Чтение онлайн

– Да!
– согласился Алик, - подумав, насколько же у Баранникова за эти годы изменилась психология: ведь бывший мент и, судя по всему, порядочный мент, не нашел во всей рассказанной им истории ничего предосудительного, кроме Ваниного "крысятничества".
– С такой работы никто, действительно, сам не уйдет!

– А т?!
– согласился Баранников.

Во время послеобеденного патрулирования, Базарджян долгое время не встречал давешнюю цыганку. Очевидно, выполнив свою миссию и пригласив новичка на встречу с неведомым Мистером (или Миссис?) Икс, она занялась своими делами. Лишь однажды он увидел свою знакомую, выходившую из павильона под вывеской "Котлы и Мелкие Предметы из Кузни". Она скользнула по Алику совершенно равнодушным взглядом и потащила куда-то тяжеленную сумку.

– А цыганок вы здесь не гоняете?
– поинтересовался старший лейтенант.

– Почему не гоняем? Обязательно гоняем! От них только шум, скандалы, да потерпевшие, а все это нам ни к чему. Запомни, повторю еще раз: охранники должны соблюдать на рынке такой режим, чтобы никакие менты, а уж тем более, уголовка (твой случай особый!) сюда лишний раз не совались.
– Перехватив Аликин взгляд, Баранников уточнил: - а этих цыган мы называем "котловые". Они оседлые, уже несколько поколений специализируются на изготовлении котлов и всякой кузнечной фигни. Этих мы не трогаем. Арендаторы!

Завершив очередной круг, Баранников предложил пойти в "казарму" и перекурить. Алик отказался: ему не только надоел этот прикормленный местными хозяевами бывший сыскарь, но и пора было выдвигаться в сторону места назначенной ему встречи. Двинувшись прогулочным шагом вдоль рядов, Базарджян достал мобильник и позвонил Козлову.

– Ты - единственный задействованный в этой операции человек, которой не забыл, что у него есть начальство, - ворчливо ответил на приветствие старшего лейтенанта полковник.
– Да еще, разве, Овечкина иногда вспоминает... Дожил: в моем коллективе самые дисциплинированные - стажер, да прикомандированный офицер! Бардак, распустил я вас... Докладывай, чего там у тебя?

Выслушав старлея, Козлов порекомендовал резких телодвижений не делать:

– Гадать, что тебя ожидает, бессмысленно и глупо, сам скоро узнаешь. Прошу тебя, не считай себя зубром сыска и не предпринимай никаких самостоятельных действий. Твое дело смотреть, слушать и запоминать. Само собой, также и докладывать. Договорись со своим временным начальством, и к двадцати часам подскакивай в Управление. Будут какие-то проблемы, звони немедленно! У меня все.

Конечно, это было обидно! Он не мальчишка какой-нибудь, чтобы ему запрещали переходить дорогу без сопровождения взрослых! "Не считай себя зубром"! Он, конечно, еще не Баранов, но он им покажет, что и Базарджян кое-что стоит!

Найдя знакомый павильончик, Алик для разнообразия заказал кофе и уже привычно не протянул денег: за такие ничтожные покупки продавцы с охранников платы не брали. Сделав глоток, он понял, что фальшивый "Липтон" все-таки лучше предложенного ему даже не суррогата, а эрзаца суррогата. Да им нужно еще и приплачивать тем, кто это пойло берет, подумал он.

В 16-10 Алик почувствовал, как его тронули за локоть. Повернув голову. Он увидел все ту же цыганку.

– Пришел, серебряный мой? Вот и молодец! Подожди еще минутку...

С этими словами красотка скрылась в толпе. "Показывала меня кому-то", - понял Базарджян. Почему-то вспомнилось библейское выражение "поцелуй Иуды". Действительно, не прошло и минуты, как перед ним со стаканом чая в руке возник солидных габаритов мужчина, обладавший воловьей шее и очень широкими кистями рук.

– Не возражашь, если я примощусь напротив?

– Да стой где хочешь, только порядок не нарушай!

– Это я тебя сюда пригласил.

– Этот я уже понял.

– И ты даже не спрашиваешь, зачем?

– А чего спрашивать? Скажешь, наверно, раз звал.

– Спокоен и не любопытен... Ну-ну!

Вот в этом незнакомец сильно ошибался! Сердце у Базарджяна стучало гораздо сильнее, чем требовалось, а горло пересохло так, что даже отвратительный кофе, который он отхлебнул, показался ему нектаром.

– Мне сказали, что на рынке ты новичок? Еще не оброс знакомствами, связями?

– Новичок. Да и в агентстве без году неделя.

– Это хорошо. Скажи, лишние пятьсот долларов в месяц тебе не помешают?

– А кому они помешают? Я таких не знаю!

Тут Алик сообразил, что подобная неразговорчивость должна показаться подозрительной: получалось, он притащился на встречу, а говорить не хочет. А ведь не хотел бы, - не пришел. Поэтому он решил проявить интерес:

– Что же я должен делать за эти деньги? Эксклюзивно присматривать за твоим павильоном? У тебя там золотые котлы?

– Забавный ты парень! То молчишь, то вопросами сыпешь... А делать ты будешь должен то, что тебе прикажу я. Можешь не волноваться, помирать мне, как поется в одной песне, рановато, поэтому приказы самоубийственными не будут. Годится?

– Нет, братец, не годится! Или рассказывай, кто ты и чего хочешь, или разойдемся, и разговора не было.

– Вот ведь какой любопытный! Но ты должен понимать, что за красивые глаза такие деньги не предлагают! И если я тебе хоть что-нибудь расскажу, ты уже станешь моим соучастником. Может, слышал поговорочку, что в воровской "закон" вход - полушка, а выход - пятак? Кстати, ты меня уже знаешь в лицо... Это, между прочим, может быть для меня опасно, а значит опасно и для твоего здоровья!

– Ты, братец, зря меня пугаешь! Я может и молодой, да не дурак. Короче: чего ты от меня хочешь? Ты ведь мне так и не ответил! Будешь опять крутить, уйду.

– А ты не дурак, - одобрительно сказал обладатель бычьей шеи, - я рассчитывал, не заметишь, что вопросы твои без ответа остались. Ладно, слушай. Звать меня будешь Большим. О задаче моей тебе знать не обязательно, но я тебе намекну, а ты - поймешь: когда я ее решу с твоей и других людишек помощью - не бесплатной, заметь!
– я смогу хорошо устроить тебя на этом рынке. Хочешь, главным сборщиком "черного налика"?

Базарджян понимал, что он, а вернее, "новичок охранник", попал в скверный переплет: или соглашайся, или до утра не доживешь, Большой слишком много ему рассказал. И поэтому он решил ослушаться приказа Козлова и начал торговлю.

– Тысяча.

– Что, тысяча?
– не понял Большой.

– Говорю, тысяча долларов в месяц. Всесвятский рынок стоит того, чтобы платить мне тысячу!

– А очко не треснет?

– Тысяча, пока не запросил полторы. Плата за риск, понял? Знаю я, чем ваши игры заканчиваются! А ты от кого?