Чтение онлайн

– Ладно, посмотрим. Но ты всё-таки зря пошла на поводу у этих ушлых девиц. Знаю я их. Палец в рот не клади, по локоть откусят. – Он протянул девушке золотистую с красным бочком грушу. – Попробуй, сладкая как мёд. Как твои губки.

Ветер шевелил белую сатиновую занавеску. С моря через открытое окно доносился шелест волн и запах водорослей. Сам по себе он Тасе не нравился, но это запах настоящего моря, а значит, любви, счастья, любимого мужчины.

Она вздохнула и залпом осушила бокал.

– А мы на море пойдём? – спросила Тася. – Никогда в море не купалась.

– Конечно, – улыбнулся Ефремов. – Мы же за этим сюда и приехали. Купаться в море, дышать солёным воздухом, пить вино, заниматься любовью… И, Тася, ты вино так не пей, это водку пьют залпом, а вино надо пить медленно, чтобы почувствовать богатство вкуса. Ещё древние греки открыли чудо сброженного винограда.

– Иван Антонович, пойдёмте лучше на море, – скорчила недовольную рожицу девушка. – Что вы как старый дед. То не сделала, это не правильно…. Вы все две недели будете меня учить?

– Ты права, что-то я разбрюзжался как зануда какой-то… И кстати Тасёнок, мы же уже на «ты» перешли. Или я что-то путаю?

– Ну-у-у, перешли вроде бы, но тебя две недели не было, я отвыкла. Вы, ой, то есть ты такой солидный, такой импозантный мужчина, я постоянно теряюсь.

Ефремов рассмеялся и привлёк девушку к себе. – Сейчас пойдём на море… – прошептал он сквозь поцелуй.

***

Генуэзские башни Сурожа, чудесные цветники Никитского ботсада, шумная по-летнему Ялта, трёхконечная вершина Ай-Петри на фоне выгоревшего сентябрьского неба, легендарный, Севастополь, ещё в руинах, Бахчисарай, с ханским ветхим дворцом, гроты Чуфут-Кале и караимское таинственное кладбище у его подножия – везде побывали Иван Антонович и Тася. Через неделю культурной программы они вернулись в Судак, в тот самый домик на берегу моря, откуда выехали.

Внезапно оказалось, что в домике уже кто-то живёт. Это было видно по развешанной на заборе одежде.

– Я же заплатал деду за две недели вперёд. – Недоумевал Иван Антонович. – Этот прохиндей ещё кому-то нашу комнату сдал, получается.

– У нас в детдоме говорили «когда хохол родился – жид удавился», – рассмеялась Тася. – Ничего страшного! Мы же найдём комнатку? Правда?

– Да, не волнуйтесь! – раздался приятный тенор из хаты. – Мне кажется, мы и втроём в этом домике поместимся. Тут ще добра свитлица е. Не лайтеся на старого Павлуся. Пенсия у него очень скромная, вот и крутится, как может.

На крылечко вышел сухощавый высокий молодой человек лет двадцати пяти со щёгольскими усиками, как у Кларка Гейбла.

– Прошу к нашему шалашу, – раскинул он руки в приглашающем жесте.

– Здравствуйте. А Вы давно здесь живёте? – защебетала девушка, увидевшая в происшествии новое приключение. – Мы неделю как уехали. Весь Крым облазили. А вы откуда? А кем работаете? Артистом, наверное?

– Тася, ну что ты, право, пристала к человеку – попытался остановить возлюбленную Ефремов. – Если товарищ посчитает нужным, то сам и расскажет.

– Ничего страшного! – лучезарно улыбнулся мужчина. – Зовут Олесь, можно Саша. Фамилия – Верник. Служу в Киевском драмтеатре…

– Ой! Вы и в самом деле артист?! – всплеснула руками Тася. Её так и распирало от внимания двух мужчин. – Ваня, милый, давай останемся здесь. Саша нам расскажет про жизнь настоящих артистов. Это так интересно.

Борт звездолёта «Тёмное пламя». Команда в полном составе

– Я бы постарался любым способом уничтожить пришельцев, – Иван, как будто извиняясь, пожал плечами и густо покраснел. – Мне кажется, так поступил бы любой умный правитель на Земле, знакомый с историей завоевания Нового Света. Я помню, как поступали с открытыми землями конкистадоры. Дольше могли протянуть лишь тот, кто действовал решительно и беспощадно. Племена майя на Юкатане сопротивлялись почти сотню лет. У нас очень похожая ситуация. Внешне...

Гул возмущения пронёсся по «веранде». Вся команда, кроме командира корабля и Фай Родис, протестовала против такого сравнения.

– Вань, ты не понимаешь! – звонкий голос Чеди слышен яснее всех. – Как можно сравнивать грубую, безграмотную, алчущую золота, солдатню с нами – альтруистами с самого рождения?

– Я же сказал, что сходство внешнее. Но население, а главное, власти этой планеты видят пока только внешнюю сторону, и нелепо требовать от них то, чего они знать не могут. Мы точно так же прибыли из неизвестных мест, мы превосходим их в развитии и технически, и культурно, цели наши им тоже непонятны.

– Да, друзья, Вань прав, – Фай Родис перебила Ивана. – Извини Вань, просто у меня есть что добавить. Факт того, что мы прибыли с планеты, откуда бежали их предки, играет против нас. Раз бежали, значит, там им было плохо. Земля для них – место опасное, поэтому я тоже считаю, что нас постараются уничтожить. По крайней мере, сделают такую попытку.

– Пусть попробуют. – Инженер бронезащиты Гэн Атал недобро усмехнулся. – Наш малютка им не по зубам. «Тёмное пламя» хоть и не боевой корабль, но от метеоритных потоков защищён, а метеориты всё-таки покрепче любого человеческого оружия, кроме разве что ядерного.

– Извини, Гэн, но я ещё не закончил, – перебил Иван. – Я считаю, что в такой ситуации нам надо ударить первыми. И ударить по центру управления. Этим мы покажем тем, кто выживет, что у нас есть сила и есть воля, чтобы её применить. На переговорах это нам даст солидную опору. К тому же в централизованном государстве разрушение ядра приведёт к дезорганизации…

– Нет, так нельзя! – Перебила его опять Фай. – Это слишком! Мы тогда точно превратимся в жестоких завоевателей, получим славу кровожадных убийц и подтолкнём население планеты к объединению в борьбе против нашего присутствия. А поверженные нами правители превратятся в героев.