Чтение онлайн

– Ну, что, Горячий, осваиваешься?

– А шо? Нормально!

– Как тебе работается с Калининым?

– А шо не сработаться з Виталиком? Нормальный чоловик!

– Ладно, давай о деле. Видишь, как много работы: когда это у нас было, чтобы машины во дворе очереди ждали? Да и в гаражах у нас дел полно. Калинин тебе о гаражах рассказывал?

– Чегой-то балакал, - осторожно ответил Алексей.
– Та я не слухав, бо працювал, ну, работал, по-вашему.

– Ничего, скоро тебе все подробненько объяснят. Теперь вот что: работы много, а мастера мои в ментовке сидят, хотел их "отмазать", но не вышло. Поэтому придется тебе поработать по-ударному, а для этого перебраться на жилье суда, поближе к работе. Давай-ка, позвони домой, предупреди хозяйку, что съезжаешь от нее. Скажешь, не знаешь пока, временно, или постоянно. Ты ей, кстати, говорил адрес нашего автосервиса?

– Ни. На фига?

– Молодец! Еще ей скажешь, что кореша посылаешь за вещичками, потому, что сам отлучиться не сможешь. Перо съездит и твое барахло привезет. Все понял?

Капитан действительно все понял. Был такой анекдот: Лиса, Волк и Медведь думу думали, как зимовать. По весне встречаются: Волк с Лисой битые-перебитые, обмороженные и тощие, кости светятся. А Медведь гладкий, сытый и счастливый. Где, спрашивают Лису, зимовала? Та отвечает: решила, мол, зазимовать в курятнике: и тепло, и пища под боком. Да хозяин кур как-то пересчитал, сарай обыскал, меня нашел, едва жива осталась! Волк сказал, что и у него так же: решил до весны отсидеться в овчарне, но хозяин овец пересчитал, стал искать причину пропажи и нашел его. А Медведь говорит: а я ночевал в общежитии для гастарбайтеров. Кто ж их считает!

Другими словами, появление назойливого механика все же насторожило Хандыбина, и он решил выжать из него все, что можно, а потом все же по тихому прикончить. Расчет простой: если хозяйка не хватится, то никто больше искать горемыку-хохла не будет. Веселенькая перспектива! Подъем, который капитан испытал, когда увидел свою "группу поддержки" куда-то испарился. Взяв телефон, он послушно позвонил Нине Тихоновне и сказал все, что от него требовалось. Пенсионерка - даром, что ветеран Петровки!
– смекнула, что дело нечисто, и обещала сейчас же перезвонить Козлову.

– А теперь, иди, Толя, работай!

– Кирилл Олегович! А можно мне будет завтра вечерком на Киевский вокзал смотаться? Там у меня зустрич з земляком: надо кой-что на витчизну послать. Отдам посылочку, и зараз обратно!

– Там видно будет, по количеству работы. Но, полагаю, можно. Только поменьше с ним болтай о работе! Все, хватит прохлаждаться! Иди к Калинину, скажи, что я думаю попробовать тебя на сварке. Ты должен постараться. Если хорошо сработаешь, у тебя появится шанс..., - тут Хандыбин оборвал фразу, спохватившись, что говорит лишнее.

– Який такий шанс?
– переспросил ни о чем не догадывающийся гастарбайтер.

– Шанс увеличить заработок. Все, марш отсюда!

Значит, понял капитан, какой-то малюсенький шанс у горемыки Толика остается. Все равно, надо побыстрее здесь все разнюхать и убираться. Второй раз Перо спуску уже не даст! Виталик встретил его насмешкою:

– Ну, как, получил свою премию?

– Ни! Директор велел мне сюда на житье перебираться. А шо? Во всем есть своя к?рысть: будет не треба на автобус тратится. Еще он хоче меня на сварке попробовать. Слухай, Виталик, у тебя е мобильная трубка?

– Есть. А на что она тебе?

– Директор говорил, что отпустит меня завтра с хлопцем встретиться, кое-что передать на батькивщину. А сегодня у меня свидание с одной дивчиной. Ее надо предупредить, шо не приду, а то вона такий хай поднимет, в милицию заявит. Шебутная, вроде твоей Галки.

– На, халявщик, только долго не говори!

Капитан набрал Лидин номер.

– Але, Лидуня, здоровеньки булы! У меня всего одна хвалынка для разговора. Слухай: очень много работы, я даже домой не поеду, так что не свидимся сегодня. А завтра к восьми я приеду на киевский вокзал, там уся наша старая бригада собирается, передам кой-что мамке... Если хочешь меня увидеть, тоже приходи. Под часами с боем встречаемся. Ну, бывай!

Виталик, не знакомый с деликатностью, стоял рядом и слушал.

– Поговорил? Ну, тогда пойдем в гараж.

Насвистывая, он засунул руки в карманы и повел Быкова на двор. У Алексея заметно прибавилось настроение, ведь он не только смог поговорить со своими, но и узнал приятную новость: его будут прикрывать круглые сутки. Эта проблема его несколько беспокоила, поскольку нельзя же возиться с лесами в темноте! Но Лида сказала, что в нерабочее время группа прикрытия будет прятаться в припаркованной "Газели". Между прочим, идя вслед за Виталиков, Быков обратил внимание на то, что, несмотря на приближение обеда, руки у его спутника были по-прежнему чистыми. Ну и сачок!
– решил он про себя. Хотя, черт его знает, может, он просто был узким специалистом и ждал своего часа? Тем временем "сачок" зажег свет и показал капитану, где в небольшом помещении гаража хранится необходимое для резки и сварки металла оборудование. В глубине стоял Фольксваген "Пассат".

– Твоя задача: вырезать из кузова этой тачки "родные" номера и заменить их этими - он указал на верстак, где лежали два куска металла с неаккуратно обрезанными краями. Зачистишь, подкрасишь, - все как полагается. В твоих интересах сделать так, чтобы невооруженным глазом замены разглядеть было нельзя. Усек?

– Усек!

Быков принялся за работу, а Виталий вышел и закрыл за собой дверь. Через мгновение он с тревогой услышал, как в замке повернулся ключ. Быков бросился к двери, и принялся колотить по ней кулаками, но безрезультатно. Отчаявшись, он опустил руки и перевел дыхание. В этот момент с улицы раздался голос Калинина:

– Это будет тебе последняя проверка, хлопчик! Директор желает знать, что ты умеешь, и кто ты есть на самом деле!

Алексею очень не понравились слова "кто ты есть на самом деле", но возражать было некому: через щелистую дверь было видно, что Виталик уже далеко. От души чертыхнувшись, капитан принялся за работу, и через несколько часов, с непривычки провозившись дольше необходимого, все сделал. Оглядев результаты своего труда, Быков счел, что для первого раза он просто молодец. Теперь нужно было решить, что делать дальше: терпеливо ждать проверки, или начать буянить. Для робкого безработного гастарбайтера органичнее было подождать. Алексей уселся на табуретку и замурлыкал "Дывлюсь я на небо, тай думку гадаю". Дальше первого куплета слов он не знал, но в той ситуации больше и не требовалось. Видимо, за ним подсматривали, или подслушивали, поскольку очень скоро Быков услышал лязг ключа. Дверь открылась, и в гараж вошли Хандыбин в сопровождении Пера. "Качок" вошел вторым и закрыл за собой дверь, снова воспользовавшись ключом. Все это еще больше не понравилось капитану, но он постарался не подать вида: простодушный хохол, да и только!

– Ну, Горячий, давай, хвастайся достижениями!
– приказал Хандыбин.

Осмотрев работу со стороны моторного отсека и из кабины, директор, судя по всему, остался доволен новичком.

– Молодец, парень! Теперь можешь писать заявление о приеме на работу. Иди вот сюда, к верстаку.

С этими словами Хандыбин положил на верстак лист бумаги и шариковую ручку. Алексей пододвинул табуретку и сел. Взяв в руки ручку, спросил:

– А че писать-то?

В это время неслышно подкравшийся сзади Перо молниеносным движением ухватил Быкова за руку и надел на нее наручник. Второй браслет он защелкнул на массивных тисках, стоявших рядом. Влепив "для порядка" капитану оплеуху, Перо подошел к ацетиленовой горелке, зажег ее и, с недоброй усмешкой глядя на Быкова, начал медленно приближаться.

– Ну-с, хлопчик, - голосом семейного доктора заговорил директор, давай покалякаем с тобой, кто ты, и откуда!

СРЕДА, 13-15 - 14-40. ПОПЛАВСКИЙ

– Что же от меня Московскому уголовному розыску нужно?

Это в романах бесстрашные и сообразительные герои не теряются в самых невероятных ситуациях, молниеносно находя единственно верный ответ на неожиданно заданный коварный вопрос. Поплавский же был обычным человеком, поэтому в первый момент на его лице явственно обозначилась растерянность, и даже рот слегка приоткрылся. Но все же он был оперативником "убойного" отдела МУРа, и поэтому через мгновение пришел в себя: