Чтение онлайн

— Нет, конечно! Он и так повёл себя с вами не лучшим образом. Кто знает, на что он решился бы, если бы знал, что не все потомки Гарнарских погибнут, если он попытается принудить вас с сестрой к чему-нибудь.

Тай сидела у ствола борхи, подтянув колени к груди, и чутко прислушивалась к тому, что он говорит ей. Не только и не столько к словам, сколько к голосу. Пыталась понять, насколько он правдив и искренен с ней. Не пытается ли манипулировать, высказывая то, чего, на самом деле, не думает и не чувствует. Как его братец. Сравнивала звучание его голоса с неким внутренним камертоном, что подскажет ей, не лжет ли он.

— Вы догадались? — надо разговорить его, тогда многое станет понятнее.

— О том, что ваши люди прикидывались? Конечно! Старик и два дурачка. Это, если хотите, классическая военная хитрость: прикинуться в сложной ситуации мертвым, больным или дурным.

— Ваши маги купились.

— Маги — это не совсем военные. Квадр раскусил бы сразу. Он и вас раскусил, что касалось подготовки и выправки, мечтал встать с вами в спарринг. Уверил меня, что вы не посрамили бы честь Гарнара, — вспоминал Мар, невольно улыбаясь. — Он догадался и о том, что вы ушли в Гарнар через Великий Лес. Васкин всё не мог поверить, что вы способны на такое безумие. Какой он?

— Великий Лес? Прекрасный, разумный, одинокий.

Мар разговорился. Он, наверное, за несколько прошедших дней не наговорил столько, сколько сейчас, но остановиться не мог. Да и не хотел. Он так долго мечтал встретить её! Почему он должен сдерживаться сейчас? Помолчит ещё, когда она уйдёт…

— Я планировал обойти запрет на причинение себе вреда с помощью него. Собирался отправиться туда и чтобы он сожрал меня для всеобщего блага и спокойствия.

— Он не стал бы жрать вас! — возмутилась Тай. — Великий древний разум! Скорее, он попытался бы вылечить вас!

Вот это было совсем лишним! Собиралась разговорить его, а сама болтает невесть что! Но контролировать себя становилось всё труднее. Радость, непонятная и никогда не испытываемая ею лёгкость, пузырилась в венах и лишала самообладания. Хотелось смеяться, плакать, обнять весь мир…и его. Так хотелось обойти дерево, утонуть в его глазах и объятиях. И не думать, обманывает ли он её, и на сколько.

Вот она сила притяжения пары! Она не только велика, она ещё и рождает такую эйфорию, что меркнут не только доводы разума, но и инстинкт самосохранения. Понятно теперь почему так неотступно шли навстречу друг другу королева Лирэль и пришедший из-за грани воин Вальгор! Ведь было столько предсказаний, что любовь приведет их к смерти. Им самим снились сны… Этому просто невозможно противостоять! Ещё немного и сама Тай, как бабочка в огонь, полетит и сгорит. Как удержаться? И надо ли удерживаться, если это её судьба?

Стало страшно. Она, чтобы быть к нему ближе, положила руки на ствол борхи, которого касался он. Молчит. Обиделся? Нет. Покладисто согласился с ней:

— Да, я был тогда совсем ненормальным. Это никак не оправдывает меня, конечно…

— Перестань оправдываться и рассказывай! — не выдержала Тай реверансов и бесконечных извинений. Сколько можно!

— Ладно. Я и правда собрался было в Великий Лес. Парни не пустили. Васкин вырубил меня, а для него, который трепетал тогда перед чинами, это был подвиг и истинное проявление дружбы. Я очнулся привязанный к кровати так, чтобы не смог шевельнуть ни ногой, ни единым пальцем рук, во рту кляп. И это было правильно, нельзя было дать мне возможность творить заклинания, я бы в том состоянии снёс замок и город, вероятно, впридачу. Совсем не соображал. Они держали меня так несколько дней, пока Лавиль не убедился, что я хоть немного пришёл в себя. Но, — хитро смеётся Мар, — менталисту вовсе не нужны руки, чтобы колдовать. Я отомстил: все эти дни устраивал им коллективные глюки и тему, каждый раз выбирал новую, чтобы не привыкли.

Тай уже не хихикала, как в начале рассказа, а смеялась в голос. Он продолжал:

— Конечно, я не касался их потаённых страхов. Это было бы жестоко. Но поиздевался над ними от души. Прислугу пришлось отпустить на время из замка. Люди не тренированные совсем не отличали реальность и грёзы, так сказать. Готовить парням пришлось себе самим, по очереди — в замок вообще никто кроме них войти не мог. Гарнизон я не тронул, так что безопасность не пострадала, а я был отмщен.

Мар закончил свой не слишком весёлый, если вспомнить как всё было, рассказ и слушал как затихает её смех. Он чувствовал себя совсем пьяным от её близости, от счастья. Язык развязывался сильнее. Его несло:

— По правде сказать, это не самое безумное, что я делал тогда. Взять ту же слежку за вами. Это было обхождение клятвы, но мне было плевать. Я боялся, что что-то случится с вами в дороге и хотел знать, куда вы едете. Хорошо, что вы стряхнули слежку и ушли. Это я тогда думал, что смог бы со стороны наблюдать за твоей жизнью и помогать, по мере надобности… Я не смог бы…

— Почему? — спросила Тай потому, что он прервался и слишком долго молчал.

— Потому, что похож на отца. Меня как заклинило тогда на тебе. Я не смог бы остаться в стороне. Лез бы и лез, пока это не привело бы к трагедии, — опять замолчал, а потом всё же продолжил. — Знаешь, я запускал магический поиск по нескольку раз в сутки и, когда меня било за нарушение клятвы, радовался, что ты жива.

— Это же убивает!!! — помимо воли воскликнула Тай.

— Ну, я — сильный маг. Тогда от этого был хоть какой-то толк… Перестал делать это, когда связь оборвалась и меня не ударило. Я поначалу решил, что ты умерла… Едва не сошел с ума окончательно, — тихо и тоскливо звучит его голос. — Это так страшно… Такого ужаса я не испытывал ещё никогда. Дарбор спас меня, хоть и не знает об этом. Он в тот же день, ещё до вечера, рассказал мне, что Гарнар закрыл Врата. Тогда я понял, что Квадр был прав в своих выводах и вы укрылись там.

Мар замолчал, а через минуту продолжил, нежно проводя рукой по стволу борхи:

— Тогда я впервые испытал облегчение и стал успокаиваться. Понял, что никак не доберусь до тебя и не смогу навредить… Как ты жила эти годы? — спросил тихо.

— Хорошо, — почти шепотом ответила Тай. — Забот хватало, но это ведь не война… Девочки не давали скучать. Эль слишком любознательная. Она несколько раз чуть не взорвала замок. Один раз, просто по книжке, сотворила нежить. Хорошо, что это был всего лишь умерший щенок. Она, оказывается, пожалела его и подняла. Он, слава богам, был безобиден, но бегал по замку очень шустро и пугал служанок. А ещё хорошо прятался. Как мы ловили его!.. Она очень талантлива, очень. Я бы сказала, что слишком. Если отношения с Дормером не наладятся и мне не удастся сплавить её в академию, чтобы преподаватели заняли её делом, боюсь, что однажды она разнесёт замок или выведет какое-нибудь чудо, что сожрёт нас всех.

Мар смеялся, а она немного сварливо заметила:

— Это весело звучит, но на деле, совсем не так. Пришлось отдать ей одну из небольших башен замка, сделать там защитный контур и устроить ей полноценную лабораторию с несколькими уровнями защиты… У Эни подростковый возраст и свои заморочки и интересы. Она тоже талантлива и книжный червь, как все мы. Хотя по ней никогда не скажешь.

— Да. Она скорее выглядит легкомысленной прожигательницей жизни. Когда хочет ею казаться, — согласился Мар. Не хочет рассказывать об интересах сестры и имеет право. — А ты?

— Что я? Я не была одинока, если ты об этом, — зачем-то призналась Тай. Что он теперь скажет ей?

— Это хорошо, — прозвучало вдруг. — Ты должна быть счастлива.

Счастлива? Тай едва не рассмеялась горько и надрывно. Какое счастье? Пить "Искры страсти", чтобы не вывернуло от мужчины рядом? Терпеть редкие, раз в полгода, свидания ради того, чтобы не стать похожей на отца? Она не скажет о таком. Пусть думает, что у неё все хорошо.

— А ты? Как жил ты?

— Ну, как я поначалу сходил с ума, я уже рассказал, — хмыкнул Мар. — А потом братец отправил меня в Самир. Пришлось вспоминать всё то, что забыл за время войны и учиться новому: язык, обычаи, дипломатия. Было тяжело. Мне иногда казалось, что в голове звенит от звучания самирской речи и обилия знаний, что приходится в себя запихивать. Но это, в итоге, пошло мне на пользу. Я переключился с войны на мирную жизнь. Кроме того, король отрядил со мной людей, которые не только смогли стать поддержкой, но и друзьями. Чуйка у него, безусловно, феноменальная.