Чтение онлайн

— Ага, — рассмеялась Забава, — среди ночи, вот, разбудила!

— И правильно сделала! Во-первых, с ненормальными не связываются. Ну вышла бы ты с ней сама разбираться — пришлось бы потом всё равно спасать, отдирать вас друг от друга. А так обошлись бескровно. Во-вторых, вдруг бы она поджечь дом попыталась. Страшное дело! До нас всего две крыши. Ничего бы сделать даже не успели! И вообще, — отмахнулась Тася. — Ты со мной Поганку от конокрадов в одной простыне выскакивала отбивать. Это чего-то да стоит!

Она отхлебнула своего чаю с облепихой и мятой, задумалась на минуту, и лицо её стало серьёзным.

— Может, ты и права. Кто ей ещё поможет, если не ты? Я-то у себя порядок не успеваю навести с этими конями.

— Кстати, о конокрадах, — сказала Забава, возвращаясь к насущному. — Что делать с Анфисой будем? Что-то мне подсказывает, что она не отстанет.

— В полицию не заявить, — вздохнула Тася. — Доказательств никаких. Да и делать им больше нечего что ли? За ненормальной тёткой гоняться никто не станет. Нужно Наталью попросить карты кинуть. Может, она что подскажет.

Утром Забава проснулась с непривычным чувством тревоги, сверлившим под рёбрами. Она лежала, вслушиваясь в тишину. Понадобилось некоторое время, чтобы понять причину: ночь прошла подозрительно спокойно. Никто не кричал, не ломился в дверь, не подглядывал, не устраивал скандалов.

И вдруг, как это часто бывает, все детали сошлись в единую картину. Не размышляя на эту тему специально, она внезапно осознала с предельной чёткостью: почти все неприятности, что случались с ней с момента переезда в СНТ, так или иначе были связаны с Анфисой.

Перед глазами вереницей пронеслись воспоминания: вот муж скандалистки крадётся под забором в потёмках; вот они вдвоём пытаются увести Поганку; вот их собака срывается с поводка; вот Наталья находит на её участке подклад, оставленный ревнивой Анфисой.

«И зачем, спрашивается, сдался мне ее муж, которого я до этого в глаза не видела? Нужно что-то делать… — подумала она и нахмурилась. — Против её бредовых идей из разумных мер всё малоэффективно. Хотя камеры — это, конечно, хорошо. А если дом подожжёт? Аппаратура сгорит вместе с ним. А даже и не сгорит, и даже если в суд подать, то как жить-то погорельцам до триумфа справедливости? Если ещё долгие муторные процессы приведут к тому, что виновники будут наказаны, а средства возмещены… Мда-а-а… Ну ведь должен же быть способ приструнить её. К остальным же жителям она так активно не лезет, — продолжала развивать мысль Забава, рассматривая потолок, который не помешало бы побелить. — Понятно, конечно: я и Тася — новички в этом СНТ, ещё и относительно молодые, вот на нас и сфокусировалось всё внимание местной сумасшедшей. Но что же теперь? Ждать, пока кто-то ещё поселится и перетянет на себя Анфисин гнев? Так можно годами страдать».

Но думать — хорошо, а дела делать всё же тоже нужно. Забава поднялась, потянулась, и поплелась завтракать.

Она уже допивала свой утренний кофе, когда за окном послышались оживлённые мужские голоса. Андрей, Миша, Вася — все трое перешучивались и смеялись будто мальчишки.

Миша заметил её в окне и первым помахал.

Забава открыла форточку пошире.

Мужики ходили по участку с видом полководцев.

— Будем ударным методом пробовать, — объявил Василий. — Если получится, спину никто не сорвёт!

— Было бы хорошо! — ответила она.

Раскачиваться они долго не стали — с ходу взялись за скважину.

Забава примостилась на подоконнике с кружкой и, наблюдая за этой оживлённой вознёй, вспомнила знаменитую фразу: бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как работают другие люди. И, действительно, было на что посмотреть: металлическая труба, подвешенная на вышке, поднималась на металлическом тросе и с глухим стуком резко опускалась вниз, затем отяжелённая поднималась назад. Андрей ловил её стучал по ней молотом, выбивая грязь.

Отвлекая от зрелища и предупреждая, что скоро нагрянут гости, прозвенел нетерпеливый будильник.

Забава взглянула на часы и прошла в спальню, откуда видно было дорогу: за окном, плавно притормозив у калитки, остановилась машина Регины.

Начинался очередной рабочий день. Время летело. Не успела проводить Сашу, Евгений привёз свою дочку. И снова поэты серебряного века. Милана старательно выписывала на листе метафоры из стихов Гумилёва и Ахматовой.

В школе Забава сама зачитывалась ими по ночам, учила наизусть. Тогда она думала, что любовь у неё будет единственной, а брак — долгим. В то время она свысока смотрела на соседку по парте Лену, которая повторяла за матерью: мужчины нужны лишь для того, чтобы деньги в дом приносить. Позже, когда Забава уже склеила осколки своего сердца и жила в счастливом браке с Федей, слышала, что Лена удачно вышла замуж. За богатого, как и хотела. За рождение сына он подарил ей квартиру. За рождение дочери — хорошую машину и колье с бриллиантами. Тогда Забава даже завидовала. Ей Федя принёс большой букет роз, который завял уже через четыре дня. Теперь же Леночку можно было лишь пожалеть. Да, деньги у мужа водились и она себе ни в чем не отказывала. Но водились и женщины. И однажды, когда Леночка из восемнадцатилетней принцессы превратилась в располневшую даму за тридцать, супруг просто выставил её за порог. С квартирой, с машиной, но без детей. Сына и дочь он оставил себе. Леночка попыталась судиться, муж пригрозил, что состряпает на неё уголовное дело — и тогда она ещё долго не увидит детей. С его связями это было возможно. Она и притихла. Муж заплатил ей щедрые отступные. Вроде добилась в жизни того, к чему стремилась. Только какой ценой… Стоило ли всё в жизни мерить квартирами и драгоценностями?

— Ой, у нас уже время закончилось, оказывается! Папа написал, что ждёт, — выдернула её из тяжёлых мыслей Вика.

— Да? Надо же! Ну пойдём, не будем заставлять твоего отца ждать.

Евгений стоял у машины. Он открыл дочери дверцу, та прыгнула на сиденье.

— Спасибо вам большое, — поблагодарил он. — Дочь довольна. После прошлого занятия все уши прожужжала. Извините, тороплюсь. До свидания!

Забава стояла у калитки, провожая взглядом удаляющийся автомобиль.

«Даже о вакансии редактора спросить не успела, — расстроилась она и тут же одёрнула себя, возвращаясь в дом. — Ну и что? Если бы было что сказать — сам сказал бы. Или позвонил. Значит, пока не время. Тем более, — она глянула на сообщение от банка, — работу оплачивает исправно».

— Ну что? Отработала? — спросил Василий, выворачивая из-за дома.

— Да это не работа — это праздник какой-то, — не соврала Забава. — Девчонки обе умницы. Им и репетитор по большому счету не нужен. Ещё и платят хорошо.

— Значит, не устала? А я хотел пригласить тебя отдохнуть. Мужики сказали, там им сейчас третий особо не нужен. Один катушку крутит, другой по трубе долбит — и всего делов! А у меня с вахты привезенная рыбка лежит, чебак соленый, икорный, пенное в холодильнике дожидается. Я мужикам сказал, чтоб присоединялись, как закончат.

— Да я бы с удовольствием, — ответила Забава, — Только уже соседке пообещала помочь.

— Тасе что ли?

— Да нет, тут через дом девчонка живёт. С Тасей через забор. Родила недавно, муж на работе допоздна. Хотела хоть какую-то помощь посильную оказать. Полы там помыть. Часа на два точно задержусь.

— Так давай я с тобой схожу!

— Вась, там же девочка совсем. Ей лет двадцать. Неудобно как-то тащить тебя к ней. Ты всё-таки чужой мужчина.

— Да ты погоди за неё решать! Мужик, говоришь, на работе всё время. Значит, в доме и мужской работы хватает. Ну прогонит уйду, чё?!

«И правда, — подумала Забава, — «чё?»

— Хорошо, сейчас только сделаю пару бутербродов на всякий случай, может, она и не ела ничего. Моя Оксанка первое время у меня совсем с рук не слезала.

Через десять минут они уже стояли у двери в Катин дом. Хозяйка открыла, держа на руках малыша.

— Ой, я думала вы одна придёте!

— Мы же договорились на ты.

— Точно!

— Это Вася. Он может полку прибить, плинтус привинтить. Что там ещё из мужской работы надо в доме? Если тебе некомфортно, то он уйдёт, — добавила Забава поспешно.