Чтение онлайн

— Гости запаздывают?

Я пристроила цветы в вазу и ответила:

— Да нет, просто уснули. Я все равно хотела уже будить их, а то они новый год так и проспят. Я подниму их?

Александр Сергеевич озадачился:

— Зачем?

Теперь уже ничего не понимала я.

Он расстроено сказал:

— Стася, вы извините, ради бога, что беспокоим вас в такой вечер. Мы были в офисе, охранник сказал, что вы выходили вместе. В городской квартире его нет, друзей я обзвонил, его телефон отключен. Сергей, случайно, не говорил, куда он поедет?

В этот момент в дверях появился сощурившийся от яркого света Сергей. Увидев отца, он заулыбался и сказал:

— Привет! — И полез обниматься с отцом и с Игорем. — Папа, тебя совершенно напрасно отпустили в отставку: навыков розыскной работы ты совершенно не потерял. Ну, скажи, как вы меня нашли?

Отец смущенно оглянулся на меня:

— Если бы ты сказал маме, что уехал к Стасе, кто тебя стал бы искать? А так ты ей пробормотал по телефону что-то маловразумительное, она и всполошила нас с Игорем.

Я вмешалась:

— Александр Сергеевич, это я просила Сережу позвонить маме. Наверное, лучше было сразу позвонить вам…

Сергей засмеялся:

— Ничего не лучше. И вообще, родственники, не пора ли вам по месту прописки? — И вдруг посерьезнел: — Папа, я вернусь сам. Если Стася согласится, мы приедем вместе завтра к вечеру. Я и маме так сказал. Вообще, зря вы затеяли эти поиски, и мама там переживает, ждет вас к столу.

Я решительно поднялась:

— Сережа, это никуда не годится, так выпроваживать гостей.

Он повел широкими плечами, обтянутыми черной майкой и тут же подхватил:

— Конечно, не годится. Давай неси нам закусить, мы с родней выпьем по пятьдесят грамм за мое возвращение и выпроводим всех культурно. Тем более им до дачи еще минут пятьдесят ехать, а дороги сегодня не очень.

Не давая никому опомниться, он разлил водку в три рюмки, налил мне мартини, дважды сгонял меня в кухню за холодным мясом и за полюбившимися ему помидорами и провозгласил:

— Ну, Сергей Александрович, с возвращением тебя!

Отец только укоризненно покачал головой. А Сергей притянул к себе обоих гостей и сказал, закрыв глаза:

— Пап, баньку мне затопишь? Соскучился я за нашей банькой, правда.

Александр Сергеевич не удержался и съязвил:

— То-то я вижу, как ты домой спешишь.

Сергей примирительно сказал:

— Да ладно, обсудили ведь уже.

Тут он, наконец, увидел мое платье, туфли и прическу, и растерянно встал:

— Ого, какая ты красивая!

Александр Сергеевич засмеялся, а Игорь потер лицо руками.

Тут уже и я не выдержала:

— Сережа, у меня просто слов нет!

Вынудив Стасю дать клятвенное обещание приехать на дачу к родителям, отец и Игорь, наконец, отбыли.

Когда дверь лифта за нашими неожиданными гостями закрылась, я повернулся к ней и сказал:

— Извини, что так позорно уснул. Все-таки разница во времени ощутимая. Если ты не возражаешь, я быстро приму душ, переоденусь, и, наверно, пора будить Темку. И давай уже начнем встречать новый год.

Когда я вышел из спальни, на ходу завязывая галстук, мимо меня промчался Темка с какой-то тарелкой в руках. На бегу он радостно сказал мне:

— Мама мне разрешила сегодня вообще спать не ложиться.

В гостиной Стася повернулась на наши голоса, и я опять с удовольствием увидел ее красивое улыбающееся лицо.

— Все готово! — объявила она.

Тема, озабоченный своим статусом встречающего новый год взрослого, деловито осмотрел стол и сказал:

— Можно садиться.

Мы уселись так, чтобы всем было удобно смотреть на экран. Показывали старую комедию, на экране пела юная Гурченко. Темка внимательно следил за развитием сюжета, а мы со Стасей тихо разговаривали ни о чем: о погоде, о том, что такой снег в городе редкость, обычно снег совсем не лежит, его съедают городская сырость и соль на дорогах, что зима еще продлится целую вечность. Стася вспомнила, что в Питере зимой еще и ветрено, и неожиданно загрустила.

Я предложил:

— Давай, проводим старый год? Вспомним все хорошее, что в нем было, и простим ему все плохое, что с нами случилось.

В ее бокале таяли льдинки, они звенели о хрусталь, когда она подняла его.

— Пусть так.

Мы выпили. Стася ушла куда-то и принесла мне тяжелую массивную пепельницу. На экране появился наш президент. Мы дослушали его, как водится, выстрелили шампанским, под восторженные вопли Темы, потом открыли балконную дверь и с бокалами вышли на морозный воздух.

Казалось, что с последним звуком боя курантов город взорвался. Темка вцепился в перила, наслаждаясь салютом. Мы со Стасей сдвинули бокалы, я повернул ее к себе, запрокинул голову и поцеловал, но не в нежные, чуть раскрывшиеся от изумления и неожиданности губы, а в висок, туда, где спускалась вниз прядь волос.

Она шевельнулась, и я с сожалением выпустил ее из рук. Охрипшим от волнения голосом сказал:

— С новым годом! Надеюсь, ты успела загадать желание?

Темка замерз, и нам удалось его затащить в комнату. Мы пересели на диван, и он вплотную занялся купленными нами в супермаркете пирожными и мандаринами.

По всем программам показывали праздничные концерты, и неожиданно я услышал начальные аккорды "Калифорнии". Я поднялся и спросил у Темы:

— Разрешите пригласить вашу даму?

Он важно кивнул.

Я чувствовал под руками тепло ее тела под скользким шелком платья и запах ее духов. Подчиняясь мелодии, она покорно плыла в моих руках. Невольно я чуть усилил объятия, и она подняла ко мне спокойное и строгое лицо.

— Извини, — виновато пробормотал я.

Все когда-нибудь кончается, с последними звуками музыки я выпустил ее из рук, даже не пытаясь удержать.

Мы глянули на Темку и расхохотались. Облокотившись о диванную подушку, он крепко спал. Рядом с ним на столе выросла огромная конусообразная куча мандариновой кожуры и оберток от конфет.

— Давай, я отнесу его в детскую? — предложил я.

— Нет. Я обещала ему, что, даже если он нечаянно заснет, я позволю ему остаться здесь.

Стася принесла поднос, и собрала на него Темкин террикон. Потом она переставила на поднос посуду.

Я молча курил, опираясь на подоконник, а она мыла тарелки и рюмки. Натерев хрусталь до блеска, составила посуду на рабочий стол, огляделась, как будто жалея, что ничего больше мыть и вытирать не нужно, и спросила: