Чтение онлайн

Джорджи заверила, что скоро спустится, выждала несколько минут после ухода девушки и выбралась из опочивальни. Однако вместо того чтобы повернуть к лестнице для слуг, она свернула направо, следуя по коридору в восточное крыло, где находились покои семейства.

Шесть одинаковых закрытых дверей тянулись вдоль коридора. Она задумалась, какая из них вела в покои Дансмора, как вдруг из распахнувшейся двери появился сам Дансмор. От сквозняка пламя свечей в настенных бра задрожало. Джорджи от испуга сделала шаг назад.

— Кто ты? — Темные брови у Дансмора нависли над глазами. — Что ты здесь делаешь?

— Про… прошу прощения, милорд, — проговорила Джорджи. — Я слуга лорда Харланда. Должно быть, свернул не туда. Я искал лестницу для слуг.

Она бросила взор на то, что было у него за спиной. Комната почти тонула во мраке, но тем не менее света угасающего огня хватало, дабы разглядеть кабинет, во главе которого стоял огромный стол. Дансмор с подозрением ее рассматривал.

Джорджи почтительно поклонилась и направилась туда, откуда пришла, вынуждая себя идти неторопливым шагом. Сзади послышался скрип ключа в замочной скважине.

Едва Джорджи вошла в кухню, где стояли шум и суета, в животе заурчало из-за восхитительных запахов, пропитавших воздух, и она вспомнила, что давно не ела. Миссис Уатт давала лакеям указания, как подавать трапезу, а повар с помощниками подготавливали вторые блюда.

Голова у Джорджи закружилась при виде того, как пиршество понесли в столовую. На серебряных тарелках лежала жареная птица: каплун, перепелка, куропатка и нечто крупное — скорее всего, гусь или павлин. Еще большие куски жареного мяса, котлеты из ягненка, тушеное сладкое мясо, эскалопы из телятины, что плавали в соусе бешамель. Лакеи несли подносы с картофелем, сельдереем, цикорием и салатом. Ну и, конечно же, сладости: фруктовые пирожные, ананасовое желе… Яства все не заканчивались и не заканчивались.

Только после того, как все блюда унесли с кухни, Джорджи подошла к миссис Уатт.

— Мистер Феллоуз, наконец-то. А я все думала, когда вы пожалуете. Как ваша рука?

— Уже лучше, мэм. Благодарю за мазь. Прошу меня простить за опоздание.

— Не беда, мистер Феллоуз. Вы не опоздали. Старшие слуги еще не ели. Все ждут в столовой для прислуги.

Миссис Уатт указала на дверь в другом конце кухни, засим снова заговорила с лакеями.

Столовая для прислуги — это большая, скромно обставленная комната, в центре которой стоял массивный дубовый стол. На столе, в сервантах и настенных бра ярко горели сальные свечи. Здесь собралось шестнадцать человек, судя по виду, многие из них камеристки и камердинеры, а личные служители лордов и леди ужинали в столовой наверху. В дальнем углу комнаты они потягивали горячий пунш. От большой стеклянной чаши с пуншем, испускавшей насыщенный пряный аромат Рождества, струился пар.

В некотором смысле старшие слуги по знатности не уступали господам. Они не натирали полы, не мыли печки, не чистили камины, получали от господ поношенные одежды, не носили форму и зарабатывали гораздо больше посудомоек.

Все как один взглянули на Джорджи.

— Здравствуйте, — улыбаясь, изрекла девушка, одетая в элегантное светло-синее платье. Каштановые волосы зачесаны незамысловато, но симпатично. Однако именно то, сколь гнусаво она произносила гласные, выдало ее положение. — Вы слуга лорда Харланда? С остальными я уже знакома.

Джорджи, справившись с нервозностью, улыбнулась.

— Да. Джордж Феллоуз к вашим услугам, мисс.

Барышня — скорее всего, ровесница Джорджи — улыбнулась.

— Тилли Браун, камеристка мисс Ховард. Вы чересчур юны, чтобы служить камердинером у лорда Харланда! Как в таком-то возрасте вам удалось получить место?

Джорджи пожала плечами.

— До этого у меня было только одно место. Повезло, что его светлость согласился меня взять.

Наконец-то в сопровождении повара появилась миссис Уатт. К ужину все готово. Дворецкий, мистер Дженкинс, уселся во главе длинного стола, остальные слуги, следуя многолетним правилам, тоже расселись по местам. Камердинер Дансмора разместился справа от миссис Уатт, посему Джорджи устремилась к ближайшему стулу, ибо ее господин тоже граф.

Через несколько минут вошли горничные с тарелками, подносами и супницами. Кое-что осталось после подачи первого блюда гостям, остальное же готовилось специально для слуг. Получилась эдакая странная смесь из английской кухни и французских кушаний. На одной тарелке мясной пирог, на другой — форель по-женевски.

— Миссис Уатт, это правда, что состоится бал для слуг? — спросила Тилли, как только все жадно начали есть.

Миссис Уатт по-царски склонила голову.

— В поместье Дансморов это рождественская традиция. Все восемнадцать лет, что я здесь служу, ежегодно проходит бал. И проходил за много лет до моего приезда. Семейство с гостями рано ужинают, чтобы мы пораньше освободились. Бал начинается в десять. В первый час наведываются семейство с гостями, а потом слуги веселятся еще несколько часов.

— Чудесно, — вздохнула Тилли.

Миссис Уатт укоризненно на нее посмотрела.

— Это тяжкий труд. Слуги должны подготовить снедь и напитки для бала и раннего ужина, а утром, как всегда, мы встаем спозаранку и готовимся к Рождеству. — Она улыбнулась, просветлев лицом. — Конечно, мы обожаем балы. Завтра после семейного ужина, который, как обычно, подадут в пять часов, мы пораньше уйдем отдыхать.

Джорджи улыбнулась вместе с остальными слугами, а мысленно сравнила увеселения и Рождество с Гарри и друзьями.

— Вы служите здесь восемнадцать лет, мэм? — поинтересовался кто-то.

— Все верно, — кивнула миссис Уатт. — Сперва кухаркой, затем экономкой.

— А нынешний граф уже носил титул, когда вы поступили в услужение? — непринужденно спросила Джорджи. — Полагаю, тогда он еще был ребенком.

Она пыталась говорить так, будто вела вежливую беседу, будто ей в принципе не очень-то интересно, несмотря на то что сердце тяжело колотилось.

— Нет. Когда я поступила в услужение, титул носил дед нынешнего графа — пятый граф. С тех пор сменилось четыре графа.

— Получается, двадцать лет титул ходил по рукам, — отметил кто-то.

Джорджи не заметила кто. Она ковырялась в тарелке, пытаясь вести себя так, будто вежливая болтовня ничего не значила.

— Верно, но до этого пятый граф носил титул без малого шестьдесят лет. Он снес аббатство Дансморов, кое якобы обвалилось у него на глазах, и на его месте построил сей дом.

«Дед», — подумала Джорджи. Судя по рассказам, старик их с Гарри знать не желал. Его ужасала мысль об отпрысках сына от актрисы-плебейки.

— Кажется, балы для слуг начала усопшая графиня.

«Ну что ж, в этом году внучка усопшей графини станцует на балу. В мужском одеянии».

Интересно, как бы к этому отнеслись дед с бабушкой?

Глава 11

Рождественский сочельник, 1810 год

Проведя несколько дней в поместье Дансмора, Натан уразумел, для чего устроили прием: леди Дансмор искала невестку. Увы, ее сын в восторге не пребывал. Поначалу неприязнь Дансмора к сей затее Натана изумила. Он был поборником традиций, но в то же время не хотел жениться и обзаводиться потомством.