Чтение онлайн

– Настор, – озвучил Маврик.

Светловолосый парень с миловидным лицом и зелеными, как у меня, глазами пропал за дверью Кузни и больше не возвратился.

– Оварг.

Когда Клаврис скрылся с учеником, я уже была на грани истерики. Следующим должен был оказаться Ривар.

– Рей, – тихо окликнул он.

Я вздрогнула и подняла на него испуганный взгляд. Рив был серьезен и будто хотел сказать нечто важное, но никак не решался. А я не торопила. Держала его за руку и молила Древнего короля вернуть мне Ривара.

Двери открылись, и оттуда вышел только Клаврис.

– Рей, я…

– Ривар, – вызвал его Иригос.

Ученик Талины медленно прикрыл глаза.

– Я пошел, – в итоге произнес он и подарил долгий взгляд Талине.

Рив мягко высвободил ладонь из моих пальцев и отступил, продолжая на меня смотреть.

– Вернись, – произнесла я одними губами, но он понял и кивнул.

А потом отвернулся.

Когда двери за ним закрылись, рядом со мной встала Талина. Обнявшись, мы начали неотрывно следить за входом в Кузню и слушать биение собственных сердец. А когда спустя, казалось, вечность белые двери открылись, испуганно замерли.

Как и в прошлый раз, первым вышел Иригос. А потом… никого не было. Пальцы Талины дрогнули на моем плече. Я пошатнулась. Сердце опалило горячей кровью. Дыхания перестало хватать. Но тут показалась сначала рука, а потом синяя шевелюра Рива.

Мы мгновенно подорвались с места и побежали к Ривару, который прижимал одну ладонь к лицу, но тот остановил нас жестом и подошел сам. А я все-таки не сдержалась. Громко крикнула:

– Рив!

И бросилась ему на шею, обнимая, а Талина поджала дрожащие губы и резко отвернулась, пряча слезы.

Трое учеников погибли, а трое – выжили. И мне повезло, что Рив оказался среди последней тройки. Впервые я не скрываясь плакала от счастья и благодарила Короля за то, что он не забрал у меня Рива.

– Поздравляю! – шмыгнула я носом и отстранилась.

А Рив лучезарно улыбнулся и разомкнул ладонь, на которой лежал его медальон – лис. Зверек сидел, обернувшись хвостом, и смотрел куда-то в сторону, скаля зубы, будто в насмешке.

– А ты не взглянешь? – усмехнулся Ривар, когда заметил, что Талина до сих пор не решалась к нему подойти.

И приподнял брови, когда бывшая наставница, продолжая стоять к нам спиной, отрывисто выпалила: «Ну и ладно!», – молниеносно обернулась, выхватила из его руки медальон, снова отвернулась, быстро его изучила и протянула обратно.

– Не думал, что будешь из-за меня плакать, – коварно усмехнулся Ривар. – Приятно.

В ответ Талина только фыркнула. Потерла ладонью глаза и, предупредив всех, что сегодня обязательно напьется, пошла прочь. Честно сказать, я разделяла желание Талины и, когда мы отправились в таверну отмечать Признание Ривара, решила ни в чем себе не отказывать. Удивительно, но Клаврис не стал запрещать мне покидать Обитель. Зато отыгрался на следующий день, измотав до полусмерти.

Пролетел еще месяц. Рив ушел с Талиной на его первое задание, а Змея до сих пор не было. Я начинала беспокоиться. Постоянно спрашивала Иригоса, где он, когда вернется, но Риг не давал нужных ответов. Говорил, что ему неизвестно, куда тот отправился и сколько времени Змею потребуется.

В итоге я решила добиться нужных сведений от Клавриса. Собрав смелость в кулак, пришла к нему домой до начала тренировки и застала заспанным и раздраженным. Как и ожидалось.

– Заходи, – бросил он, распахивая дверь и впервые впуская меня в свою хижину. – Смотри под ноги.

Оказавшись внутри, я сразу же на что-то наступила. Послышался пронзительный хруст в тиши дома.

– Я сказал тебе смотреть под ноги! – зло скривил рот Клаврис и устремил взгляд на мой ботинок.

Я осторожно приподняла ногу, открывая мелкую крошку осколков.

– Твою мать… – выругался асигнатор и пошел по узкому коридору в комнату напротив. – Идем.

Я послушно за ним последовала, на этот раз внимательно разглядывая, куда ступала. У Клавриса в доме был жуткий бардак и стоял тонкий запах затхлости. Проходя мимо столовой, я обратила внимание на гору мечей, которыми мы тренировались. Нечищенные, они грязным хламом валялись на столе. Переведя взгляд налево, я увидела неясные очертания спальни. Она была темной, вопреки позднему утру. А все из-за плотных штор, что занавешивали окна и не пропускали даже тоненького луча солнца. Судя по буграм неясных теней, Клаврис не заправил кровать и свалил полшкафа одежды на стул.

– Пошевеливайся, – рявкнул он, заметив, как я замедлилась возле прохода, разглядывая его спальню. – Не на что там смотреть. Грас больше нет, а мне убираться некогда.

В гостиной асигнатора тоже было темно, однако только я переступила ее порог, он раскрыл окна, впуская свет и свежий воздух. Прошел мимо дивана, подбирая с пола пустые глиняные бутыли, и поставил их на стол.

– Ну?

– Что «ну»? – не поняла я, робко рассматривая безобразие, которое творилось и здесь.

– Вряд ли ты пришла пожелать доброго утра, – презрительно фыркнул Клаврис. – Говори.

И то верно.

– Где Змей? – не стала я ходить вокруг да около.

Клавриса раздражало все двусмысленное, хотя сам он любил кидаться неоднозначными фразочками, чтобы подловить собеседника и потом упрекнуть.

Клаврис сгреб со скамьи одежду, толкнул ее к стене и сел за стол:

– На задании.

– Каком?

– Важном.

– Когда вернется?

Он неуверенно повел плечом:

– Может, никогда.

Я прожгла его ненавидящим взглядом и плотнее стиснула зубы, чтобы не сказать лишнего, а потом за это не получить.

– Где Змей? – начала заново.

– Еще одно слово о нем – и говорить больше не сможешь.

– Клаврис… – прошипела я, почти срываясь на клокочущий рык.

Он раздраженно сощурился, подозвал к себе и указал на скамью напротив. Я решила не спорить. За два месяца усвоила: ругаться с Клаврисом – дело неблагодарное. Хоть во время побоев боли я не чувствовала, однако она настигала меня позже и проступала следами – ссадинами, синяками, порезами. Бедная Данис уже замучилась их исцелять.

– Ты хочешь знать, где Змей? – подался он вперед, отчего сидение под ним угрожающе скрипнуло.

Я не стала показывать своего беспокойства, поэтому постаралась ответить ровно:

– Хочу.

Он коварно усмехнулся одним уголком губ:

– А что ты для этого готова сделать?

«Все что угодно», – мгновенно пронеслось в голове, но я поспешила прикусить язык.

С Клаврисом опасно бросаться подобными словами. Иногда я замечала на себе его странный взгляд, и он задавал необычные вопросы о Змее. Или Риваре. Асигнатор любил называть меня неопытной девчонкой, а когда злился – не скупился и на обзывание шлюхой. В основном подобные странности у него происходили после вспышки агрессии. Но, чтобы не зайти далеко, Клаврис часто себя одергивал. Наверное, даже сбрасывал концентрацию, чтобы избавиться от ярости. Тогда же исчезало давление его кровожадности.