Чтение онлайн

– Не надо читать мне проповеди, Мартин Люмен. Я не считаю, что посягнул на какую-то святыню. – Ухмылка Паука приобрела похабный оттенок. – И видел бы ты, как это «достойнейшее создание» извивается подо мной ночами…

– Избавь меня от подробностей, будь любезен. – Миротворец поклонился с ледяным достоинством и отошел. – Был очень рад знакомству, Сильвенио, всего хорошего. Извини, что я не могу пока вырвать тебя из лап этого чудовища.

Когда он окончательно исчез в толпе, Аргза ухмыльнулся снова и перевел наконец взгляд на Сильвенио, который, пользуясь шансом, как раз попытался отсесть. Взгляд пирата ему не понравился: похоже, тот намерен был рассчитаться с ним за случившееся прямо сейчас.

– Так, значит, уже нашел себе поклонника? Мне кажется, я не этим приказывал тебе заняться.

– Он не поклонник. Мы просто разговаривали.

– Ну, разумеется, просто разговаривали. Если бы ты хоть попытался перейти от невинных разговоров к чему-то большему, я бы просто башку тебе оторвал.

Аргза рывком притянул его обратно к себе и сильно укусил за ухо. Сильвенио зажмурился от боли, но извиняться не стал – в конце концов, не его вина, что Аргза оказался таким параноидально-ревнивым.

– Эй, Паук, снова извращаешься над своим щенком на глазах у всех?

Аргза наконец оторвался от него, и он открыл глаза. Хенна возникла рядом с ними неожиданно, внезапно, и Сильвенио подумал, что ее точно посылает к нему в такие моменты сама Судьба. Она стояла возле навеса, одетая в вызывающе открытое ярко-красное платье, удивительно элегантная и при этом все еще незыблемо воинственная, кажущаяся сплошным алым росчерком на фоне всего этого разноцветного марева и фальшивого напыщенного блеска. У Сильвенио потеплело в груди: все эти несколько лет, минувшие с того самого собрания Альянса, Красный Скорпион даже на видеосвязь с их кораблем не выходила, – очевидно, была занята какими-то новыми завоеваниями. Аргза открыто, белозубо ей улыбнулся, хотя до этого только усмехался. И Хенна улыбнулась ему тоже, как будто между ними продолжался какой-то очень давний разговор, никому, кроме них, не известный.

– Здравствуй, Хенна. Мой, как ты выражаешься, щенок, это заслужил.

– Ну-ну. – Она не стала спорить, но умудрилась выразить все единственным скептическим взглядом. – Позволь украсть твою несчастную изжеванную добычу на один танец. Не боись, верну в целости, сохранности и даже не обслюнявленным.

Паук коротко хохотнул и откинулся на спинку дивана. Опрокинул в себя залпом бокал вина, убирая от Сильвенио руки и показывая этим, что не против на время его отпустить. И тот вдруг с удивлением понял, что Аргза, кажется, почему-то совсем не ревнует его к Хенне. Феномен, не иначе. Он встал и поклонился воительнице по всем правилам этикета, на что та только заливисто рассмеялась и сгребла его за шиворот, уволакивая подальше в толпу вяло танцующих гостей. Торжественное платье, как оказалось, совершенно не прибавило ей манер – оно и к лучшему.

– Вы сегодня очень веселы, леди.

– Тебя что-то не устраивает, пацан? – Он с улыбкой замотал головой в ответ. – Честно говоря, я пьяна в хлам, амиго! Тут, конечно, выпивка дрянная, но я постаралась извлечь из нее все, что только возможно! Здесь так скучно! Ненавижу эти гребаные Приемы, но ничего не поделать, иногда на них приходится бывать и мне. О, с каким удовольствием я бы сейчас порубила в капусту все эти лоснящиеся от осознания собственной важности лица! Нет, ты только посмотри на всех этих надутых индюков, армия по ним так и плачет!.. Но – нельзя, увы. По крайней мере, пока Дни Мира не закончатся.

Он аккуратно поддерживал ее за талию, ведя в неподобающе медленном для этой женщины танце, и задумчиво смотрел в чуть подернутые дымкой алкоголя смеющиеся глаза.

– Вы уже второй раз спасаете меня от господина Аргзы. Спасибо.

– «Господина»! – Она громко фыркнула. – Ну и самомнение у Аргзы, если он заставляет тебя так себя называть! Да и я тебе, кстати, никакая не «леди», парень! И вообще. Пора тебе уже, по-моему, учиться самостоятельно спасаться от его домогательств. Ты же, черт возьми, жутко умный вроде, так придумай что-нибудь!

Она была почти такая же горячая, как и напоминающий ходячую батарею Аргза. Сильвенио чувствовал ее жар даже сквозь перчатки, которые вынужден был натянуть перед появлением в такой толпе, как чувствовал и каждую мышцу на изгибе ее спины, платьем совершенно не прикрытой. Сильвенио нравилось ощущать каждое ее движение, ощущать ее грацию, которая, несмотря на ее заявления о количестве выпитого, стала сейчас еще более очевидной, но удовольствие это было скорее из ряда эстетических, чем телесных: невзирая на сверхчувствительность, возбуждение эрландеранцы воспринимали больше как наивысшую точку духовной близости.

– Я, возможно, умный, но он сильный, леди. Как бы сейчас ни говорили про торжество разума, на практике мы наблюдаем совсем другое.

– На каждую силу найдется своя сила. И я не леди!

На этой философской ноте они умолкли, окончательно сливаясь с ритмом негромкой музыки. Хенна танцевала неплохо, Сильвенио – безупречно. Непривычно было смотреть на нее сверху вниз, и только теперь он в полной мере осознал, что действительно вырос: Хенна теперь едва доставала ему колючей рыжей макушкой до плеча.

Но, видимо, долго молчать ее затуманенное алкоголем сознание не хотело, и она вдруг выдала:

– Между прочим, когда-то я встречалась с этим твоим тупым… господином. Теперь так смешно наблюдать за тем, как он от вечного недотраха с ума сходит и домогается каждого, кому не посчастливилось ему попасться!

Сильвенио пораженно промолчал: от изумления ему даже спросить было нечего. Собственно, главная причина его изумления крылась в том, что он как-то привык считать, что Аргза просто недостоин этой женщины – а недостойных она к себе явно не подпускает. Он думал, что уж кто-кто, а Хенна никогда бы не связала себя какими-либо отношениями с таким человеком.

– Что? – рассмеялась она, прочитав это немое удивление на его лице. – Я не скажу, конечно, что я когда-то была глупой и наивной, а он когда-то был милым и галантным. Нет! Мы оба с ним ни капли не изменились, и никогда этот мудак даже не напоминал джентльмена, а я никогда не напоминала трепетную барышню. Эта история была не так банальна, не думай.

– Но тогда… почему? – выдавил он, справившись кое-как с приступом шока.

Она пожала плечами:

– Что я могу сказать? Он дикий, привлекательный и трахается отлично. И с ним было довольно весело. Иногда этого бывает достаточно. Впрочем, не волнуйся, мы уже больше полутора десятка лет совершенно чужие люди. И то, что он делает с тобой, вызывает у меня разве что жалость. Слава всем высшим силам, если они есть, за то, что я вовремя избавилась от его общества!

– Рад за вас, леди.

Она душераздирающе вздохнула, явно устав от его твердолобого почтения. Танец подошел к концу, и она с каким-то потаенным сожалением отпустила его плечи. Мир, все время танца вращавшийся, казалось бы, исключительно вокруг ее яркой фигуры, снова разочарованно расползся по всему пространству зала.

– Ты хороший парень, – улыбнулась она напоследок. – Только больно слабый и боязливый. Не позволяй этому придурку себя ломать, ладно?

Сильвенио кивнул. Что ему еще оставалось делать?…