Чтение онлайн

Одни легенды говорили, что создал их еще Первый Император. Другие - будто сама Серая Госпожа, богиня Смерти, подарила сихха Первому. Так или иначе, но на протяжении многих веков они охраняли коронованного владыку, сохраняя преемственность династии.

Мэль и император, казалось, не обращали на сихха никакого внимания, но Тонгил физически ощущал присутствие этих существ. Словно бы сама их близость взывала к чему-то, скрытому в недрах его опустошенного эррэ.

Говорил в основном Мэа-таэль, Арон молчал, слушая историю готовящегося покушения и время от времени бросая взгляд на сихха.

– Значит, вы утверждаете: в этот раз переворот затеял Камиш?
– император покачал головой.
– Он всегда был верен мне, только его поддержка во время последней смуты помогла мне выжить.

– Людям свойственно меняться, Ваше Величество. Возможно, за помощь он ожидал большей награды, чем получил, - Мэа-таэль неопределенно пожал плечами, потом вопросительно посмотрел на Арона.

– Ах да, дорогой Тонгил, - император слегка наклонился к северянину, опираясь на резные подлокотники кресла.
– Магия сихха все так же беспокоит тебя? Прости, но в их отсутствии я ощущаю себя голым, а голый император подрывает авторитет империи, - он хохотнул собственной шутке.
– Придется потерпеть.

– Безопасность прежде всего, - согласился Арон, почти не вникая в смысл слов. Присутствующие рядом с ним люди казались все менее и менее важными по сравнению с чувством сопричастности, порожденным близостью сихха; тратить на смертных эмоции и мысли казалось расточительством.

– Все же, дорогой Тонгил, - продолжил между тем император.
– Хотя я польщен, что ты лично решил сообщить о заговоре, какова истинная причина визита?

– Причина, сир?
– вежливо переспросил Арон, усилием воли заставив себя вернуться в реальность.

– Ты же ненавидишь столицу, и, без экивоков, - голос императора лишился прежних шутливых ноток.
– В отсутствие свидетелей, дорогой Тонгил, нет нужды притворяться верным вассалом. Мы все прекрасно знаем, какому именно Господину ты давно служишь.

– Возможно, у меня имелись дополнительные причины оказаться в Эверграде, - ровно произнес Арон.
– Возможно, я не желаю о них распространяться.

– Возможно, - тем же тоном ответил император.
– Но, с другой стороны, этих причин могло и вовсе не быть. Любопытный момент: за всю нашу беседу я ни разу не ощутил даже искры Силы от твоего эррэ. Мой дорогой маг, не объяснишь причину?

Арон замер, стараясь не выдать паники. Он не знал, что император обладает такими способностям, и прежний Тонгил не писал ничего подобного в дневнике. Только Темный маг способен увидеть его эррэ - по крайней мере, такой вывод Арон сделал из книг, которые успел прочесть в этой новой жизни.

Император нехорошо улыбнулся и чуть заметно шевельнул рукой. Ощущение присутствия сихха усилилось, заставив Арона задохнуться. А черная фигура уже стояла рядом с ним, уже наклонялась вперед...

Никто не знал, как именно сихха выполняли работу по защите императора; однако и от наемных убийц, и от неудачников, вызвавших его гнев, одинаково оставались горсти серого пепла.

Арон посмотрел в желтые глаза, блестевшие за вуалью, и подумал: сейчас узнает.

Время замедлилось. Время остановилось. И в возникшей вневременной реальности опустошенное эррэ Арона содрогнулось в спазме, выбрасывая во внешнюю реальность... нечто. Его сознание раздвоилось, он продолжал видеть глазами человека, и одновременно – глазами сущности, вырвавшейся на волю.

Во внешней реальности фигура в черном продолжала стоять, чуть наклонившись, и глазами нечто Арон увидел щупальца Силы, тянувшиеся от сихха к его уязвимой физической оболочке. Сейчас они коснутся кожи, выпивая жизнь, и от тела останется лишь прах...

Бестелесное нечто метнулось к сихха, обнимая желтоглазое существо, словно давно потерянного брата.

Глаза Арона-человека увидели, как императорский телохранитель зашипел и дернулся назад, как бросились к нему на помощь двое других сихха, как нечто рассыпалось тысячами бледных звезд, а следом за тем исчезли и сихха. Просто исчезли, беззвучно, бесследно.

Насовсем.

Первым опомнился император. Вскочил, безумными глазами оглядывая просторную комнату, подбежал к колоннам, у которых прежде стояли сиххи, несколько раз провел в воздухе руками, будто ловя невидимку. Развернулся к Арону:

– Где они? Отвечай, где они?! Куда ты их отправил?!!

– Я?
– северянин поднялся, чувствуя, как гнев, лишь частично его собственный, начинает стягивать кожу на скулах.
– Я ведь маг с пустым эррэ, Ваше Величество. Как бы мне удалось что-то сделать с вашими бессмертными хранителями?

– Ты... Я не знаю, кого ты позвал на помощь. Верни их! Я приказываю!

– Приказываете? Но я служу другому господину, сир, как вы сами любезно напомнили.

Император замер.

– Вы ведь знаете имя моего господина, сир. Кто он?

Правителя перекосило, и он нехотя проговорил:

– Многоликий.

Мэа-таэль за спиной Арона коротко хохотнул.

– И вы полагали, сир, будто бог не даст своему слуге защиту?
– холодно осведомился маг.
– Как опрометчиво.

– Верни их, - повторил император тише, уже не приказывая - прося.

– Как я понимаю, аудиенция закончена, - Арон, не оборачиваясь, махнул Мэлю рукой.
– Не смеем больше отвлекать Ваше Величество от важных государственных дел.

– Тонгил, нет! Нет, постой! Сихха - символ императорской власти. Без них все недовольные поднимутся. Начнутся смуты, гражданская война, империя зашатается. Неужели тебе это нужно? Тонгил!

– Не забудьте про вашего кузена герцога Камиша, - подходя, весело добавил полуэльф.
– Он устроит заварушку первым!

– Стоило подумать о безопасности империи прежде, чем пытаться меня убить, - буркнул Арон, подходя к двери. Остановился, обернулся к правителю.
– Может, я и верну их, если вы, Ваше Величество, предложите достойную плату.

– Что тебе нужно?

– Я сообщу, - перед тем как выйти, Арон с издевательской почтительностью поклонился императору.

Арон глубоко вздохнул, откинулся на спинку кресла, лениво глядя в приоткрытое окно. Там Мэль возился с местными детишками: двое рыжих щенков, каждый размером с годовалую овчарку, пытались вцепиться в ноги слишком шустрого полуэльфа, третий - черныш с широким белым пятном на лбу - пискляво рыча, наскакивал спереди. Вот все четверо кучей-малой покатились по земле, цепляя сор на одежду и шерсть.

– Опять!
– раздался возмущенный женский вопль, и одновременно с этим на пеструю кучу выплеснулось содержимое ведра, которое обладательница голоса держала в руках. Арон понадеялся, что в ведре была чистая вода, а не обмылки с кухни.