Чтение онлайн

— Я верю тебе, Эльдар, — сказала она тихо, пока стук сердца заглушал собственный голос. — И верю в тебя.

Эльдар улыбнулся — сначала нежно, а затем торжествующе и почти хищно. Склонившись к ее губам, на этот раз он целовал мягко, словно опасался спугнуть. Развязал узелок на вороте ее туники. Губы его стали спускаться по коже ниже, оставляя горячую дорожку из поцелуев. Руки постепенно двигались искушенней.

Майя выгнулась в его объятьях. На миг ее взгляд скользнул к часам на стене. До рассвета оставался час. Самый темный час…

Мысли тут же улетучились, когда она позволила стянуть с себя тунику. А за ней и камисоль. Стоило бы смутиться от своей наготы или испугаться грядущего опыта, но нарастающий интерес затмил страх. Если она чего-то и боялась, то что все это окажется наваждением. Она взялась расстегивать плащ парня, целуя его так, словно это единственное, что могло удержать его в реальности. Хоть на миг отвлечется — и его объятья окажутся прекрасной и жестокой иллюзией.

Качнувшись назад, они оказались у кровати. Майя почувствовала, как Эльдар опускает ее на мягкое покрывало. Она потянула его на себя. Ее руки предательски дрожали, пока она расстегивала его рубашку и проводила по горячему животу. Он схватил ее ладони и покрыл благоговейными поцелуями. От остальной одежды они избавились быстро.

И ее увлекла новая игра: захватывающая и безумная. Но это было такое безумие, что стоит тысячи разумных вещей. Тело словно вновь наполнило невыносимо сладкое и будоражащее вино, которое сорвало внутри все цепи. Майя чувствовала, как тонет в собственных ощущениях. Как сознание расщепляется в них, пока не перехватывает дух. Как обещала, она доверяла Эльдару, следовала за ним, а он прислушивался к ней. Шептал «Хорошая моя… Милая… Никому не отдам…»

Майя уснула, когда дождь закончился и в окно пробились утренние лучи прояснившегося неба. Ускользнула в сон без видений. И впервые за долгое время в сердце ее царила тишина и безмятежная легкость.

Глава 19. Загадка каменной головы

Приоткрыв глаза, Майя прищурилась от дневного света, заливавшего комнату. Эльдар, полностью одетый и причесанный, сидел у письменного стола. Глаза без вертикальных зрачков, плащ ложился по телу гладкой темно-синей кожей, никакой чешуи. Он выкладывал на столе ломти хлеба из бумажного пакета. Рядом уже лежали пара помидоров и баночка плавленого сыра с кусочками ореха.

Майя скинула покрывало, села и хорошенько потянулась.

— Доброе утро.

Эльдар на миг окаменел. Медленно отложил пакет и с бормотанием «Доброе-утро-одевайся-я-за-чашками-и-чаем» быстро вышел.

Да, с ее стороны это было чистым хулиганством. Но этой ночью она познала до какого сумасшествия может довести Эльдара… и так хотелось продлить это волнующее чувство власти… Но стоило вспомнить, что ее все еще связывает опасный договор, а городу грозит война, и эйфорию тут же сдуло, как пух с головки одуванчика.

Ночь осталась позади, а с ней и часы сокровенного счастья. День, каким бы ясным и спокойным он ни был, вернул главное воспоминание — ее битва еще продолжается.

Приняв душ, она оделась в сизую тунику с серебряной орнаментной вышивкой на вороте, завязала на талии плетеный пояс с вкраплением серебряных нитей. Натянула брюки. Последнее время все ее платья пылились на вешалках. Когда в твоей жизни может случиться что угодно, лучше столкнуться с этим не в длинной юбке, мешающей сражаться.

Расчесывая влажные волосы, она невольно вспомнила, как Эльдар распустил их и провел по ним пальцами, словно пробовал шелк. Как наблюдал отуманенными глазами за ее раскрасневшимся лицом и отмечал прерывистое дыхание. И взгляд этот был интимнее, чем прикосновения его рук. А душа ее обнаженнее, чем тело.

Она думала, Маскарон менял ее. Но на самом деле тот, с кем она менялась больше всего и опасней всего — это Эльдар. Никто другой не переворачивал ее мир так нежно и жестоко одновременно. Никакой магический договор не мог затмить ту силу, что тянула ее к нему.

Эльдар вернулся, когда она доплетала косу с голубой ленточкой и старалась выглядеть невозмутимо спокойной.

— Мне понравилось то, что ты сейчас сделала, — внимательно посмотрел он на нее, ставя пакетик с заваркой и фарфоровые чашки на стол, — и даже очень. Но это… выбивает меня из колеи. Сейчас мне нужно сосредоточиться на расследовании.

— Поняла, — послушно кивнула Майя. — Не отвлекаю.

— Повтори в другой раз. То есть я хотел сказать… — Эльдар запнулся и запустил руку в волосы, подбирая слова. А Майя не без любопытства смотрела, как он то ли смущен, то ли растерян. Она редко за ним это наблюдала, потому иногда забывала, что он ее возраста. Он умел и знал больше, чем она, но все же тоже многое познавал впервые. — Прошлая ночь была… удивительной. Одной из лучших, что я переживал. Но пока я должен вернуться к прежним нерешенным делам. Мне нельзя расслабляться. Не с тем, что на кону.

Майя кивнула, понимая его мысли. Они не должны забывать, какую игру ведут. Даже если очень хочется забыть. Война еще не выиграна. У нее самой осталось много вопросов. Из всех накопившихся загадок она пока получила ответ только на одну — как Эльдар стал учеником Маскарона. Их связь оказалась куда более глубокой и сложной, чем она представляла. И, поняв это, Майя задумалась — как многому Эльдар научился у мага в маске? И насколько больше научился, чтобы его убить…

Она налила из графина воды в стакан и поднесла к губам.

— Но это не значит, что я отложу разговор о нас с профессором Семирозом, — заметил Эльдар.

Майя резко обрызгала водой тетрадки на краю стола. Откашлявшись, она быстро вытерла губы тыльной стороной ладони и широко распахнутыми глазами посмотрела на озадаченного парня.

— Не лучшая мысль, — сдержано заметила она.

— Он должен знать. Нам больше не придется прятаться.

— Велик риск, что нам еще больше придется прятаться, — напряженно поправила Майя. — Я сама ему скажу, но не сейчас. Он и так разрывается между обязанностями ректора и стирателя. Не надо его огорошивать и этим, когда он уставший, злой да еще не прочь тебя поколотить за дерзость ему…

Эльдар ухмыльнулся. Это навело на мысль, что он весьма не против устроить схватку с чародеем, в ловушку которого однажды угодил.

«Вы забрали у меня свободу. Почему решили, что я не захочу забрать что-то у вас?»

— …Не надо, — вперила в него взгляд Майя, у которой от воспоминания поползли мурашки по коже. Она помнила, как отец набросился на парня. Тогда оба разыгрывали сцену, чтобы освободиться от наемников. Отец никогда не кидался на других с кулаками как уличный дебошир. По-настоящему он бьет всего несколько метких раз, и последним ударом отделяет голову от тела. На что же способен Эльдар — она не могла сказать наверняка даже сейчас. — Я сама с ним поговорю, — строго глянула она на юношу.