Дар Демона
Шрифт:
*****
Арон находился одновременно и здесь, и где-то еще - в месте, где царило бледное небо, а под ногами сминался колючий снег. Разделение произошло в миг, когда он освободил эррэ Тималя, когда черный змей вырвался из ледяного плена. Словно бы и внутри человека что-то разломилось.
Он шел, не видя куда, не понимая зачем. Он не заметил бы, начнись сейчас землетрясение, случись затмение солнца или напади на замок враги. Он шел по каменному полу, но отчетливо различал перед собой лишь бескрайнее белое поле; снаружи доносились голоса людей, а он слышал лишь оглушительную зимнюю тишину.
Наконец Арон оказался в своих покоях, изнутри магически запер дверь. Потом... Потом Тонгил уже не знал, что происходит с его частью, оставшейся в замке, а несколько мгновений спустя окончательно забыл про нее. Осталась только снежная белизна и путь, который требовалось пройти...
Белое небо без солнца, розовый окоем по горизонту, белое поле - однообразное и бесконечное. Арон не смог бы сказать, как долго он шел по снегу, - время в этом месте не ощущалось, как не чувствовались холод, голод и жажда. Какая-то часть разума знала: это странно, но Арон не прислушивался к ней. Ему отчего-то было все равно. Он просто шагал вперед, к красноватому отблеску горизонта, а легкая поземка заметала его следы.
Потом впереди возникли черные точки; навстречу они двигались стремительно - насколько понятие скорости существовало в этом измененном мире. Вот они оказались перед ним - странные звери с переменчивым обликом. Взгляд никак не мог задержаться на определенной черте, зацепиться за нее и отложить в памяти. Менялся цвет их шкуры, менялась форма и размеры, - словно в постоянно крутящейся мозаике калейдоскопа. Лишь человеческий образ они не приняли ни разу.
– Радуйся, - произнесло одно из существ, и его голос, почти человеческий, тоже непрестанно изменялся, даже в этой фразе переходя от тонкого детского до хриплого мужского.
– Мы ждали тебя. Ты должен предстать перед Владыкой.
Арон склонил голову, раздумывая над словами существа, потом пожал плечами. Белая пустота, убивая все чувства, породила в нем равнодушие; но появление мерцающих, меняющихся существ вернуло нечто, похожее на любопытство. Почему бы ему не встретить этого Владыку? Это может быть интересно.
– Ведите, - кивнул Арон говорящему существу.
– В этом нет нужды, - ответило оно, но теперь голос прозвучал по-женски певуче и нежно.
– Ты уже в его Царстве.
Ветер задул сильнее, белой стеной поднимая еще не слежавшийся снег и тут же бросая - но уже прозрачными каплями воды. Вокруг не стало теплее, не появилось солнце, но белая пустыня на глазах превращалась в голубое озеро. Еще несколько мгновений - и земля впитала воду, зазеленели поля, упругими ростками потянулись из земли юные деревца, а вместе с ними, с той же скоростью, - черный камень крепостных стен, башен и самой крепости.
– Похоже на мой замок, - рассеянно проговорил Арон.
– Ты видишь Царство Владыки таким, каким оно способно отразиться в твоем разуме, - промолвило существо.
– Не более того.
Крепость воткнулась в белесое небо острыми шпилями башен и прекратила движение. Беззвучно распахнулись червленые ворота, плавно опустился мост.
– Ступай, - сказало существо. Арон сделал шаг - и словно ладонь гигантского невидимки подхватила его и перенесла за крепостные ворота. Двор казался похожим на привычный двор его замка, но чувствовалось и отличие - в идеальной гладкости его мощеных плит, в новизне каменной кладки, в безлюдии и тишине.
А вот парадный зал, куда с готовностью открылись двери, уже не имел с замком Тонгила ничего общего. Там было светло, намного светлее, чем кажется возможным в отсутствие солнца.
В центре зала, на возвышении, стоял каменный трон, а вокруг танцевало пламя. Ни один огонь, который прежде доводилось видеть Арону, не мог дать столько света, сколько дневное светило, но здешний как-то сумел это сделать. Огонь перетекал в сияющую воду, вновь становился пламенем, рассыпался радугой и катился по каменному полу горстью драгоценных алмазов; крошился в сияющий песок и вспыхивал алыми языками, вставал стеной и стелился у ног ласковой кошкой... Опять и опять, и все это одновременно.
Арон оторвался от ало-золотого зрелища, перевел взгляд на того, кто восседал на троне. И замер на середине движения.
Словно бы кто-то заставил его взглянуть на собственное отражение, на него такого, каким он стал в этом мире, на Тонгила-чернокнижника. Наведенная белым безмолвием апатия схлынула окончательно.
– Кто ты?
– спросил резко.
– Владыка своего Царства, - голос чужака прозвучал в сознании Арона.
– Почему ты выглядишь как я?
Человек на троне криво усмехнулся, как это делал порой сам Тонгил, если вопрос не казался ему слишком продуманным или приятным:
– Ты не веришь в богов. Единственный господин для тебя - ты сам. Мой облик создало твое сознание.
Арон нахмурился - он никогда не считал себя безбожником. Просто сложилось так, что боги и их дела не казались ему интересными.
– Ты изменился, маг, - проговорил между тем двойник, поднимаясь с трона и шагая к Тонгилу.
– Твоя душа выглядит иначе, твой эррэ сияет другими красками. И еще ты расстроил меня, не отдав мне жизнь этого эльфа.
– Не отдав тебе?..
– повторил Арон.
– Неважно, - двойник остановился в двух шагах, чуть склонил голову набок - любимый жест самого Тонгила - и задумчиво продолжил:
– Теперь это неважно, маг с душой обычного человека. Я не буду задавать вопросов, на которые ты не можешь ответить. Вместо того будь сегодня моим гостем.
Владыка взмахнул рукой, и стены замка исчезли, сменившись зеленью степи. Она простиралось до горизонта - без единого деревца, без даже малого проблеска воды. Небо тоже изменилось, белизна стала прозрачной летней синевой. Только солнца в небесах так и не возникло.
– Сегодня мои дети устраивают охоту. Ты будешь участвовать в ней, - проговорил двойник.
– В какой роли?
– мрачно поинтересовался Арон, невольно вспомнив сон из памяти прежнего Тонгила.
– Ты тоже будешь охотником, маг, - усмехнулся двойник.
– Единственным смертным охотником. Будь осторожен - если погибнешь здесь, твое тело во внешней реальности тоже умрет. А вот и мои дети...
Едва Владыка договорил, как они возникли, соткались из воздуха. Тонгилу подумалось, что они окажутся похожи на встреченных им в белой пустоши существ, но нет: люди, совсем обычные люди. Вот только собранные по горсти со всех концов мира: и белокожие северяне, и светловолосые имперцы, и горбоносые жители Каганата, и рыжие обитатели Югерского архипелага, и черноволосые до жгучести, черноглазые кочевники, и даже люди с кожей цвета красноватой меди и большими миндалевидными глазами, каких Арон не встречал ни разу. Но - только люди, ни одного представителя других разумных рас.
Все они сидели верхом на существах, о которых Арону приходилось только слышать, но никогда - видеть в реальности. Это были крупные, раза в полтора больше коней, ящеры с зеленоватой, отливающей металлом шкурой. Такого же оседланного ящера подвели и северянину.
– Сейчас мы перенесемся на границу Царства, - улыбнулась Арону черноволосая женщина, находившаяся ближе остальных.
– Там развелось много солнечных гидр. Ты когда-нибудь убивал их, маг?
Арон только покачал головой. Солнечные гидры? Мифические создания Солнечного бога? Тонгил с радостью бы избежал участия в этой охоте, но мнения его никто не спрашивал, а как вернуться в реальный мир, он не представлял.