Чтение онлайн

Гвендолин спиной ощутила жар, исходящий от принца, он все нарастал, и царевна ахнула, пытаясь дистанцироваться от него, но ласниец дернул ее назад. Зрачки Дарая дрогнули, но отвлекшийся на заложницу Каин этого не заметил.

— Ты сожжешь для меня столицу царства, — выдвинул неожиданное требование кхидей.

— Что? — недоуменно уточнил Каин, подняв взгляд на хмурого собеседника. Тот повторил четко проговаривая каждое слово:

— Ты сожжешь Руебург, хочу увидеть руины города. — Затем Дарай показательно повернул голову, изучая пленников и решил: — Старшего наследника, которого Лоркан хотел сделать преемником, казним на главной площади, а остальных можешь убить сейчас.

— Ты не хочешь сделать этого сам? — удивился Каин. Повелитель задумался и вынужден был согласиться:

— Твоя правда, я убью их сам.

Принц нервно улыбнулся, довольный, что смог угодить будущему союзнику. Дарай ловко вытащил кинжал из ножен и двинулся навстречу Каину. Принц подтолкнул девушку вперед, отдаляя ее от своего тела, но не разжимая рук на ее горле и продолжая плотно прижимать сталь к ее коже.

Гвендолин смотрела в серые глаза напротив. Холодные и бесчувственные.

— Пусть ее кровь станет символом заключения нашего договора, — с ухмылкой произнес Каин. Гвендолин слышала как закричала Найрин. Наемники удержали вырывающегося Стефана, но сама она смотрела только в глаза с радужкой цвета стали, а когда мужчина оказался на расстоянии вытянутой руки, улыбнулась уголками губ.

Каин разжал руки и отступил на шаг, когда Гвендолин вскрикнула и согнулась пополам, хватаясь за живот. Он издал ликующий возглас, но в следующий миг охнул, а потом заорал от боли, непонимающе глядя на то как отрубленная кисть упала к его ногам. Дарай крутнул в руке меч и нанёс новый удар, затем следующий.

Наемники не успели вмешаться, мужчина действовал неожиданно и настолько быстро, словно вообще не являлся человеком, а осознав победителя в этой битве, стражи замерли на местах. Пленников они все же продолжали удерживать размышляя над тем, что им сейчас выгоднее делать.

Гвендолин легко взвилась на ноги и бросилась к рыдающей Найрин.

— Все хорошо, мам, со мной ничего не случилось.

Присутствующие с недоумением воззрились на невредимую девушку, ведь все они были свидетелями того как кинжал, испещренный рунами, вошел в живот царевны едва ли не по самую рукоять. Гвендолин не спешила объяснять. Она обернулась было, чтоб убедиться в том, что принц Ласнии мёртв, но ее голову ловко удержала мужская ладонь, вновь поворачивая в сторону пленников:

— Не смотри туда, — негромко попросил Дарай, затем кардинально сменил тон на холодный и властный, обращаясь к наемникам: — Отпустите этих людей и убирайтесь, если хотите жить.

Долго уговаривать мужчин не пришлось. Практичность одержала победу над глупым героизмом за считанные секунды, и мужчины, не возвращая оружие в ножны, кинулись к выходу из зала.

— Что тут происходит? — оторопело спросил Стефан.

Гвендолин не ответила, она все же извернулась, обернувшись к Повелителю кхидеев, уткнулась лицом ему в грудь и прошептала:

— Я же говорила, что ты убьешь меня.

Царевна закрыла глаза и ощутила как ее обняли надежные мужские руки, легко прижимая к себе. Это было совершенно не похоже на то как до этого ее больно стиснул Каин. Дарай коснулся губами макушки Гвен и выдохнул ей в волосы:

— Я же говорил, что ты ошиблась.

В кольце рук Повелителя оказалось невероятно тепло и спокойно. Показалось, что весь мир исчез, а в этом зале находятся лишь они вдвоем. Из этого блаженного оцепенения Гвендолин вырвал радостный крик Найрин:

— Эйнар!

Гвендолин отпрянула от Дарая и увидела как мама бросилась на шею вбежавшему в зал отцу. Воин едва успел бросить меч и подхватить жену на руки. За Эйнаром внутрь ворвались царские и кхидейские воины плечом к плечу.

— Повелитель, вы здесь! — обрадовался один из варваров. — Дворец под нашим контролем. Большинство наемников сдались, ласнийцы убиты или взяты в плен. Какие дальнейшие указания?

Дарай выслушал командира, но не спешил отвечать, переведя взгляд на Эйнара. Он смотрел на него настороженно, но без прежней злобы. Встретившись глазами, воин медленно кивнул, выражая благодарность и одновременно разрешая взять на себя командование. Кхидей молча принял это негласное дозволение, и, наконец, обернулся к Гвендолин, осмотрел ее лицо, будто впервые увидел и улыбнулся:

— И как же я поступлю сейчас?

Царевна улыбнулась в ответ, затем опустила глаза:

— Не хочу вновь ошибиться, но мне кажется, что ты сможешь выбрать правильное решение и без подсказки сокровища.

За окнами замка взревел золотой дракон, кружа над над дворцом с разрушенной башней и поврежденными стенами и выжженной землей, которая совсем недавно была молодым садом.

Небосвод медленно окрашивался в нежно-розовый цвет. Первые солнечные лучи показались из-за горизонта, скользнули по черепичным крышам, каменным мостовым и преломились радугами в камнях, что украшали фасады храмов.

Два меча из светлой стали блеснули, отражая восходящее солнце и с лязгом столкнулись.

Дарай ловко парировал удар нанесенный сверху более высоким и сильным противником. Кхидей сместил центр тяжести, перенёс вес на другую ногу, играючи увёл в сторону и второй удар. Его соперник был намного более опытным и мускулистым, но Повелитель привык иметь дело именно с такими. В борьбе за власть он столкнулся не с одним превосходящим его по силе воином.

Эйнар старался предугадать движения оппонента, но не мог не отметить с какой скоростью и плавностью двигается противник. Казалось, он танцует с клинком. Ни разу бывалый воин не видел подобного стиля боя, который хоть и выглядел нарочито показным, но оказался эффективным.

Дарай, поначалу ушедший в глухую защиту, приноровился к атакам соперника и, в очередной раз перенаправив удар воина в сторону, поднырнул ему под руку и ознаменовал удар, ощутимым касанием лезвия к кольчуге, затем на шаг отступил.

Бой длился от силы пять минут, но Гвендолин успела искусать себе губы. В руках она крутила кинжал в кожаных ножнах принадлежащий ее жениху. Повелитель кхидеев решил, что будет сражаться с будущим тестем на равных без артефакта.

Быстрые удары, блоки, смены позиций. Сейчас царевна впервые в жизни пожалела о том, что не интересовалась фехтованием.

Найрин успокаивающе положила руку дочери на локоть и чуть сжала пальцы. Девушка обернулась к матери и нервно улыбнулась.

— Сдаешься? — послышался насмешливый голос Дарая. Женщины одновременно обернулись к спарингующимся.

Варвар сумел выбить из рук Эйнара оружие, и теперь кончик его клинка упирался противнику в шею.

— Ты хороший мечник, — вынужденно признал Эйнар, и Дарай тут же убрал оружие. Он отошёл назад и кивнул сопернику, жестом благодаря за поединок.

— Скажи, Дарай, — негромко задал вопрос Эйнар, поднимая с земли свой клинок. Он взглянул в глаза кхидею, стараясь рассмотреть в них правду: — Ты так легко отказался от мысли отомстить наследникам Калана?