Чтение онлайн

Анфиса опустила голову.

— А я к следователю ходила. По поводу Людки. Свидетелем буду. Повезло, что она меня не впутала в свои махинации, а то бы как соучастница пошла.

— Да уж. Мы только вчера обсуждали, что нужен новый председатель. Только никто не хочет.

— Я бы пошла, — она повернулась к Забаве. — Если бы кто-нибудь поддержал.

— Я могу за тебя проголосовать, — честно сказала Забава. — Но думаю, меня одной будет мало.

Анфиса кивнула.

— Тогда не в этот год. Сейчас у меня благодаря Людке слава дурная по всему СНТ. Никто и не станет за меня голосовать. Надо сначала от грязи отмыться.

Забаве на это сказать было нечего: Анфиса и так всё сама понимала.

Пока ехали, метель понемногу стала утихать. Снегопад превратился в редкие, крупные хлопья, кружащиеся в замедленном танце. А городской пейзаж сменился загородным.

— Следующая остановка наша, — сказала Анфиса, поднимаясь с места.

Они шли от остановки вдоль трассы, где редкие машины оставляли тёмные колеи на белом полотне. За всё время им на встречу проехало только две.

— Нам точно сюда? — неуверенно спросила Забава, оглядываясь. — Тут же лес один, деревня сзади осталась.

Анфиса достала из кармана помятый клочок бумаги, сверялась с ним.

— Наталья написала, что сюда. А вот и оно.

Забава проследила за её взглядом.

Напротив, припорошенная снегом, стояла высокая старая сосна. Ствол её был перекручен, будто кто-то выжал его, как тряпку. Зрелище было одновременно завораживающим и жутким.

— Где-то рядом должен быть путь.

Забава тяжело вздохнула, изо рта вырвалось облачко пара. Второй раз за день ей предстояло идти по снежному полю.

— Вон он, — сказала Анфиса и пошла вперёд.

Они спустились с дороги. Через поле, убегая в лес, протянулась узкая, едва заметная под свежевыпавшим слоем снега, тропа.

Забава шла за соседкой, не отставая, уткнувшись взглядом в её следы, стараясь не оступиться на скрытых под снегом скользких корнях и не набрать в ботинки очередную порцию ледяной крошки. Поэтому, когда Анфиса резко остановилась, Забава чуть не ткнулась лицом ей в спину.

Она подняла голову. Перед ними, на небольшой полянке, окружённый вековыми елями в снежных шапках, стоял аккуратный бревенчатый дом. Из трубы ввивался в морозный воздух курчавый дымок. В окне горел мягкий, тёплый мерцающий свет.

Они поднялись на занесённое крыльцо, стряхнули снег с ног, и Анфиса постучала.

— Проходите, — отозвался из-за двери женский голос.

Вошли, и тепло от печки окутало их, как заботливые руки матери. В небольшой чистой горнице за столом сидела молодая женщина в белом платке.

— Здравствуйте, меня Забава зовут. У меня есть один вопрос.

— Ты зря пришла, — сказала хозяйка дома, лишь глянув на гостью.

У Забавы сердце оборвалось и ухнуло в ледяную пустоту.

— Но почему? — спросила она, уже понимая какой услышит ответ.

Женщина встала, взяла со стола восковую свечу, чиркнула спичкой и зажгла её. Пламя заколыхалось, отбрасывая на стены огромные размытые пляшущие тени. Она подошла к Забаве, медленно провела горящей свечой перед её лицом, потом вдоль плеч, словно очерчивая невидимый контур.

— Нет на тебе ничего, — сказала она и отступила на шаг. — Прийти должен тот, кому помощь нужна.

— А если не придёт? Если он даже не знает, что с ним что-то не так? Я ведь ему никто, а родная мать за него не попросит. Она сама это всё и устроила — и ничего! Одного не понимаю: почему только бабка поплатилась?

Анфиса не вмешивалась. Стояла тихо, как тень, ждала.

Хозяйка дома смотрела на Забаву через огонь свечи. Восковая капля медленно стекала вниз.

— Она своё тоже получит рано или поздно. Может, не в этой жизни.

— Выходит, что для неё нет справедливости? — в голосе Забавы прозвучала горечь.

— Это и есть их справедливость, — ответила женщина. — Для Высших сил ты вечная душа, а не это тело. Потому и наказание своё можешь отрабатывать как в этой жизни, так и в следующей, пока всё не искупишь, всему не научишься.

— Тогда может зря меня пугали? Может, у Игоря с Оксаной в этой жизни тоже всё будет хорошо?

— Родственница его скоро преставится… — сказала ведунья, — и пойдёт отрабатывать грех в другом теле: через тяжёлую судьбу, болезнь телесную или душевную. Не переживай, Силы накажут её обязательно. Только души часто в свой же род возвращаются.

Забаве стало плохо. Она пошатнулась, но заставила себя выстоять.

— Хотите сказать, что её душа в моих внуках воплотится? — ужаснулась она.

— Так устроен мир.

— Я придумаю что-нибудь, — с внезапной решимостью сказала Забава. — Я его приведу.

— Тогда иди с миром, — попрощалась хозяйка и повернулась к Анфисе. — А ты оставайся. С тобой у нас будет долгий разговор.

Забава шагнула за порог, дверь избушки захлопнулась. На улице уже темнело, и нужно было как-то выбираться из этой глуши. Она спустилась со ступеней, достала телефон. Экран ярко вспыхнул в сгущающихся зимних сумерках, упрямо показывая жалкую одну палочку сигнала связи, которая тут же исчезла. Ни посмотреть расписание автобуса, ни шанса вызвать такси. Забава решила, что для начала дойдёт до трассы. Оттуда — до остановки. Там наверняка должно было висеть расписание. А может, и телефон поймает сеть.

С ели посыпался снег, будто кто-то задел припорошенную лапу. Она обернулась назад, бросив последний взгляд на избушку. В окне мерцал тёплый свет от свечи. Сейчас там решалась судьба Анфисы. Но будущее собственной дочери Забаву интересовало больше, поэтому она решительно зашагала вперёд по тропе. Их следы всё ещё чётко виднелись на свежем снегу, и тропа быстро вывела её на трассу. Она поднялась на пригорок, обстучала ботинки, чтобы не тащить на ногах сугробы. Краем глаза заметила свет фар, движущихся навстречу, подняла взгляд, и досада сжала грудь. «Автобус! Тот ли, что нужен? Вряд ли их здесь много ходит… Хотя бы часть пути проехать до цивилизации в тепле — было бы просто волшебно. Только вот остановка отсюда не ближе, чем в километре, а то и в двух!» — лихорадочно соображала она и, понимая, что раздумывать некогда, отчаянно вытянула руку с большим пальцем, поднятым вверх, ловя взгляд водителя, не особенно рассчитывая на чудо.

Автобус поравнялся с ней и, зашипев тормозами, остановился чуть поодаль, призывно распахнув двери. Особого приглашения было не нужно. Забава бегом пробежала несколько метров и заскочила в салон.

— Спасибо, — выдохнула она, обращаясь к водителю в зеркало. — Думала, проедете мимо.

Мужчина за рулём улыбнулся:

— Тут каждый день кто-нибудь подсаживается, бывает и не по разу. Можно остановку официальную ставить. Подбираю, куда деваться. Не бросать же вас тут.

Она прошла вглубь пустого салона и рухнула на сиденье у окна. От печки из-под сидушки шёл горячий воздух. Забава расстегнула куртку и откинулась на спинку, прикрыв глаза.