Чтение онлайн

– Не понял, - признался Павел, - Они что, наркоманы оба?

– Не оба, - невесело усмехнулся Рудольф, - Из их класса десятерых отправили тогда на принудительное лечение, Ионаса в том числе. Полиция занималась. Дело прошлое, они ещё подростками были. В школу Ионас больше не ходил. Но представь, что чувствует Бируте, когда видит Джину Уэйн. Наверно, на Тасманию бы не поехала из Нового Южного Уэльса, если бы знала, что Ионас опять встретит эту девчонку. А рыжая тут как тут...

– У них что-то вроде родового поместья тут недалеко.

– Вроде бы, - сухо сказал Рудольф.
– Так вот. Перед отъездом Ионас попросил родительского - не благословения, слава Богу - просто совета: жениться ли ему на этой девушке? Ты, Пауль, если бы любил, стал с кем-нибудь советоваться? Впрочем, чего я спрашиваю - ты уже почти женат...

Поскольку к предмету разговора это замечание не относилось, Павел счел за лучшее промолчать. Как там дальше с Ионасом?

Порешили так: он едет в Литву, мать успокоится - а там видно будет. Невесту искать не обязательно, жениться на Джине - тоже. Пока, во всяком случае... Вышло же все по-другому. Плохо вышло, Пауль.

– Что Ионас рассказал, когда вернулся?

– А ничего. Если бы хоть что-то рассказал, мы бы поняли. А тут: вот вам невестка, прошу любить и жаловать. Брату ни слова, ни полслова - а Регина уж как к нему подъезжала...

– А Полина сама? Лиза её спросила, она тут же все и выложила. Познакомились на дискотеке, любовь с первого взгляда...

– И Регина так слышала. Я не верю - только теперь это значения не имеет. Полиция подозревает, что кто-то из нас убил Полину.

Не имеет значения? Павел с этим не согласен. На глазах разворачивается криминальная история: пропал человек. Об убийстве пока речи нет, но Рудольф неспроста беспокоится. Никто в семье толком не может или не хочет рассказать о пропавшей, это подозрительно. И то, что её как бы не хватились - тревогу подняли посторонние люди. В общем, случайно, потому что в этот день ждали её. Не появись она вовсе, кто бы заинтересовался?

А вот теперь, когда полиция настороже, не мешает родственникам подстраховаться. Как минимум - узнать, что на самом деле случилось полгода назад за тридевять земель от их райского уголка, в маленьком литовском городке, по соседству с которым строилась атомная электростанция.

Одинокому волку решить задачу не под силу. Связаться бы с московскими коллегами - только и это вряд ли поможет.. Как ребятам из райотдела разузнать о событиях в чужой стране? Тем более не убийство случилось, не ограбление - просто в маленьком литовском поселке, по соседству с которым русские строили когда-то атомную станцию. Тем более - не убийство, не ограбление - просто странный брак между добропорядочным австралийцем и местной девчонкой-оторвой.

– У твоего отца был друг - в уголовном розыске, - вспомнил Рудольф, Как он, жив?

Павел, в ту самую минуту прикинувший, как бы поступил на его месте сыщик-пенсионер Дмитрий Макарович Коньков, отозвался бодро:

– Жив, что ему сделается? От дел, конечно, отошел, но связи сохранил. Постоянный мой советчик. Коньков бы не стал тратить время на бесполезные мечтания о посторонней помощи, а постарался бы выяснить все здесь, на Тасмании, где находятся главные действующие лица этой истории. В конце концов, Полина провела в семье Дизенхоф целых полгода и только снобизм и неприязнь вновь обретенных родственников помешали им прояснить ситуацию. С Лизой же замарашка вмиг поделилась воспоминаниями, хоть и наврала наверняка с три короба. Но уж дело сыщика - отделить зерна от плевел. Жаль, короток оказался дуэт Лизы и Полины, не успела девчонка ни в чем признаться старшей подруге.

Досадуя на себя, а заодно и, вовсе уж несправедливо, на Лизу, которая в данный момент в одиночестве завтракала на кухне, Павел попытался прикинуть: отца Полины вроде бы убили по пьянке. Мачеха-буфетчица тоже из лимитчиков, Ионас - идеальный объект для шантажа. На чем можно подловить несведущего в тамошней смутной жизни иностранца? Ясно на чем - на девке. Напоить, к примеру, домой завести. В самый интересный момент мачеха возникает, щелкает выключателем... Не пойдет, слишком просто, девчонка, которая привела домой парня с дискотеки, получит разве что сотню баксов, но уж никак не мужа. Что ещё мог натворить этот Ионас? Малый он бесхарактерный - сразу видно. В прошлом - наркотики. Хорошо, если действительно в прошлом. Не умеет принимать самостоятельных решений, мать над ним крылья простирает, не дает ни вправо, ни влево ступить. Пятрас рос другим, мужик был с самого начала, - рассказал Рудольф, - И Бируте его слушалась, даже как бы и побаивалась. Зато с младшим свое взяла...

Ионас и с выбором профессии никак не определится. Мать тянет его в юристы, Пятрас советует - и не просто советует, а жестко, - на земле работать, Джина из-под тишка тащила за собой: собирается стать социологом, политологом, журналистом, как получится. И бой-френда хочет иметь при себе, в университете. Чего желает сам Ионас, никого не трогает.

– А ты, дядя Руди? Отец, как никак.

– А я при том присутствую, - старик усмехнулся невесело, - На гитаре вот научил его бренчать. Кому это сейчас нужно?

В Хобарт Лизу и Павла подвез Тони Уэйн - явился утром за сестрой, которая так и провела ночь в спальне молодых. И никому в доме это не показалось странным. Как и то, что Джина с братом не поехала - когда "форд" отъезжал, она стояла на галерее, махнула рукой вслед. Тони не обернулся успел таки поругаться с сестрой: какого черта эта дура вертится возле бывшего бой-френда, ещё встрянет в какую-нибудь историю...

– Да ничего пока не происходит, - возразила Лиза, - Погоди, Полина вернется...

– Полиция просто так не заявится. Значит, что-то известно...

Павел рассказал про Антоновых.

– Так это вы к ним едете сейчас в колледж Сент-Джон?

– Да, попробуем узнать о прошлом Полины.

Тони нахмурился ещё больше, вглядываясь в шоссе, которое петляло в ущелье между двумя возвышавшимися до неба каменными стенами. "Форд" мчался будто по коридору, высеченному в скале. Коридор был широк, безупречно гладок, размечен белым на четыре полосы и вызывал у Павла гордость за принадлежность к человеческому роду, обуздавшему дикую природу.

– О прошлом жены Джона? Вы бы у сестры моей спросили. Уж ей-то он должен был объяснить, почему наплевал на свои обещания.

– Жениться обещал?

– Собирались вместе поехать в Мельбурн, в университет поступать. Насчет женитьбы - они вместе уж лет с пятнадцати. А тут эта ваша русская девка...

– А ведь вы оба её ненавидите, правда?
– вкрадчиво осведомилась Лиза.

Машины выскочила из коридора и словно взмыла в воздух - такими беспредельными показались небо и широкая равнина, со всех сторон только на горизонте впереди маячили волнистые холмы.

– Это шутка?
– спросил Тони, - Насчет ненависти? Если говорят об убийстве, такого лучше вслух не произносить. Между прочим, я видел Полину, когда она на шоссе голосовала. Только я в другую сторону ехал. Мало ли кто её подобрал. Она особо не береглась.

Лизу, однако, такой поворот устроил, она гнула свое:

– Представляю, как Джина обозлилась, когда жених такой сюрприз преподнес...

– Представляешь, да, Элизабет? С тобой тоже так бывало? Красивые девушки вроде тебя и моей сестренки долго не унывают. У Джины в Мельбурне уже есть хороший парень, не чета этой размазне Джону.