Чтение онлайн

Моя голова взрывается от боли.

Я вскрикиваю и хватаюсь обеими руками за голову. Головокружение возвращается в полную силу, и массирую виски пытаясь придти в себя. Секунда и принц оказывается возле меня.

— Кэт? Кэт, как ты?

— Я буду… Я в порядке, — делаю попытку помахать ему. — Просто дай мне прилечь на секунду.

Он внезапно вскакивает и уходит, но вскоре возвращается с мужчиной среднего возраста в черном костюме.

— Доктор Дженсен, кажется у моей жены приступ головной боли.

Доктор проверяет мой пульс и задает мне пару вопросов, на которые у меня получается внятно ответить. Боль отступила, но моя голова все еще болит.

— С Ее Высочество, кажется, все в порядке, кроме внезапного приступа, которому не могу найти причину. Я бы предположил, что ей нужно подкрепиться и хорошенько отдохнуть. Она выглядит достаточно здоровой, так что надеюсь, это просто перенапряжение.

Эдварт что-то говорит ему, понизив голос. Врач смотрит на меня, качает головой, и говорит столь же тихим голосом, что я не могу расслышать. “Память… временная потеря…” кажется, они что-то говорят об этом.

Но я не в настроении слушать. Мой разговор с Эдвардом был настолько шокирующим, настолько нелепым, что отказываюсь в это верить. Я не могла попасть в сборник рассказов и потом вернуться домой. Встретиться с ним, обручиться и ничего не помнить о нем. Наиболее правдоподобное объяснение заключается в том, что я похожа на принцессу, которая почему-то исчезла. Когда поезд остановится, я должна попытаться найти настоящую принцессу и попытаться вернуться домой.

Я довольно много спала до конца пути. Эдвард преобразовал одно из кресел в импровизированную постель, поэтому могу лечь, положив под голову одну из подушек. Раз или два во сне, смутно ощущала касание его ладоней ко лбу, он убирал волосы с моего лица, но я слишком устала, чтобы беспокоиться. Моя последняя осознанная мысль была уйти из этого странного, но увлекательного мира. Я не была, и не могла стать, это принцессой Ателии.

— Кэт. Кэт, просыпайся. Мы приехали.

Приоткрываю один глаз. Эдвард наклонился ко мне, и его проклятое великолепное лицо было слишком близко для моего комфорта. Чувствую, как яркий румянец заливает мои щеки. Резко сажусь и пытаюсь создать некоторое расстояние между нами.

— Куда мы сейчас?

Он улыбнулся.

— Энрилт, — дом моего детства. Я всегда очень хотел показать его тебе.

Затем он глубоко вздыхает.

— Я прекрасно понимаю, что ты ничего не помнишь обо мне и нас, но пока мы не выясним, что стало причиной твоей потери памяти и, как мы можем исправить это, боюсь, мы должны вести себя как замужняя пара в присутствии других людей. Мы широко известная королевская семья, я абсолютно уверен, есть много тех, кто захочет воспользоваться этим, или даже навредить тебе, если твое состояние станет известно общественности.

Прикусываю нижнюю губу. Признаю, что его предложение имеет смысл, но это настораживает меня. В каждом романе, что читала, пары, которые притворяются влюбленными, всегда в конечном итоге влюбляются на самом деле. Но в моем случае, это риск, который не могу себе позволить, если я абсолютно ничего не могу поделать. У меня уже есть Джейсон, и кроме того, я должна вернуться домой.

— Только в присутствии других, — мне удается сохранить голос бесстрастным. — Когда мы наедине, тебе лучше вести себя, как друг. Как случайный знакомый.

Он даже глазом не моргнул. — Конечно, так долго как это необходимо.

Подумываю, обсудить с ним то, что он подразумевает под "необходимым", но мои мысли прервал стук в дверь.

— Ваше высочество, — сухой, невыразительный голос молодой женщины раздаётся с другой стороны двери.

Эдвард протягивает мне руку. Беру её, и моё сердце начинает биться быстрее, когда он переплетает наши пальцы, как будто не хочет меня отпускать когда-либо вновь.

— Запомни, её зовут Амели, — шепчет он. — И Бертрам — мужчина, который выглядит огромным.

— Ясно, — шепчу я, пытаясь игнорировать наше рукопожатие. Он держал меня за руку и раньше, но теперь, когда я знаю, что мы должны изображать супружескую пару, почему-то, это отвлекает.

Амели ждала нас, с плащом в руках

На улице становится темно, — она протянула мне плащ. — Я слышала, здесь на севере, может быть достаточно холодно.

Не хочу подхватить простуду, что кажется, запросто в моём платье с короткими рукавами, так что благодарю ее и набрасываю плащ на плечи. На секунду замешкалась с застежкой — она была сделана из замысловатого переплетения латуни и бронзы, которая оказалась сложнее по сравнению с современными застёжками, к которым я привыкла.

— Позволь мне, — Эдвард протягивает руку и ловко закрепляет застежку. Затем он заправляет прядь моих волос за ухо и выжидательно протягивает руку. — Готова?

Все это происходит так быстро, что едва успеваю задуматься о том, что он касается меня так естественно, так легко, как будто привык заботиться обо мне. Амели даже не моргает и не предлагает хоть какой-либо помощи, несмотря на то, что это она должна быть моей служанкой.

Но так как мы согласились вести себя как молодожены, не могу показать никакого дискомфорта по поводу того, что незнакомец относится ко мне как к заветному драгоценному камню. И то, как он смотрит на меня, когда касается моих волос — внимательно, ласково, преданно, как будто я единственная девушка в его вселенной — я даже не уверена, что Джейсон когда-либо так смотрел на меня.

Джейсон. Что он делает сейчас? Прошло уже несколько часов с тех пор, как я исчезла из его спальни. Должно быть, он беспокоится обо мне. Он, вероятно, даже позвонил в полицию. Мое сердце сжимается от беспокойства и страха. Мама и Пейдж скоро узнают, что я пропала.

Отворачиваюсь и сосредотачиваюсь на том месте, где мы находимся. Ожидала огромной, великолепной станции после всего того, что видела ранее, но станция на самом деле довольно маленькая и причудливая. Она построена почти целиком из бревен, ограды выкрашены в лютиково-желтый цвет, знаки нарисованы вручную, а не напечатаны. Плющ и жимолость свисают с крыши, и их концы всего лишь на расстоянии вытянутой руки от оград.

— Вот они, — кто-то кричит.

По одну сторону от ограды собралось около десятка человек: старые и молодые мужчины и женщины. И все они таращатся на нас точно также как та толпа при поездке на карете.

— Я думал, что попросил специально никого не собирать к нашему приезду, — сказал Эдвард, понизив голос.

— Независимо от того, как вы пытаетесь скрыть свое расписание, в деревне обязательно появятся слухи, — сухо отвечает Амели. — Не говоря уже о том, что в газетах широко сообщалось, где вы остановитесь на медовый месяц.

Да здравствует Принц Эдвард и его невеста! — выкрикнул мужчина.

Поздравления эхом проносятся по воздуху, после чего раздаются аплодисменты и свист.

Мне больше ничего не остаётся, кроме как отвечать кивками, махать рукой и улыбаться, но в действительности я хочу убежать. Та, кто является настоящей принцессой, должна вернуться, потому, что эти королевские замашки действует мне на нервы. Независимо от того, что говорит Эдвард, чувствую себя самозванкой.

К счастью, из-за того, что станция так мала, требуется немного времени, чтобы покинуть платформу и выйти на улицу, где нас ожидает новая карета. Бертрам, молодой человек, который выглядит как Халк с нормальной загорелой кожей, держит дверь открытой.