Дела любовные
Шрифт:
Смерть, одна сплошная смерть, он убивал их, убивал, калечил, разрывал на части — и в этом была виновата только я. Я одна — предательница, мучительница, глупая смертная… Ой. Мир завертелся перед глазами. Нет, только не это. Я почти поверила, что это сон, я почти поверила, что Лео не может причинить кому-либо вред, я сама себе закрывала глаза долгие годы. И этой тварью я гордилась? Эту тварь боготворила?!
Тишина… Они не могли дать ответ. Теперь, поняв истину, мое сердце металось в груди, грозило рвануть прочь, я, пошатнувшись, оперлась рукой на косяк. Они мертвы. Все мертвы. Выпотрошены, разорваны, мертвы… Это слово сковывало, словно обладая какой-то своей, темной магнетикой. Я стояла в царстве смерти.
Я повернулась и, судорожно пропустив воздух сквозь сжатые зубы, всмотрелась внимательнее. Он сладко посапывал, красивый, нереальный… Он убил их всех только потому, что хотел доказать самому себе (да и мне) что он не человек. Хотел напомнить себе, что не принадлежит этому миру, хотел уверить себя, что монстр в нем все еще жив. У него получилось. Демон, тварь…
Нек, прости меня, любовь моя, что не верила тебе до конца. Прости, что ругала — ты человек — так должно быть. Ты ведь знал, с самого начала знал, с каким монстром мне «посчастливилось» жить все эти годы, ты знал, как я привязана к этой твари, как любила ее все эти годы… Ты все знал, даже Лео просил меня бежать пока не поздно! Почему же я была настолько глуха к вашим мольбам?
Ответ пришел внезапно. Глупый, безрассудный, очевидный. Как же все было просто! Вот оно — то чувство, что заставляет людей сдвигать горы, то чувство, которым гордятся, которое ждут, которого боятся. Вот оно — грех и мое проклятье! И имя ему — любовь.
Лео странно засопел. Я вздрогнула и резко обернулась. Он просыпался. Я оторвала руку от косяка и отступила. Вампир сморщил носик, изогнул бровки и полу сонно выдохнул, его веки дрожали. Я отступала вглубь комнаты. Только тихо…
Ой! Моя нога за что-то зацепилась и я кубарем покатилась по полу, выставив для страховки перед собой руки. Кровь брызгами окатила меня с ног до головы. Я подавила вопль брезгливости. Осторожно выпрямилась, подняла глаза и… взглядом уперлась в предмет, что заставил меня спотыкнутся — голова, та самая, которую я недавно так бесшабашно отпихнула. Тут уж я не выдержала и завизжала, что было мочи. Кричала, выхлестывая все, что накопилось — смерть, обиду, ярость, ненависть. Их кровь, их руки, ноги, тела — все закружилось перед глазами, смешалось в плохоразличимый мазок, я уткнулась головой в ладони, рыдая от отвращения и злости. Я сейчас сойду…
— Мия?! Что?!
Я взлетела на ноги так быстро, что у меня голова закружилась. Лео, распахнув глаза от удивления, слизывал капельки крови с губ, стоя в проеме. Я шарахнулась в сторону, уперлась спиной в чье-то изуродованное тело, взвизгнула от ужаса, отшатнувшись, поскользнулась и, неловко взмахнув руками, упала на пятую точку. Завыла от боли. Лео сделал шаг в мою сторону.
— Не подходи! — Во мне всколыхнулось отвращение, я каракатицей отползала от него подальше. Он покорно остановился, глядя на меня чуть ошарашено.
— Мия, что… Почему ты… Как…
— Не подходи, не подходи! — Как заведенная твердила я, поднимаясь на ноги и стараясь не упускать его из виду — вдруг набросится?
Лео набрасываться не спешил. Он сделал еще один робкий шажок в моем направлении, протягивая руки.
— Ты… Ты… Не смей прикасаться ко мне!! — я едва не взвыла от ужаса. — Ты… монстр, ублюдок, чудовище! Тебе мало было моей крови, крови моих друзей?! Ты решил уничтожить город?! Будь ты проклят, тварь, нежить! Ты… Зачем ты помогал мне? Это что, была какая-то извращенная игра «Помоги, чтобы убить потом»?! Ты смеялся надо мной?! Мерзость! Не подходи! — Я вздернула руки. Меня колотила дрожь, я тяжело дышала от гнева. Он молчал, от удивления приоткрыв рот, его ресницы пораженно трепетали — он даже не успел разозлится. А я не хотела ждать. — Что за корысть тебе была воспитать меня, делать подчиненное лицо, смеяться над моими шутками? Ты не мог убить меня раньше?! Ты издевался! Что ты сделал?! Что это?! — Я обвела взглядом разгром. Он послушно покрутил головой, и, словно не найдя ничего предрассудительного, обернулся ко мне. Я задыхалась, мне не хватало воздуха.
— Это..? — Он нахмурился, ничего не понимая. — Что?
— «Что»?! — Заорала я, окончательно выйдя из себя. — Ты в своем уме? Ты еще пытаешься шутить? Ты… чудовище… Ты… Я ненавижу тебя! — Я кинулась прочь.
— Мия! Мия, вернись! — Лео в стремительном броске ринулся за мной. Странно… он не спешил убивать меня, сносить мне голову, разрывать на части…
Я забилась в его руках, когда он неожиданно появился передо мной, я рвалась, бранилась, кусалась, он терпеливо ждал. Я ненавидела его всеми фибрами души. Нек, любовь моя, прости, что никогда тебе не верила, прости меня! Я исправлюсь, обязательно! — стану прилежной супругой, буду ежесекундно ублажать тебя, нарожаю тебе детей… Пожалуйста, не дай этому демону взять надо мной верх! Пожалуйста, путь он знает, как я его боюсь! Нет! Я люблю тебя…
— Чудовище!..
Хватка исчезла. Лео отшатнулся, запустив тонкие пальцы в шикарные локоны, и едва слышно застонал. Я отступала, слишком рассерженная, чтобы удивляться. А стоило бы, потому что Лео покачнулся, упал на колени, спрятав лицо в ладонях. Его плечи нервно дрожали. Крылья! Черт возьми, крылья! Прекрасные крылья, сыпля блестками и сполохами чистой энергии, горели, жгли взор фиолетовым пламенем. Гнев прорвался, сметая Печати и Ограничения. Дождалась! Бежать, немедленно бежать! Но ноги приросли к полу и не слушались свою хозяйку — я застыла, как вкопанная.
Лео медленно поднялся. Боже… Мое горло сжал спазм. Он… Нет. Как это?! Он же… не может чувствовать! Не может… Нет… Я растерянно отступала. Я смотрела на Лео, смотрела, распахнув глаза, и мне хотелось рыдать…
По его щеке катилась хрупкая кровавая слеза, блестела чистой энергией, переливалась, неся с собой боль и колющую ненависть. Он зарычал, я вздрогнула, но не двинулась с места. Я пораженно молчала, мне не хватало воздуха, но на этот раз от ужаса. Что?! Он не может, не должен… Как?!
— Лео ты… — Голос был хриплым, сорванным и ломался. — …плачешь?!
Рык — не человеческий, звериный, полный скрытой боли, был мне ответом. Он мгновенно оказался рядом — прекрасный, ужасный, разъяренный, и только тихо пискнула, когда он занес руку. Одно прикосновение и… смерть. Ну что ж — этого стоило ожидать. Он же чудовище…
— Убей меня, убей! Ты же хотел этого долгие годы, так? Жаждал свободы, вольной жизни — всего, чему препятствовала я. Быстро. Давай, монстр, чего же ты ждешь? — Не было страха, не было ужаса, просто… Пустота.
Его рука дрогнула. Секунда борьбы взглядов и… он отрешенно отступил, тяжело дыша. Пол как-то нехорошо покачивался. Снятие Печати чревато…
— Не могу… — Он отступал к стене. — Я не могу убить…Что ты со мной сделала?!
Я качала головой, ко мне вернулась чувствительность. Секунда — и я вылетела в общий коридор. Моя нога подвернулась, и я покатилась по лестнице, вскрикнув от боли в пояснице и копчике. Лодыжка стенала… Я попыталась было встать, но…
Толчок. Меня швырнуло, перекрутив, к стене, я заорала от страха — все залило нежным голубоватым светом, кто-то захохотал, явственно звякнули окна — вышибло ветром, что-то оглушительно грохнуло, свет стал нестерпным…
— Geetuly akupoli aropan!
И все стихло. Наступила просто неприличная тишина, такая, что уши даже заложило от непривычки. Я осторожно открыла один глаз. Темнота. Второй глаз — темнота. Вскоре я додумалась оторвать ладони от лица и сесть вертикально. Тишина и сумрак. Слова… Эти слова… Как знакомо наречье и диалект! Если бы только…
«Повелитель с нами…»
Я так и подскочила. Внутренний голос отгадал загадку! Но он-то откуда…
— Так… — Протянула я, холодея. — ты мой внутренний голос или же…