Чтение онлайн

Забаву эти театральные опусы не тронули. После опыта общения со своей свекровью, Ангелиной Сергеевной, чей ледяной взгляд мог парализовать даже самого отпетого хулигана, эти дешёвые кривляния были смешны. И адреналин, вскипевший от несправедливости, продолжал требовать действия.

— Не вздумай звонить мужу, Катя! — чётко скомандовала Забава. — Человеку плохо. Надо вызывать скорую. Сейчас наберу 103.

— Не надо скорую! — умирающая тут же приоткрыла глаза. — Я как-нибудь сама…

— Как это не надо? Обязательно надо! — с показной заботливостью в голосе настаивала Забава, уже набирая номер на телефоне. — У нас медицина бесплатная, не переживайте!

Женщина мгновенно пошла на поправку. Она выпрямилась на скамейке.

— Всё, мне уже действительно лучше. Катя, проводи меня в дом.

— Давайте мы с вами пойдём! — тут же предложила Забава. — Вдруг вам снова плохо станет? А у Кати ребёнок на руках — она вам ничем не поможет.

Тётку эту Забава раскусила легко. В детстве, когда жила с родителями, видела такие выкрутасы у соседки-старушки. Женщине было не больше пятидесяти, просто маленькой Забаве она казалась тогда очень древней. Та тоже каждый раз хваталась за сердце, стоило её взрослой дочери собраться на свидание и хоть как-то устроить свою женскую судьбу. Закончилось тем, что вмешались соседи. Взяли однажды да и вызвали скорую. Ох и кричала тогда пожилая фельдшер на эту симулянтку! Такие фразы заворачивала. Только Забаве, ввиду малолетства, ни слушать, ни тем более запоминать тех выражений не разрешили. Увели со двора.

— Так что, позвонить Роме? — тихо, словно боясь спугнуть этот просвет здравомыслия, спросила Катя.

— Не надо, — отмахнулась свекровь, с достоинством поднимаясь со скамейки. — Всё прошло. Наверное, я домой поеду. В аптеку по пути зайду.

Она медленно, с видом мученицы, проследовала обратно к калитке, где стояла её машина.

— Эта «больная» ещё и за рулём ездит? — сердито проворчала Забава, провожая её взглядом.

— Зря ты вмешалась, — покачала головой Тася. — Теперь она из девчонки всю душу вынет.

Но Забава так не считала. Глядя на бледное, испуганное лицо Кати, она думала о другом. Если бы кто-то тогда, много лет назад, когда сама Забава была на сносях, так же заступился за неё перед Ангелиной Сергеевной, может, и жизнь сложилась бы иначе. Может, не была бы она такой затюканной все эти годы, вечно оправдывающейся и чувствующей свою неполноценность. Может, нашла бы в себе силы по-другому бороться за свой брак.

Тася посмотрела на подругу, затем на девчонку со свертком в руках.

— Хочешь, чая попьём? — спросила у нее.

Та молча кивнула.

— Тогда идите в дом и ставьте чайник. Я пока Звёздочку на место отведу.

Через десять минут все они сидели на Тасиной кухне. Запах свежезаваренного чая смешивался с лёгким ароматом детской присыпки и молока. Катя, держа на руках малыша, тихо рассказывала, глядя в свою кружку.

— До свадьбы она нормальная была. Да и после — тоже. Всё началось, когда я забеременела. Токсикоз с первого триместра, очень тяжело носила. — объясняла она, качая ребёнка. — Естественно, Рома заглядывать к маме в гости стал совсем редко. Вот тогда её прямо переклинило. Стала таскаться к нам домой, пока он на работе, проверять, не притворяюсь ли я. А раз я большей частью лежала, на кухне копилась посуда. И полы мылись не каждый день. Ромка ведь тоже приезжает поздно и уставший. Тогда она и устроила первую истерику.

Девушка сделала глоток чая, её пальцы выстукивали нервную дробь по кружке.

— Я не собиралась такое отношение терпеть, высказала ей всё. Что мне плохо, что просто физически не могу всё успевать, что Рома на работе весь день, а ещё и она со своими нравоучениями. Ну и она свалилась прямо в прихожей, начала ему названивать, чтоб быстрее ехал домой, что помирает. Он отпросился, приехал. Очень переживал. Ей, видимо, понравилось.

Катя горько усмехнулась.

— Она теперь постоянно так делает. Чуть что не по её — «я позвоню Роме!». Я же знаю, что он примчится. Мать у него одна, отца нет. Ушёл, когда Роме было четырнадцать. Если он будет так срываться с работы постоянно — его уволят. А она как будто того и хочет. Чтобы мы не могли себе позволить в доме жить. Чтобы к ней переехали в квартиру. Там бы она уже разошлась по полной.

— А мужу объяснить не пробовала? — спросила Забава.

— Сказать ему, что единственная мать — подлая змея… тоже не могу. Просто молча терпела и со всем соглашалась. Я же после кесарева. Мне и тяжёлое поднимать нельзя. Думала, дождаться, когда шов хорошо заживёт, когда начну управляться с малышом, тогда и буду с ней разбираться. Но у неё с каждым разом аппетиты всё растут. В последний приезд намекала, что нужно бочки с дождевой водой переставить.

Забава ужаснулась.

— Ну ты же не стала бы? — вырвалось у неё.

— Нет, не стала, — покачала головой Катя. — Просто постаралась бы тему перевести, поговорить с ней о чём-нибудь. В её возрасте не с кем особо общаться, наверное.

— А сколько ей? — вклинилась Тася.

— Сорок семь.

Забава аж подпрыгнула на стуле.

— Так она меня всего на пять лет старше!

— Значит, вы неплохо сохранились, — посмеялась Катя, и в её глазах впервые мелькнул огонёк.

— Можно на «ты», — предложила Забава. — Кстати, завтра у меня на конюшне выходной. Утром два ученика, а потом я свободна. Могу зайти, помочь по дому немножко.

— Да не стоит, — слабо возразила Катя. — Неудобно…

— Хорошие люди должны друг другу помогать, — твёрдо заявила Забава. — Сегодня мне кто-то помог, завтра я кому-то. Это и есть… человечность!

— О! — вдруг вспомнила Катя, и лицо её просветлело. — А вы смотрели Дробышевского?

Тася с Забавой переглянулись и синхронно замотали головами.

— Это антрополог, — пояснила Катя. — Он как-то цитировал одну учёную даму… про то, что цивилизация зародилась не тогда, когда изобрели колесо, а когда впервые срослась сломанная бедренная кость. Потому что это значило, что кто-то долгое время заботился об этом человеке, кормил его, поил, защищал, хотя он уже не мог быть полезным своей общине.

— Ну вот, ликбез по антропологии получили, — засмеялась Таисия.

— Значит, по рукам? — подытожила Забава. — Часов в двенадцать зайду?

Катя стыдливо улыбнулась, глядя в стол.

— Только у меня там… небольшой беспорядок.

— Так я и приду, чтобы его убрать, — твёрдо сказала Забава. — Я ведь сама мама. Ещё помню, как бывает сложно с маленькими детьми.

Она задумалась на мгновение, и в памяти всплыли строгие наставления Ангелины Сергеевны: «Мужчина не должен возиться с пелёнками! Ты должна со всем справляться сама, не отвлекай Федю!» Но, к счастью, муж у неё был хороший. Ни от купания младенца, ни от смены подгузников, ни от ночных прогулок с коляской никогда не увиливал. И сейчас, глядя на измученную Катю, Забава особенно остро понимала, какое это было счастье — иметь поддержку, а не ещё одного критикана в доме.

Маленький свёрток у Кати на руках раскряхтелся.

— Ну всё, пора менять подгузник. Я пойду.

Катерина собралась и подружки, проводив ее, вернулись за стол.

— Ну зачем ты на себя чужого человека взваливаешь? Сама еле-еле на ноги встала, — отругала ее Таисия.

— Не чужого, — возразила Забава. — Она наша соседка. Тем более, ты вот тоже мне помогаешь, и никто не спрашивает, зачем.

— Я из корысти! — рассмеялась Тася, подмигивая. — Ты за моими лошадками ухаживаешь. Глядишь, научу тебя ездить верхом, станешь тренировки проводить. А ещё я сериалы перестала смотреть. У тебя всё время что-то происходит — интереснее любого кино!