Чтение онлайн

Много неприятных минут пришлось перенести персоналу группы в г. Ютика, где DP должны были выступать перед 10-тысячной аудиторией на футбольном стадионе Корнельского университета.

«В то время у нас существовала договоренность о том, что прежде чем дать добро на проведение концерта, нужно получить согласие трех человек — Тони Мазучи, представляющего „See Factor Light” (компания, отвечающая за световое оформление — прим. авт.), Колина Харта и меня, как представителя команды звукооператоров, — вспоминает Робер Саймон. — Когда мы прибыли на стадион, дождь лил как из ведра. А покрытие футбольного поля было сделано из искусственной пластиковой травы — астроторфа, поэтому естественный дренаж напрочь отсутствовал. Электрокабель, который уже был подключен, покрылся почти четырехдюймовым слоем воды. Нам достаточно было только взглянуть на это, чтоб решить — концерт нужно отменять. Вернувшись в отель я попытался уснуть, ибо чувствовал себя как выжатый лимон, но в 7 часов вечера позвонил Харт и взволнованным голосом сказал, что мы должны попытаться отыграть концерт. Я попросил объяснить, почему мы все-таки должны это делать. Он ответил, что промоутер показал ему контракт, где записано — если мы не попытаемся выступить, у нас будут серьезные финансовые проблемы».

Пришлось Роберту Саймону ехать на стадион. Народу там собралось не меньше 70 тысяч человек. Уже не один час ожидая концерт, промокшие до костей они регулярно «для сугреву» употребляли немереное количество спиртного и вели себя достаточно агрессивно. Саймон включил запись PINK FLOYD. «Это сразу же успокоило толпу. И тут, наконец-то, вышли ZZ ТОР. 7 Но Билли Гиббонс 8 был на сцене около трех минут, пока не выбежал менеджер Билли Хэм. Он вытер большим полотенцем пространство вокруг Гиббонса и вытолкнул его со сцены. Толпа, на глазах которой все это происходило, начала недовольно орать. Я знал, что ZZ ТОР не будут играть на мокрой сцене и был абсолютно убежден — Ритчи Блэкмор из-за риска получить удар током тоже не выйдет. Между тем, толпа все это просекла и начала взбираться поверх заборов безопасности, разбегаясь по сцене. Где-то близко сверкнула молния, и эта вспышка привела к сильному треску в колонках. Я крикнул своим ребятам быстро упаковывать оборудование и уносить ноги. Из толпы раздавались крики, что их ограбили, и все вокруг перевернулось вверх дном. Мы буквально побросали аппаратуру в машины, но как только начали разбирать усилители мощности, толпа окончательно убедилась, что мы сматываемся. Сцена была защищена нейлоновым покрытием, которое было растянуто веревками, на концах утяжеленными емкостями с водой. Кое-кто из толпы начал их прокалывать, веревки ослабли и подпорки начали расшатываться.

Особенно запомнился мне момент, как я бегу от микшерного пульта по площадке, зажав в руках элементы оборудования, а за мной мчится разъяренная толпа. Затолкав все это в машину, я направился к сцене. Наконец-то охранники начали наводить там порядок. Тут я увидел, как один парень, явный лидер, призывал людей, собравшихся вокруг него, громить стоящее на сцене оборудование. Я озверел и бросился на него. Мы вылетели на сцену, где я принялся лупцевать его. Намяв ему бока, я вернулся к грузовикам. Позакрывав дверцы, я оглянулся и увидел, что несколько парней пытаются развести огонь под другим грузовиком. К тому моменту секьюрити потеряли контроль над ситуацией. Я повернулся к сцене и увидел как толпа сбросила с нее непонятно откуда взявшееся там пианино. Потом один из «Ангелов Ада» открутил от сломанного пианино ножку и начал колотить всех налево и направо. Пока я все это наблюдал, Баз Маршалл 9 безуспешно пытался завести машину (двигатель был залит водой). ZZ ТОР, которые приехали к стадиону на арендованном микроавтобусе, тоже искали возможность выбраться побыстрее. Уже тронувшись с места, меня заметил Билли Хэм. Проносясь на скорости мимо, он открыл дверцу микроавтобуса и затащил меня туда. Это была ситуация из разряда „Спасайся кто может!”».

Несмотря на усилия команды, и DEEP PURPLE, и их компаньоны потеряли огромное количество аппаратуры. «В трех милях ниже по улице, в кустах, удалось найти кое-что из усилителей Роджера, — продолжает Саймон. — С них было снято все, что можно, а спрятали их, очевидно, чтобы вернуться за ними позже. На следующий день, когда мы покидали штат Нью-Йорк, я и Рон Куинтон читали заголовки газет, а так как как мы пролетали как раз над этим стадионом, то смаковали тот факт, что нам удалось выбраться живыми».

Опять возникли трения с фирмой «Union», которая, как и в прошлом году, обслуживала концертный зал в Чикаго. 5 и 6 июня DEEP PURPLE давали там концерты (на первом из них выступал и Билли Престон). Ребята из «Union» поставили условие — все подключение аппаратуры делают только они сами, и если кто-либо хотя бы коснется микрофонного шнура, то всех выгонят из зала и концерт сорвется.

Выступление группы в нью-йоркском университете Хофстра 7 июня записывала телекомпания «Эй-Би-Си». «Это была еще одна кошмарная работенка, — продолжает Роберт Саймон. — „Эй-Би-Си” показались со всеми этими грузовиками и командой, думая, что это они будут заправлять шоу. Мы пытались делать саундчек, хотя ни мне, ни группе этого не хотелось. Конфликт возник тогда, когда ребята из „Эй-Би-Си” сказали мне отключить все оборудование. То же самое они повторил и группе. Можете себе представить, как отреагировал Блэкмор на требование отключить свой „Marshall”?»

Один из последних концертов американского тура проходил 16 июня в г. Тампа (Флорида). Но когда группа прибыла в город, оказалось, что в ее распоряжении нет ни одной гитары! Бросились по магазинам, но все они были закрыты. Тогда пришлось взломать двери в одном из них, уведомив об этом полицию. Тем пришлось закрыть глаза на это происшествие, ибо они понимали — в случае отмены концерта последствия будут непредсказуемыми.

Шоу должно было состояться за городом, и на бездорожье вышла из строя большая часть микроавтобусов.

«Дорога проходила прямо посреди трясины и была, по сути, выдавленной в грязи колеей. Сцена же представляла собой серую бетонную pампу на поросшей травой возвышенности. Люди просто висели на деревьях и нас предупредили, что здесь водятся змеи. В довершение всего нас кусали комары», — вспоминает Саймон.

Когда начали устанавливать аппаратуру, оказалось, что опоры для колонок высотой более десяти метров сделаны из дешевых деревянных брусков и явно раскачивались, хотя ветра не было. Более того, их возвели прямо посреди толпы. К тому времени, как DEEP PURPLE вышли на сцену, несколько десятков поклонников вскарабкались по этим конструкциям на хлипкую крышу, и пришлось выставлять охрану, чтобы помешать то же самое сделать другим.

«Темнело. Мимо нас пролетали полные банки с пивом. Вокруг раздавались выстрелы. Когда появились DEEP PURPLE, толпа мгновенно расправилась с защитным забором и окружила сцену. Увидев это, команда поняла, что ни им, ни музыкантам некуда деться. И если б даже им удалось прорваться, то ни машины, ни микроавтобусы не смогли бы выpaться. А народ продолжал взбираться все выше и начал уже карабкаться на бетонную сцену. Группа продолжала играть, но при этом музыканты медленно пятились к стойке с оборудованием. Я никогда этого не забуду. Иен устроил потрясающую сцену. Он решил, что ничего другого делать не остается и подбежал прямо на край сцены лицом к лицу с толпой, продолжая петь. Я знал, что сейчас что-то произойдет и увидел, как здоровенный парень выпрыгнул из толпы к Иену и вцепился за стойку микрофона.

Я думаю, Иен как раз этого ждал, он схватил парня за волосы и начал лупить его стойкой. Стало понятно, что если Иен проиграет схватку, толпа присоединится к этому парню. Но Гиллан так быстро запрыгнул на него и так здорово его „отделал”, что толпа откатилась назад и успокоилась. PURPLE удачно доиграли концерт и все были в восторге».

Выступление в Атланте 18 июня, которое появилось в графике гастролей в последний момент, группа решила отменить. Хотелось немного отдохнуть перед вылетом в Японию. Но у промоутера были связи в «верхах», он позвонил губернатору штата Джорджия Джимми Картеру (будущему президенту США), и тот пригрозил, что если концерт не состоится, то музыкантам отменят визы, и PURPLE никогда больше не смогут выступать в США.

Между тем, во время этого тура Гловер начал замечать отчуждение со стороны Лорда, Пэйса и Блэкмора. С ним мало общались, старались не замечать. Три концерта, данных группой в Нью-Йорке (в конце мая), Гловер до сих пор считает самыми неудачными в своей карьере басиста DEEP PURPLE: «Я ушел со сцены, ощущая этот холод, исходящий от других членов группы. Будучи очень подавленным, я тяжело опустился на стул в углу раздевалки, чувствуя чертовскую усталость. Именно этот момент подловил фотограф, щелкнув камерой. В журнале эти фотография сопровождалась подписью: „Вот до чего доводит рок-н-ролл”».

Точка над «i» была поставлена 15 июня после концерта в Джексонвилле (штат Флорида). Терпение Гловера лопнуло, и он потребовал у Тони Эдвардса прояснить ситуацию. Тот ответил, что ничего особенного не происходит. Тогда Роджер заявил, что не покинет комнату до тех пор, пока не узнает правду. Тони вынужден был объяснить, что Блэкмор не хочет видеть Гловера в группе.

«Я не мог этого понять. У меня никогда не возникало споров с Ритчи, и мой вклад в написание материала был почти таким же. По сути, мы были основными вдохновителями большей части материала. Я даже не пытался выяснять отношения, решив покинуть группу…»