Дачная история
Шрифт:
Все равно друзьями нам не стать. Нечего было и прикидываться добренькими, расслабился, гаденыш!
Заперев все двери и окна, мы пошли к Тирзе, в ее каморку при моей спальне. Она умылась и переоделась, сидела на кровати, сжав руки и дрожа, как в ознобе.
– Да у нее руки ледяные! – обнаружила я, дотронувшись до ее пальцев.
– Сейчас принесу чаю, валерьянки и горячего вина, – сориентировалась Юлька.
Тирза подняла ко мне заплаканное лицо.
– Госпожа, простите! Не знаю, как так вышло, я перепугалась!
– Ты все правильно сделала, ты молодец и умница!
Выяснилось, что Тирза подсматривала, как я делала зарядку. А я не пропускала ни дня, не хотела терять форму, достигнутую потом и кровью не за один год. В том числе упражнения цигун, нам тренер показывал базовые упражнения. Не скажу, что была мастером и не верила в эти все энергии-потоки-меридианы, но пользу ощущала: мне после них легче силовые нагрузки давались. Так что считала их полезной разминкой.
Так Тирза украдкой их повторяла, и оказывается, за месяц достигла значительных успехов. Раньше она могла подол платья разгладить горячей ладошкой, а потом вдруг от ее ладони осталось горелое пятно на ткани. Тирза испугалась и мне ничего не сказала. А когда ее схватил и повалил на кровать Сорбин она отбивалась, его поцарапала, схватилась за занавеску, та и вспыхнула.
– Тирза, тебя надо учить! Ты в перспективе огненный маг! – чуть не подпрыгнула я. – Вы так мало умеете, потому что с вами никто толком не занимался! А ты настоящий талант!
– Но мы простолюдины, никто не будет нас учить!
– Я буду!
– Но недолго! – заявила Юлька расставляя на тумбочке чай, вино и стакан с валерьянкой. – Этот злыдень уж расстарается тебя в черном цвете показать.
– А я напишу письмо Эстелле Мейар и советов попрошу в такой щекотливой ситуации, вот у нас и будет поддержка. Насильников никто не любит.
Юлька меня заставила пойти писать письмо, хотя внутри все горело от адреналина. Надо же – знаю стойки, переходы, как дышать и что делать руками, знаю, какие должны быть ощущения, но ничего не чувствую сама. Зато у Тирзы получилось! Надо и тех двух горничных, Дебру и Айрин, с даром уборки подключить к тренировкам, интересно же, что выйдет! Пыль смахивать – это же вроде воздушная магия? А полы мыть – водная? До какой степени их раскачать можно? У меня в доме такое разнообразие магии!
Госпожа Эстелла примчалась сама после обеда.
Пришлось заново накрывать на стол, уж для нее стоило расстараться. Юлька помчалась доделывать фирменный морковный торт. С утра испекли, оставалось украсить.
Я изображала трепетную лань, почти умирающую от гнета условностей.
– Вы правы, милочка! – громогласно заявила Эстелла. – Он не имел права задерживаться в доме, где одни женщины! Он обязан был разыскать своего брата и остановиться у него! В крайнем случае, на постоялом дворе!
– Мы дали ему адрес, но я подумала, что долг гостеприимства не позволяет выгнать усталого человека с дороги, – лепетала я.
– У вас слишком доброе сердце, милочка!
Я горестно покивала.
– Теперь этот чужак скажет, что ты сама его пригласила! Ох, право же, какая неприятность! – госпожа Эстелла выпучила глаза в ужасе.
– Госпожа, к вам лекарь от графа Рулли, – доложил Мирко с поклоном.
– Просите, вы ведь извините меня?
Ноздри завзятой сплетницы затрепетали от любопытства.
– Граф Рулли был так любезен, узнав о моем слабом здоровье, что прислал своего целителя, – тут же объяснила я, а то еще выдумают невесть что. Хотя даже Эстелле в голову бы не пришла та проделка, что совершил барон.
– А ваш целитель что же?
– Два целителя всегда лучше, чем один!
Очень кстати вернулась Юлька с тортом и стала виться вокруг Эстеллы.
Я же велела позвать Недду. Она немного тонула в моей ночнушке и совершенно терялась в кровати, робела и смотрела жалобно. Но осмотр полагается, так что я слегка подрумянила ей щечки и расчесала, перед тем, как пригласить целителя. Теперь, когда она стала нормально питаться, она уже не выглядела колченогим галчонком. Юная хрупкая девушка, прямо как типичные героини фэнтези, на грани анорексии. Почему-то такие драконам больше всего нравятся.
Целитель помахал руками, затем провел каким-то кристаллом на цепочке.
– Двойня! Невероятно! В таком хрупком теле две искры жизни!
Недда открыла рот от удивления. Я тоже, но от шока. Да она же не разродится! Чем ей рожать, ни сил, ни мышц, таз, как у котенка! Современные роддома и то держат таких под неусыпным контролем и родоразрешают чуть пораньше, чтоб не загнулись ни мать, ни детки. Кошмар! Только магией и можно будет помочь!
– Ну что ж, кажется, и барон, и граф получат своих наследников, – едко и цинично хмыкнул целитель. – Я должен сообщить графу радостную новость.
– Непременно, после того, как откушаете, – золотая монета исчезла в кармане сюртука целителя.
Очень удачно за столом целитель стал давать рекомендации по питанию и распорядку дня, принимая меня, очевидно, за старшую родственницу. Я задавала умные вопросы, уточняла и даже записывала. Эстелла светилась собственным светом. Не сомневаюсь, к вечеру все в городке будут знать, что баронесса в тягости. На всякий случай попросила Эстеллу никому не говорить об интересном положении, ибо боюсь сглаза и пересудов. Теперь точно секрет облетит все гостиные.
– Даже разведенную супругу в тягости никто не посмеет обвинить в непристойном поведении, – успокоила меня Эстелла. – Какие уж тут амурные похождения, когда тошнит, мутит и качает!
– А могли обвинить? – ахнула я.
Эстелла выразительно поиграла бровями.
– А зачем барон вызвал своего кузена, известнейшего бабника? Его на дальнюю границу законопатили из-за его шумных похождений.
– Ах, и такого ужасного человека мы неосмотрительно пустили в дом! – картинно всплеснула руками Юлька.
– Вы не знали, на это он и рассчитывал! Думаю, его милость вызвал его для вашей подруги. Увлекшись Собрином, она бы перестала вас поддерживать!
Мы с Юлькой крепко взялись за руки. Мы поклялись из-за мужчин не ссориться! Никогда! Даже слегка увлекшись! Даже серьезно вляпавшись!
Глава 11.
Входя в зал суда, я напоминала королеву в изгнании.
Юлька ржала, как конь, пока меня наряжали. Черное траурное платье, с безумно дорогими кружевами, облегающее и подчеркивающее мои плоскости… ну, не совсем плоскости, но по сравнению с местными дамами я была худышкой. Худая, высокая, бледная из-за светлой пудры, ею же присыпаны губы, под глазами серо-фиолетовые тени, волосы затянуты в гладкий пучок, в общем, живое олицетворение страдания и тоски. Аллегория обманутой жены. Хотя, почему аллегория? Обманутая жена, как есть.