Дар Демона
Шрифт:
Последнюю безуспешную попытку вернуть собственную внешность Арон сделал около часа назад и теперь, лежа на попоне, приспособленной под постель, смотрел в темное небо. Сквозь редкую в этом месте крону мерцали звезды, иногда мелькал силуэт крупной птицы. Летом северные ночи коротки, настоящая темнота приходит едва ли на несколько часов. Теплый воздух, сладкие запахи лета, - если бы не неожиданное превращение, Арон искренне наслаждался бы этой ночью. Тем более что жажда схлынула полностью, оставив его в состоянии довольства жизнью, какое он не испытывал уже несколько лет. Да, всегда и во всем есть маленькое "но".
Похоже, воздействие зеркала затронуло только внешность, поскольку магия все так же пела в крови и никаких воспоминаний из жизни Венда в голове не появилось.
Костер, лишенный магической подпитки от уснувшего хозяина, незаметно погас. Иногда мимо поляны проскальзывали звериные силуэты, но ни один не решился приблизиться к человеку. Магическую ауру животные чувствовали куда лучше людей. Чувствовали и боялись.
Вокруг было тихо и мирно, и только насекомые продолжали безбоязненно стрекотать в траве... Пока ночь не разорвал резкий скрежет, словно кто-то с извращенной настойчивостью водил стальными когтями по стеклу.
Арон проснулся, мгновенно перейдя от глубокого сна к бодрствованию, к полному осознанию происходящего. Свойство, не только весьма полезное, но и своевременное: впереди, едва ли на расстоянии трех шагов, радужно переливались Врата - излюбленное средство перемещения как Темных, так и Светлых магов.
Врата открывались медленно, с пронзительным скрежетом, заставившим замолчать всех лесных обитателей на несколько миль вокруг. Скрежет... Это казалось неправильным. Врата должны проявляться быстро, без звуковых и световых эффектов. Маг, желающий жить долго и счастливо, никогда не позволит окружающим узнать о своем появлении. Таков уж один из недостатков подобного путешествия - оно высасывает из открывающего всю энергию, оставляя того на долгое время беспомощным.
А стало быть, - хмыкнул про себя Арон, отступая на несколько шагов назад, в тень деревьев, - стало быть, гость, кем бы он ни оказался, вряд ли умелый маг. Хотя открытие Врат требовало много энергии, это мог сделать и одаренный ученик, но только опыт гарантировал правильное перемещение.
Наконец, Врата открылись, и на сияющим фоне появился человеческий силуэт. Отчетливо женский.
Арон с невольным удивлением приподнял брови, рассматривая незваную гостью, - похоже, в этой жизни он обречен на постоянные встречи с носителями эльфийской крови. Впрочем, Тонгил недолго разглядывал магичку - хотя, одаряя ее красотой и формами, природа не поскупилась.
Выступив за пределы Врат, девушка внимательно огляделась, потом повернулась и махнула рукой, после чего из сияющего проема выступил юноша. Кто бы из них двоих ни открывал Врата, силу потерял только один. Может, детишки и не были такими наивными... Если, конечно, забыть их идею отправиться вдвоем во владения Тонгила.
Врата потемнели, съежились, исчезли.
Взгляд девушки между тем скользил по деревьям. Потом ее глаза остановились прямо на нем, и магичка радостно рассмеялась:
– Венд! Ну же, хватит прятаться за деревьями!
Арон нахмурился, не торопясь выходить на открытое пространство. Явной опасности от полукровки и ее спутника северянин не ощущал, но это, как он чувствовал, скоро изменится. Впрочем, солнечная магия еще плавилась в его крови - могущество, полную силу которого он не мог представить. Его эррэ стало будто вторым слоем кожи, но невидимым, неощутимым и непроницаемым как для чужой магии, так и для материального оружия.
*****
Убеждение, что самая лучшая ложь это правда, измененная под вкус собеседника, не подвело Арона и в этот раз. История его - то есть Венда - неудачного покушения, последующее пленение, странное поведение Тонгила, освобождение и уверенность Венда, будто Темный маг проклял его... Арон не поменял ничего, упустив единственный факт: кто из них кто на самом деле.
И вот теперь вместе с незваными гостями он сидел у уютного ночного костра, словно бы они были его давними хорошими знакомыми, если не друзьями. И Ринна, - как назвал полукровку юноша, сам казавшийся чистокровным человеком, - теперь восторженно рассказывала, как они пытались найти его, Венда, целую неделю, и вот, наконец...
Арон слушал и по большей части отмалчивался, пытаясь понять, что ему делать с этими детьми дальше. Лишь когда Ринна обращалась к нему, ожидая ответа, он говорил, отвечая насколько мог правдоподобно. Но как только первые лучи солнца появятся над горизонтом...
– Вам не следовало приходить сюда, Ринна, это опасно, - перебил он ее.
Девушка успокаивающе улыбнулась:
– У нас есть чем защититься, не беспокойся.
– Защититься от Тонгила?
– недоверчиво переспросил Арон.
Спокойствие во взгляде полукровки чуть поколебалось, но отозвалась девушка все так же уверенно:
– Сомневаюсь, что именно этой ночью он отправится в лес, а Стая сама по себе нам не страшна. К рассвету мои силы полностью восстановятся, мы вместе вернемся домой. Помни, наш Господь милосерден! Солнце всегда побеждает ночь и прогоняет тьму, Солнечный не оставит тебя!
Глаза Ринны горели абсолютной убежденностью религиозного фанатика, и Арон невольно отвел взгляд. Он никогда не мог понять людей, так истово, до полного самозабвения, веривших богам. Конечно, поверить в существование богов легко, он сам не далее как несколько часов назад видел такое вот бессмертное существо и даже говорил с ним. Но верить богу? Тем более верить абсолютно? Это было не для него.
Ринна смотрела на северянина с сочувствием и симпатией, а может, и чем большим, - Арон не мог сказать с уверенностью. Впрочем, сердечные дела Венда не волновали Тонгила, в отличие от встречи со "спасателями". Поэтому, пока одна часть разума Арона продолжала следить за разговором, направляя его в безопасное русло, другая обдумывала ситуацию и то, как можно выйти из нее с наименьшими потерями для себя, не угробив при этом явившихся за Вендом подмастерьев.
Тем временем рассвет приближался, а Арон никак не мог принять решение.
*****
Мэа-таэль задумчиво погладил по гриве вороного коня, уже полностью оседланного, потом вскочил в седло. Несмотря на глубокую ночь, по его приказу ворота были открыты. И Торис, оставшийся в замке со Стаей, тоже следовал его приказу, противоречащему в данном конкретном случае распоряжению Тонгила.
– Когда ждать вашего возвращения, господин Митрил?
– почтительно спросил оборотень, поставленный на сегодняшнюю стражу. Лицо мужчины казалось бесстрастным, но в желтых глазах таилось недоумение: сперва внезапный, никак не объясненный отъезд господина мага, теперь - столь же резкое решение управляющего покинуть замок.