Чтение онлайн

Еще бы! Доволен и очень, не сомневаюсь, очень удивлен. Я спросил у Хамфри, можем ли мы что-нибудь сделать для нашего Рона Джоунса. Например, сделать пэром его тоже.

По мнению секретаря Кабинета, вряд ли.

– При всем уважении к вам, господин премьер-министр, мы не можем посылать в верхнюю палату двух лордов Ронов Джоунсов. Это может выглядеть так, будто мы наладили нечто вроде серийного производства пэров.

Но ведь я ему обещал! Ну хоть что-нибудь… Какое-то время мы молча сидели, почесывая затылки. Затем у Хамфри, похоже, появилась идея. Поскольку у нашего Рона, судя по всему, нет ни малейшего интереса к телевидению – кажется, у него нет даже цветного телевизора, – мы сделаем его директором «Би-би-си»!

После чего мы перешли к куда более важным проблемам. Я объяснил секретарю Кабинета, что нам с Энни требуется личный повар. Он, очевидно, не совсем поняв сути вопроса, предложил дать объявление в газету. Пришлось терпеливо разъяснить, что нам нужен не простой повар, а правительственный повар. Который одновременно будет и домоправителем.

Хамфри, как, впрочем, я и ожидал после разговора с Бернардом, не очень-то горел желанием помочь. Сказал, что нанять правительственного повара и заодно домоправителя будет крайне трудно, поскольку Номер 10 – частная собственность, которая является всего лишь зданием правительства Ее Королевского Величества. Вот так: ни больше, ни меньше!

– Да, но там живет премьер-министр правительства Ее Королевского Величества, – резонно возразил я. – Причем вместе с семьей. Которые, как и все люди, вынуждены завтракать, обедать, а иногда даже и ужинать, разве нет? И почему, интересно, они не имеют права иметь правительственного повара?

– Нет-нет, господин премьер-министр, боюсь, это невозможно, – почему-то категорически заявил Хамфри.

Но это же нелепо. Секретарь Кабинета убеждает меня, что я имею полное право взорвать весь мир, но не могу требовать, чтобы мне и моей семье приготовили яичницу!

Будучи логиком по природе, я все-таки попытался выяснить причины этой несуразицы. Откуда у нее, так сказать, растут ноги.

– Ну а предположим, я приглашу на обед германского посла?

– Это совершенно другое дело, – с готовностью ответил Хамфри. – Официальное мероприятие, гостеприимство на правительственном уровне и так далее. Мы с превеликим удовольствием обеспечим стандартный обед, включающий пять блюд, три сорта французского вина и два – шотландского виски. Никаких проблем…

Значит, тем самым он хочет сказать, что обед германского посла – это государственное дело, а обед британского премьера – нет? Причем, конечно же, не только германского, а и всех остальных послов.

Поэтому я тут же попросил главного личного секретаря организовать мои встречи за обедом с германским послом в понедельник, с французским послом во вторник и с американским послом в среду. А затем, вспомнив о наших обязательствах перед Содружеством наций, вполне официальным тоном добавил, что в четверг мне предстоит обедать на Да-унинг-10 с Верховным комиссаром Новой Зеландии.

– Кстати, Бернард, сколько у нас стран-членов ООН?

Естественно, ответ у него был, как говорят, на кончике языка.

– На данный момент сто пятьдесят восемь, господин премьер-министр.

– Отлично. – Я радостно посмотрел на секретаря Кабинета. – Теперь мы с женой обеспечены нормальными обедами как минимум на шесть месяцев. Ну а когда они закончатся… Когда они закончатся, пойдем по второму кругу…

Бернард с озабоченным видом перелистывал мой деловой ежедневник.

– Но, господин премьер-министр, у вас нет столько свободного времени, чтобы каждый день встречаться с послами. У вас должны быть и другие деловые обеды.

– Отлично, – довольно сказал я. – Тем лучше. С послами ведь можно обедать и в свободное время. Разве нет?

А вот Хамфри с озабоченным видом заметил, что у МИДа может быть иная точка зрения. (Так оно и есть. Как было принято говорить в госслужбе: «Один обед ПМ с послом нередко сводит к нулю два года терпеливой работы всего дипломатического корпуса». Поэтому МИД вряд ли с пониманием отнесется к столь частым обедам. – Ред.)

Мнение бюрократов из МИДа в данном случае мне, в общем-то, не очень важно. Намного важнее другое – почему, интересно, никого не интересует, сыты или голодны премьер-министр великой державы и его семья?! А ведь именно ему время от времени приходится принимать судьбоносные решения.

Впрочем, Хамфри смотрит на это совсем по-другому. Хотя вполне понятно почему – он ведь тоже обедает в «столовке» Кабинета министров. Так делается уже два с половиной века, многозначительно добавил он.

– Это можно считать убедительным аргументом? – как мне кажется, весьма иронично поинтересовался я.

– Вот именно. Уже два с половиной века. Более того…

Тут его совершенно неожиданно перебил Бернард.

– Э-э-э… при всем уважении к вам, сэр Хамфри, – без особого почтения начал он, но затем со свойственной ему настырностью и педантичностью продолжил: – Это вряд ли можно считать убедительным аргументом уже два с половиной века, поскольку полвека тому назад он был убедительным только целых два века, век тому назад только полтора века, а два века…

Хамфри бросил на него такой убедительный взгляд, что он моментально остановился. Хотя его формальная логика была по-своему безупречна и, как всегда, не имела никакого отношения к делу.

Я тут же использовал возникшую паузу, чтобы отвлечь гнев секретаря Кабинета от моего верного главного личного секретаря. – Хамфри, простите, но вы меня не убедили. Мне нужен повар, и я хотел бы настоятельно просить вас организовать его оплату.

Всесильный секретарь Кабинета повернулся ко мне. С каменным лицом.

– В таком случае, позвольте мне настоятельно попросить вас посмотреть на вашу настоятельную просьбу с другой стороны. Как вам понравится, если пресса во весь голос объявит, что вашим самым первым шагом в качестве премьер-министра стало повышение своей собственной зарплаты ни много ни мало, а на целых восемь-десять тысяч фунтов стерлингов в год?

Вот это да! Такое мне даже в голову не приходило. Хотя не совсем понятно, а зачем, собственно, им говорить об этом? Это же наше внутреннее дело…

Хамфри, похоже, прочитал мои мысли.

– Кстати, мы в любом случае обязаны им это сказать. Другого выхода просто нет. Заработная плата и расходы премьер-министра должны быть абсолютно прозрачными. Таков неписанный закон.

– И что, нет никакого варианта как-то… ну, скажем, обойти это? – с надеждой спросил я. – Совсем никакой?

– Увы, господин премьер-министр. Открытое правительство, сами понимаете. Свобода информации. Мы должны всегда предельно честно и открыто сообщать прессе все, что они… могут узнать и без нас… Из, так сказать, других источников.