Чтение онлайн

Но нужно было заканчивать гастроли. Группу ждали в Стране Восходящего Солнца. По дороге туда сделали посадку на Гавайских островах, где 19 июня отыграли концерт в Гонолулу.

Выступив в японских городах Хиросиме и Нагое, вечером 25 июня DEEP PURPLE приехали в токийский зал «Будокан». Роберт Саймон так вспоминает этот концерт: «В „Будокане” Колин Харт вел себя очень странно. Я убежден, что он знал о предстоящем уходе Гиллана, но, по-моему, скрывал это от остальных роуди. Билеты на шоу были очень дорогими, и не было никакой предваряющей группы. PURPLE вышли, дали обычный концерт — бам-бам-бам — и ушли со сцены. А толпа все скандировала: „Женщина из Токио!”, „Женщина из Токио!”, но группа „на бис” не вышла. Колин подошел к микшерному пульту и сказал, что группа только что покинула зал. Я знал, что сейчас начнутся некоторые проблемы, я просто чувствовал это.

После 20 минут криков до толпы наконец-то дошло, что PURPLE не вернутся, и они начали крушить все, что попадалось под руку. Мы попытались вынести аппаратуру, а охрана в это время сталкивала нападавших со сцены, так что они решили вместо погрома аппаратуры выместить свою злость на концертном зале. В результате этого „шабаша“ даже обои со стен были содраны. Но все-таки я потерял нашу „змею“ — большой электрокабель. Это напоминало перетягивание каната — они просто разорвали его! Я взбесился и с криком: „Помните Перл Харбор!“ ринулся в толпу, колотя японцев. Некоторых удалось уложить, но вообще-то никто особенно не сопротивлялся. Тут меня осенило, что кто-то из них должен знать карате. Толпа пятилась от меня, образуя круг. Позже я узнал, что они были просто шокированы сопротивлением с моей стороны. У японцев было что-то вроде обычая — если они неудовлетворены концертом, то могут дать волю гневу. Но не должен же я был с этим мириться!

И разгар этой заварухи я попытался упаковать микшерный пульт. Вдруг я увидел, как какой-то парень пытается выдернуть несколько микрофонов, так что я набросился на него. До концерта я познакомился с одной американкой (она преподавала в Японии английский), и я попросил ее прикрыть меня со спины, пока разбирался с тем парнем. Потом я услыщал хрустящий звук, и когда повернулся, то увидел, что это она лупит их ручкой от метлы по головам, не давая подобраться к микшерному пульту. Заварушка то утихала, то возобновлялась. Они отдохнули минут 10 или около того, сделали копья из ограничительных столбиков, но вдруг покинули главную сцену, потом снова вернулись минут на 15. А секьюрити в это время просто наблюдали за всем этим побоищем».

Последний концерт «звездного» второго состава состоялся в г. Осака 29 июня 1973 года. Во время выступления Гиллан не мог сдержать слез. После концерта к Гловеру подошел Блэкмор (впервые за многие месяцы), пожал руку и сказал: «Послушай, лично против тебя я ничего не имею, но верю, что для группы так будет лучше…»

«Самое странное, что я не чувствовал большой враждебности к Ритчи. — говорит Гловер. — Я действительно питал неприязнь к менеджерам, которые меня обманывали, а также к Джону Лорду и Иену Пэйсу, возможно, больше к Джону. Мы уже давно выяснили отношения и стали опять друзьями, но тогда это было для меня ударом. Я полетел обратно на Таити (группа уже отдыхала там в начале мая, — прим. авт.) и в течение трех дней страдал жутким поносом, ибо мои нервы стали ни к черту».

В эту поездку, куда группа отправилась с Эдвардсом и женами, Роджера пригласил Лорд, явно страдающий от чувства вины. Уже в Океании Лорд объяснился с Гловером, сказав, что ради сохранения группы он готов пожертвовать дружбой: «После трех дней, проведенных на острове Моореа, Роджер так расхворался, что вылетел домой, и я не видел его потом долгое время».

Гловер же, вернувшись в Лондон, по его словам, «три месяца безвылазно сидел дома».

Кандидатуру на место Гловера присмотрели давно. Еще в декабре 1972 года Блэкмор, Лорд и Пэйс увидели в лос-анджелесском клубе «Whiskey A Go Go» трио TRAPEZE. Рослый, симпатичный, с волосами до пояса, лидер ТРАПЕЦИИ Гленн Хьюз (Glenn Hughes) не только здорово наяривал на бас-гитаре, но и хорошо пел.

Гленн ХЬЮЗ родился в городе Каннок (недалеко от Бирмингема) 21 августа 1952 года. С 15 лет, бросив школу, окунулся в мир рок-н-ролла.

Гленн был гитаристом бирмингемской группы THE NEWS, потом играл на басу в FINDERS KEEPERS, где впервые проявил вокальные способности. Между прочим, гитарист группы Мел Гэлли позже играл в WHITESNAKE, а барабанщик Дэйв Холланд — в JUDAS PRIEST.

Кстати, любопытно проследить за косвенной связью между Гленом и членами DEEP PURPLE. В одном из интервью Хьюз рассказал следующую историю: «Сначала я влюбился в девушку по имени Джеки. У ее родителей в Канноке был клуб, где я частенько играл в гольф. Уже потом я узнал ее сестру-близняшку — Вики. Она работала фотомоделью. О женитьбе я не думал — мне было всего 22, а Вики — 20. Времени впереди было много и я не думал, что именно тогда бракосочетание было уж столь необходимым, ну разве что года через три…»

Но Хьюз опоздал. Через несколько лет Вики вышла замуж за другого. Ее мужем стал Джон Лорд. А ее сестра Джеки в 1977 году стала женой Иена Пэйса, родив ему троих детей.

Гленн очень любил музыку соул и фанк, с удовольствием слушая певцов типа Отиса Реддинга (Otis Redding) и Уилсона Пикетта (Wilson Pikett), а Стиви Уандера (Stevie Wonder) просто боготворил. Как бас-гитарист он ориентировался тоже на черных исполнителей — Джеймса Джеймерсона (James Jamerson), известного музыканта фирмы «Tamla Motown» и Дональда Данна (Donald «Duck» Dunn) из BOOKER Т. & THE M.G’s.

В 1968 году вместе с Гэлли и Холландом Гленн вошел в состав профессионального ансамбля TRAPEZE. После того, как группа выступила в передаче «Би-Би-Си» под названием «Colour Me Pop», на них обратили внимание именитые земляки — бирмингемский квинтет THE MOODY BLUES. Их фирма «Threshold» выпустила три альбома группы, а старшие товарищи, по сути, взяли шефство над ТРАПЕЦИЕЙ, продюсером которой был басист THE MOODY BLUES Джон Лодж. Два коллектива также частенько гастролировали вместе.

С июня 1970 года, после ухода органиста Терри Роули и вокалист Джона Джонса, TRAPEZE выступали как трио. На родине большого успеха они не снискали, а вот в Америке им удалось привлечь к себе внимание. Свой первый самостоятельный (и очень удачный) концерт ребята отыграли в Хьюстоне (штат Техас). Гастролируя по югу США, группа приобретала все больше поклонников. Интересен тот факт,что на двух аншлаговых концертах в 1971 году выступления ТРАПЕЦИИ предваряли начинающие тогда карьеру ZZ ТОР.

В начале 1973 года группа выступила в лондонском «Marquee Club» и произвела впечатление. «TRAPEZE играли в „Marquee” около четырех раз и каждый концерт посещал тот или другой член DEEP PURPLE, — вспоминает Хьюз. — Я не знал, к чему бы это, предполагая, что они высматривают себе предваряющую группу».

В мае TRAPEZE стали квартетом, пригласив в состав басиста Питера Мэки (Peter Mackie). Хьюз становится вторым гитаристом группы. В июле 1973 года, когда TRAPEZE очередной раз катались по Техасу, Хьюза пригласили в Нью-Йорк, где в гостинице «Plaza» Лорд с Пэйсом предложили ему присоединиться к DEEP PURPLE. Кстати, в то же время Хьюз получил предложение войти в состав создаваемого Роем Вудом ELECTRIC LIGHT ORCHESTRA. Естественно, Хьюз отдал предпочтение DEEP PURPLE, рассчитывая стать не только басистом, но и ведущим певцом группы. Правда, другие члены DEEP PURPLE, соглашаясь с тем, что Хьюз будет иметь вокальные партии, тем не менее, замену Гиллану искали.

Сначала Ритчи обратился к вокалисту группы FREE Полу Роджерсу (Paul Rodgers). Тот попросил две недели на размышление, но потом отказался. Как оказалось, он уже занялся созданием BAD COMPANY: «Конечно, здорово было бы петь в составе DEEP PURPLE. Но в то время я уже шел по твердо намеченному пути. Мы с Миком Ральфом приступили к созданию новых композиций, как раз проходили пробы нашего трио — я, Мик и Саймон Керк. У нас не было только бас-гитариста…»

Пришлось давать анонимное объявление в «Melody Maker» о том, что некая группа ищет вокалиста. По иронии судьбы, почти все кандидаты, приславшие катушки с демонстрационными записями, старались копировать манеру Гиллана.