Чтение онлайн

Иногда среди коренных полтавчанок встречаются женщины совершенно восточной наружности. Это - потомки татарских племен, пришедших на земли Полтавщины почти четыреста лет назад. Однажды, когда эта территория еще входила в состав Речи Посполитой, сюда приехал с многочисленной ордой великий татарский хан Лякса. Он был так очарован красотой здешней природы и здешних жительниц, что не стал воевать, а осел здесь со всей своей тридцатитысячной ордой. Они начали обрабатывать земли и выпасать свои стада. Лякса крестился и вошел в историю, как Александр. Возможно именно от него, а не от крымских татар, берет свое начало знаменитый полтавский род Кочубеев.

По дороге на дачу, разговор зашел именно о Кочубеях. На Рождество вся компания собралась поехать в Диканьку -- вотчину Кочубеев. Там, посреди леса, стояла очень интересная старинная церковь, Святого Николая; и потом, Рождество в Диканьке -- это всегда маленькое чудо! Гоголь нисколько не присочинил! Когда в Рождественскую ночь ты бродишь по Диканьке, да еще после посещения шинка, да еще в метель, то и вправду можно рассмотреть нечто этакое, мистическое, летающих ведьм, хитрых чертей, и даже, спрятавшийся в сугробе, украденный Месяц! Лиза еще от отца знала, что Диканька располагается в очень интересном, с энергетической точки зрения, месте.

Договорились поехать на арендованом транспорте. Всем надо было расслабиться и немного выпить. Игорь сказал, что машина и водитель будут с его фирмы. Лиза пообещала сварить на Вечерю, вечер перед Рождеством, настоящую львовскую кутю, как научила ее мама. В Полтаве ее готовят немного по-другому, и Оля, очень любившая именно львовскую, упросила Лизу не полениться и приготовить. Лиза воодушевилась, и заверила всех, что Рождество -- ее любимый праздник, и она даже испечет торт.

День промелькнул почти в сплошных прогулках по лесу. Лиза решила, что посмотреть интересные новогодние передачи можно будет и позже. Ей очень хотелось увидеть новогодний "Вечерний Квартал".

Когда возвращались к Приходькам, то еще в начале улицы расслышали громкие крики и даже ругательства. Они вошли в переулок, и их глазам предстала живописнейшая картина: старая соседка Приходьков, мама дядь Володи, баба Ульяна, явный потомок "красных дев половецких", несмотря на свой весьма солидный возраст, неслась во всю прыть по заснеженному огороду, с граблями в руках. Человек, воодушевивший ее на такое проявление чувств, отец дядь Володи, дед Гнат, почти не уступая ей в скорости, бодро несся впереди. Лиза страшно развеселилась и закричала:

– Баба Ульяна, Вы чего это бушуете?

Баба Ульяна на минутку остановилась.

– Та, ти подивись, дитино, що це мй старий чорт учудив! Це ж треба до такого додуматись! Двер у нужник пофарбувати у колр прапора! (Укр.
– Да ты посмотри, деточка, что учудил мой старый черт! Это ж надо до такого додуматься! Двери в отхожее место - покрасил в цвет флага!)

Только теперь, Лиза с Дашковым разглядели, что пав жертвой новой моды, когда все скамейки, ступеньки, столбы, заборы и сараи в селе были перекрашены в сине-желтые цвета, дед Гнат так старался, что выкрасил ими даже двери туалета. Не стерпев такого надругательства над своими патриотическими и эстетическими чувствами, баба Ульяна встала на защиту национального флага.

– Щоб негайно перефарбував у якийсь темненький!
– крикнула баба Ульяна, - Бо я тоб, чорту лисому, горлки випить не дам, до хати не впущу! ( Укр.
– Чтобы немедленно перекрасил в какой-нибудь темненький! А не то, я тебе, черту лысому, и водки выпить не дам, и в дом не впущу!)

На улице брался морозец. Дед Гнат, конечно, был большим патриотом и не находил в своем поступке ничего скверного, но он знал нрав своей жинки. Потому, покряхтев и посетовав, взял в сарае кисточку, банку краски и поплелся перекрашивать двери туалета.

Лиза, хохоча, рассказала родным эту историю. В тот вечер им пришлось вернуться домой, Анна Григорьевна, то ли подхватив какой-то вирус, то ли простудившись, сильно затемпературила. Развозил всех по домам единственный трезвый человек в округе -- дядя Володя. Он только пришел с суточного дежурства, и еще не успел отпраздновать Новый год. Лиза заметила, как Дашков сунул ему в карман двести гривен, и довольный дядя Володя поехал ночевать к дочери.

– Николя, я не могу оставить матушку. Хочешь -- пошли к нам.

Она смутилась -- мама внимательно слушала.

– Лизочка, я завезу вам нужные лекарства и поеду домой. Завтра на рассвете выезжаю на Кременчуг. Дела, дорогая.

Лиза совсем забыла, что второе января и у нее был рабочим днем. Блин, до чего же быстро проходят праздники!

Температура у Анны Григорьевны поднялась до 38.5. Лиза, не слушая никаких возражений, забрала ее ночевать в свою квартиру. Костику было велено сидеть в детской и не беспокоить бабушку.

Лиза набрала на телефоне список лекарств и сбросила Дашкову смс. Тот съездил в дежурную аптеку и привез ей оттуда целый кулек медикаментов. Потом, заверив Лизу, что уже совершенно трезв, и водит дружбу со всеми полтавскими ГАИшниками, уехал домой.

Лиза опять задумалась: "Как я буду жить у него? Как я оставлю маму? И садик Костика здесь, совсем рядом...И что делать с квартирой? Сдать? Я подумаю об этом завтра!"

Наутро матушке стало лучше. То ли хорошие английские лекарства помогли, то ли иммунитет оказался не слабым. Лиза оставила маме на столике еду, лекарства и разрешила Костику не ходить сегодня в сад.

– Присмотришь за бабулей. Липовый чай и шиповник ей заваришь. Но в ее комнате не торчи, вдруг это вирус.

Она с детства приучала Костика к ответственности. Растила настоящего мужчину.

Лиза набрала на работу всяких вкусностей и помчалась на остановку. Позвонил Дашков. Поинтересовался здоровьем Анны Григорьевны и сказал, что задержится в Кременчуге на два дня.

– А где ты там останавливаешься?
– полюбопытствовала Лиза.

– В квартире. У меня тут двухкомнатная квартира.

– Ни фига себе! Ты мне не рассказывал!

– Но ты и не спрашивала, дорогая. На всякий случай, сообщаю, что у меня есть квартира и в Полтаве. Тоже двушка.

– Аааа, это туда ты возил своих баб?

– Мадам, фи, какой жаргон. Такая интеллигентная дама....

– Я ревнивая дама! Я тебя предупредила! И у тебя еще есть время подумать!

– Мадам, Вы -- мой крест. Но я согласен нести его до конца своих дней. Лиза, я очень рад, что ты будешь носить мою фамилию.

– Я тоже. Семейная жизнь -- это сплошные компромиссы. Я пойду на малюсенькую уступку любимому мужчине - и взамен получу счастливого мужа, волшебную ночь и...новую шубку!

Он расхохотался, поняв, что она просто передразнивает его: