Чтение онлайн

На лице Аурики не проскакивает ни грамма сожаления:

— Я не знала, что это какой-то культ, — говорит она. — Они же были попечителями нашего приюта. Приходили, иногда делали подарки. Конфеты, другие вкусности. Именно благодаря им у нас есть образование.

Да… Только вопрос, какое. Их пичкали ужасными историями про драконов и взращивали в ненависти.

— Господин Стейлз Уоррен появился тогда впервые, — продолжает Аурика. — Когда они искали девочку с “волшебным даром”, чтобы отдать дракону. Марика решила меня защитить. Но Уоррен все равно забрал меня, практически на следующий день после Марики. Вместе с мэром. Они купили мне платья, поселили в потрясающих апартаментах, я могла есть самые лучшие пирожные!

Кажется, Вард издает глухой рык. Я даже на мгновение переживаю, что Ригель не вытерпит… Но нет. Ярость отражается только во взгляде с вертикальным зрачком.

— И что они от вас хотели? — продолжается допрос.

— Сначала ничего, а потом… Потом я случайно выдала себя, и они поняли, что именно у меня ментальный дар, — чуть скривившись, отвечает Аурика. — Они стали более требовательными. Хотели проверить меня на соревнованиях, но там пошло что-то не так. Впрочем, это была вина Гриндорка, не моя.

— Вы так спокойно об этом говорите? — выгнув бровь спрашивает Вард. — Вы вообще не допускали мысли, что драконы не несут опасности Скольахии?

— Да какое мне дело до Скольахии? — удивляется Аурика. — Вы монстры! Вы себя хотя бы видели? Животные, как они есть. Жаль… что мне не хватило сил стравить вас. Это было бы интересно.

В зале наступает тишина. Вряд ли кто-то из присутствующих разделяет ее мнение хоть на грамм: именно драконы спасли город от пожара, который начали Аурика с Уорреном и собирались потом обвинить в этом Варда. Место было выбрано неслучайно — меньше чем в пяти домах располагался склад оружия и пороха. Жертв было бы очень много.

— И вы не отрицаете своей вины ни в одном из вменяемых вам преступлений? — уточняет Вард.

— Я… не считаю это преступлениями, — откровенно отвечает Аурика.

— Тогда… прошу позволить мне использовать свой Дар, — поднимается Ксаррен.

Судья кивает, и дракон подходит к девушке и просто ловит ее взгляд. Кажется, что ничего не происходит, но Аурика испуганно вскрикивает и замирает. На несколько секунд весь зал задерживает дыхание, а когда Ксаррен делает шаг назад, по рядам пробегает шепот.

— Глупость вместе с опасным даром тоже может быть приговором, — произносит Ксаррен.

Вард в заключительной речи говорит о том, что отсутствие надзора за ментальными магами может снова поставить под угрозу мир между странами. А попытки уничтожить этот дар, как явление, противоречит воле богов.

Поэтому магию Аурики запечатывают прямо там, в зале суда. Ее приговаривают к ссылке в Эльвариам в воспитательный монастырь.

Руди издает довольное “у-ху” и вылетает из зала. И я его понимаю, особенно после признаний Аурики в том, что она делала с животными.

Теперь сестру Марики ждут долгие годы уединения и тяжелого труда. Возможно, когда-нибудь кто-то сможет найти те слова, которые заставят ее иначе взглянуть на все ее действия и понять, что у нее был другой путь.

Вард обнимает меня, когда мы выходим из здания суда и останавливаемся на площадке перед ним. Сверху падают крупные хлопья снега, а мороз пощипывает щеки.

— Как ты? — спрашивает Вард.

Хотя я точно знаю, что его Дар позволяет ему чувствовать меня, Роувард выставил между нами щит, давая мне возможность без оглядки на него испытывать эмоции.

— Аурика смогла меня удивить, — честно признаюсь я.

— Даже меня смогла, — отвечает Вард. — Наверное, это все же семейное и передалось от вашей тетушки.

— Давай сейчас не будем о них? — качаю головой. — Давай о нас?

Вард удивленно поднимает брови.

— Ты готова дать мне ответ?

Вопрос о том, где же именно мы будем строить наше совместное будущее, все еще висит между нами.

— Только после того, как ты мне расскажешь про мануфактуру, — отвечаю с улыбкой я.

— Рина или Фридер? — усмехается Вард. — Хотя какая разница, они всегда были два сапога — пара. Хорошо. В торговой гильдии мне предложили выкупить у них мануфактуру, навести там порядок и помочь городу вылезти из долгов. Дрокур очень настаивает. И Его Величество уверен, что мое присутствие в Скольахии в ближайшее время необходимо.

— А что тебя смущает?

— Мне придется много времени проводить тут, — отвечает Вард. — Особенно первое время. Я не знаю, захочешь ли ты быть здесь после всего того, что случилось.

— А что здесь случилось? — спрашиваю я. — Я встретила тебя. Я обрела себя. У нас появились верные союзники, может, даже друзья. В конце концов, здесь моя маленькая свечная мастерская с лавкой. А она мне очень нравится! Стоит ли заострять внимание на плохом, если хорошего намного больше?

Вард подхватывает меня на руки и нежно целует. Я действительно готова оставить в прошлом все неприятности, что произошли с нами. Даже благодарна им, ведь обрели мы намного больше, и это “больше” является важным и нужным шагом к нашему счастливому будущему.

— Неужели вы все-таки добрались до свадьбы? — ворчит Рина, крутясь вокруг меня и подбирая закрученные магией пряди в высокую прическу. — Больше полугода мы ждали вас!

Ее возмущение забавляет меня, потому что она больше ругается из-за переживаний. Как только они с Фридером покинули Хельфьорд, между ними снова пробежала черная кошка. Рина на эмоциях заявила Йену, что если и выйдет за него, то, только когда он сделает ей предложение под цветущим драконовым деревом.

Вроде бы это должно быть невыполнимое условие. Если не брать в расчет то, что именно под драконовым деревом должно состояться наше с Вардом бракосочетание. И, по словам Адалии, жены Тардена, дерево вполне может зацвести над истинной парой.

Так что у Рины был повод волноваться.

— Ты же знаешь, что мы с Вардом решили, что поженимся только тут, в вашем поместье, — отвечаю я, пока рассматриваю себя в огромном ростовом зеркале.

Светло-голубое платье в пол, вручную расшитое бисером и украшенное сапфирами, плавно ниспадает, словно лаская мое тело, подчеркивая женственные изгибы и искрясь в лучах солнца, проникающего сквозь высокие стрельчатые окна родового дома Варда.