Чтение онлайн

Аргза смачно выругался.

– Черт с тобой! Лиам пойдет к тебе. Но клянусь, если ты…

– Вот и договорились, Паук! – И она, не дожидаясь, пока тот договорит, отключила связь.

Аргза резко помрачнел. С минуту он не произносил ни слова, и это молчание встревожило Сильвенио, которого помимо его воли, похоже, подписали на что-то опасное. Он осторожно коснулся плеча пирата, обращая на себя его внимание:

– Что я должен сделать, сир?

– Пошли. На месте узнаешь.

Аргза поднялся из кресла и молча куда-то пошел. Сильвенио, вздохнув, направился за ним. Они дошли до экстренного телепорта, откуда можно было связываться исключительно с такими же телепортами во избежание того, чтобы оказаться в открытом космосе – Темную технику Аргза мог использовать только для себя, да он никогда и не был лично в этом месте назначения. Сильвенио хотел шагнуть в телепортационный круг, уже смирившись, что ему не собираются ничего объяснять, но Аргза, до этого не произнесший ни слова, вдруг сильно, резко схватил его за плечо, наклоняясь к нему так, чтобы смотреть в глаза.

– Сир… мне больно… не могли бы вы…

– Слушай меня внимательно, Лиам. – Взгляд Паука был какой-то странный, неопределимый. – Эта ведьма обожает, когда к ней приходят какие-нибудь малолетние курьеры. Когда я дам сигнал, ты окажешься внизу, и от того места, где ты будешь, до ее дома идти строго на запад часа два-три – это единственная ближайшая постройка в округе. Там отдашь ей это. – Он вручил ему раздобытый в недавнем грабеже какой-то артефакт. – И возьмешь два мешка с товаром – это основная задача. На деле же… на деле же Крига пока вернула мне только двух из пятидесяти посланных к ней в разное время подчиненных. Не знаю, что она с ними делает, и знать не хочу. До сих пор мне было на это совершенно похрен. Однако на этот раз она запросила кое-что поценнее обычного служащего. Я намерен вернуть тебя оттуда во что бы то ни стало, ты меня понял? Ты должен запомнить: зови меня на помощь, если что случится. Ты ведь уже хорошо владеешь телепатической связью?

Сильвенио, которого завуалированно назвали «ценной вещью», безразлично кивнул:

– Да, сир. Я вполне способен открыть для вас двусторонний мысленный канал.

Аргза чуть усмехнулся одобрительно и наконец отпустил его руку, наверняка снова оставив внушительные синяки. У Сильвенио осталось привычное уже ощущение того, что его плечо побывало в железных тисках. Но потом варвар зачем-то осторожно, ласково погладил его по волосам, как любимого домашнего питомца, и взгляд его стал еще более странным.

– Хорошо. Тогда можешь идти. Помни, что я приду на помощь сразу же, если ты позовешь. Непременно приду, ясно?

Честно говоря, Сильвенио вовсе не думал, что когда-либо станет звать этого человека на помощь, но его слова на всякий случай принял к сведению.

Это была третья важная фраза в его жизни, которую он решил воспринимать как непреложную истину. Первой из них было указание леди Хенны про слезы и слабость. Второй – предсказание Юнбы. И вот теперь третьей была эта нехитрая аксиома: если с ним случится что-то плохое, нужно звать на помощь Аргзу Грэна, своего хозяина. По крайней мере, до тех пор, пока он будет для этого хозяина полезным…

Телепорт переместил его в безлюдную степь, сплошь покрытую жесткой желтой травой. Сильвенио долго стоял, пользуясь редкой возможностью побыть в одиночестве, и какое-то время просто бездумно смотрел на синеющее в вышине небо, задрав голову. Он пытался разглядеть в этой ослепительно-яркой безмятежной синеве корабль Паука, но не разглядел даже черной точки – слишком далеко. Потом шея окончательно затекла, и только тогда он наконец сдвинулся с места, вдруг вспомнив о встроенном в ошейник маячке и о нетерпении Аргзы.

Полуразвалившуюся хижину он нашел в указанном направлении сразу же: вокруг и правда не видно было никаких других строений. Крига – низкая, скрюченная, одетая в какие-то драные неопределенного цвета лохмотья – встретила его у порога с явным неудовольствием, будто действительно давно его ждала, и без всяких слов затащила внутрь. Никак не отреагировав на его церемонные приветствия, принялась что-то готовить, отвернувшись спиной и не особенно любезно указав ему на лавочку за покосившимся столом. Ему ничего не оставалось, кроме как сесть туда и молча ждать своей участи.

В прочитанных им сказках у таких злобных ведьм в доме обязательно хранились всякие жуткие вещи: засушенные головы, человеческие глаза в банках, отрубленные конечности животных и прочее. Однако, оглядевшись, здесь Сильвенио видел только связки каких-то ароматных трав и несколько рваных тряпиц, и оттого ему становилось даже более дискомфортно: уютный домишко в деревенском стиле никак не желал увязываться в его голове с образом страшной колдуньи, которая куда-то девала сорок восемь молодых рабочих и угрожала Пауку уничтожить его корабль. Неизвестность томила, он был готов уже практически к чему угодно, когда шел сюда, – но явно не к тому, что его посадят и будут игнорировать. Ведьма же, очевидно, догадывалась о том, что неизвестность всегда разъедала гораздо хуже самых неутешительных результатов, потому обращать свое внимание на гостя она явно не спешила.

– Пожалуйста, не убивайте меня, – сказал он вдруг, не выдержав. – Я не хочу умирать.

Старуха вдруг неожиданно развернулась к нему, проницательно прищурившись:

– Значит, твоя жизнь тебя вполне устраивает, маленький слуга большого Паучка?

Сильвенио задумался. Разумеется, его не устраивало существующее положение вещей, его не устраивало абсолютно ничего из того, что с ним произошло за последние шесть лет, включая сам момент похищения. Его не устраивало и то, что с каждым днем он становился все больше равнодушен к собственной жизни, научившись смиряться с любыми ее поворотами.

– Нет, – ответил он тихо. – Мне совсем не нравится быть слугой. Но умирать я все равно не хочу.

– А чего тогда хочешь?

Он моргнул:

– Пожалуйста, уточните свой вопрос.

Старуха глядела на него неотрывно, по-прежнему щурясь, будто бы пробегая взглядом по самой его душе и вызнавая все его тайны. Но у него не было никаких тайн, и в этом она здорово просчиталась.

– Представь, что я могу исполнить любое твое желание. Чего бы ты пожелал, мальчик? Может быть, денег столько, чтобы купить весь мир и никогда больше не знать той беды, в которую ты попал?

– Нет.

– Может быть, ты пожелал бы такого зелья, которое мигом бы убрало из памяти все плохие воспоминания и ощущения?

Он на мгновение задумался, а потом так же решительно замотал головой:

– Нет.

– Тогда, может быть, ты пожелал бы мести? Мести тому, кто сделал тебя своим рабом? Власти над ним?

– Нет. Я не хочу этого. Месть – слово не из моего языка. Мой народ… не мстит. И не добивается власти.

Старуха усмехнулась, и, кажется, взгляд ее стал несколько озадаченным.

– Удивительно, что ты все еще помнишь заветы своего народа после всей той грязи, в которую наш Паучок тебя окунул, мальчик… Но чего же ты тогда хочешь?

Он посмотрел на нее – замученно и устало. Все мышцы в теле болели после сегодняшней ночи, которую Аргза опять заставил провести в его постели. Болела и душа. Сильвенио сделал глубокий вдох и на медленном выдохе отчаянно закрыл лицо руками.

– Покоя, – проговорил он с безысходностью. – Я пожелал бы покоя. И вернуться домой… да, домой… Мне больше ничего не нужно…