действительно, маленький Аменхотеп унаследовал от нее и глаза, и форму носа и бровей – но не имел и половины очарования матери.

– Зачем ты посетила меня, госпожа? – нежно спросила Тамит, видя, что гостья никак не начинает разговор.

Меритамон от смущения не могла сказать ни слова. Здесь все оказалось иным, чем она ожидала: и прежде всего сама наложница.

Тамит нежно, негромко рассмеялась.

– Ты смущена, госпожа. Я понимаю, не нужно слов. Ты по доброте своего сердца решила скрасить мое одиночество, и я очень тебе благодарна.

Она помолчала и прибавила:

– Жаль, что не могу тебя принять как подобает и предложить угощение. Но ведь ты знаешь, что все здесь и так принадлежит тебе.

Меритамон растерялась окончательно. Она не знала, что думать об этой женщине – но понимала уже одно: Тамит достойна внимания и восхищения… и несправедливо обделена и тем, и другим. Нет, ее положение просто ужасно!

– Мне тебя так жаль, - сказала Меритамон, а Тамит вдруг наклонилась к ней и нежно погладила по руке. Ее прикосновение было так же восхитительно, как и речи ее, и весь ее облик; Меритамон вдруг почувствовала, что млеет словно в объятиях любимого.

– Я получила лучшее, о чем могла мечтать, - прошептала Тамит. – Ведь ты знаешь, госпожа, кому я на самом деле принадлежу…

– Да, - прошептала Меритамон.

Было очень трудно освободиться от ее чар.

– Твой брат достоин любви лучшей женщины, как ты – любви лучшего мужчины, госпожа, - ласкал ее шепот. – Я счастлива, что угодила господину Аменемхету. Я буду рада угождать и тебе. Ты самая прекрасная девушка из всех, что я видела.

Меритамон покраснела.

Она была не девушка – жена.

– Я замужем, - шепнула она, опустив глаза. Вдруг Меритамон догадалась, от кого ее брат научился обращению с женщинами, и почувствовала, как ее затопляет благодарность к Тамит. Ведь именно она сделала супружескую жизнь Меритамон приятной.

– Ты чудесная женщина… - прошептала Меритамон.

Тамит ласково рассмеялась, склонив голову к плечу.

– Я только твоя служанка. Я счастлива тем, что могу видеть тебя.

Она помолчала, потом робко спросила:

– Скажи, здоров ли мой сын?

Вдруг Тамит перестала быть чаровницей и превратилась в полную беспокойства мать. Сердце Меритамон окатила горячая жалость.

– Да, Тамит, здоров. За ним внимательно смотрят.

– Не знаю, как и выразить благодарность тебе, - сказала Тамит.

Теперь она заговорила в полный голос, оставив шепот; голос у нее оказался необычным, мелодично-высоким и холодноватым – но был так же красив, как и все в ней.

– Только мне грустно, что я не могу видеть Аменхотепа, - произнесла женщина. Она взглянула на Меритамон – вся беспокойство, материнская любовь и печаль; Меритамон показалось, что в огромных глазах блестят слезы.

Потом Тамит вдруг словно спохватилась.

– Забудь мои дерзкие слова, госпожа. Я знаю, что ты ничем не можешь мне помочь, и не смею даже просить тебя об этом. Ты и так очень утешила меня.

– Ну что ты, - начала Меритамон, но Тамит качнула головой; качнулись обрамлявшие лицо гладкие черные волосы, густые и казавшиеся очень мягкими на ощупь.

– Нет, госпожа, я знаю, что сказала лишнее. Прости. И я не смею задерживать тебя – ведь это для тебя опасно.

Она встала, и Меритамон встала следом.