Чтение онлайн

– Не слишком ли это короткий период для наблюдения за ночными акулами?

– Все зависит от того, сколько привычек вас интересует и каких акул...

В зале засмеялись.

– В конце концов, - сказал Линтон, - свидетель не специалист по акулам.

Камерон обиженно возразил:

– Я как раз эксперт по акулам, занимался их изучением. Судью Ньюарка заинтересовала эта стадия опроса.

– А вы не знаете, кто был этот человек?
– спросил он, наклоняясь вперед.
– Вам известно лишь то, что его зовут Смит?

– Да, сэр.

– Вы сообщили об этом полиции?

– Нет, они меня об этом не спрашивали.

– И это единственная лодка, которую брали напрокат за вечер убийства?

– Да.

– С которого часа, вы говорите?

– С четырех часов дня. Правда, еще одну лодку у меня нанимали в три часа дня, но к пяти ее уже вернули.

– Кто ее нанимал?

– Незнакомая мне женщина.

– Одинокая женщина? Ее никто не сопровождал?

– Нет, никто. Она занялась ловлей рыбы. У меня часто берут лодки, чтобы поудить.

– Вы сможете описать этого Смита?
– неожиданно спросил судья.

– Да, сэр. Постараюсь. Молодой человек, черноволосый, очень худой. Новичок в смысле лодок. Я это сразу определил, потому что на меня произвело впечатление, как он...

– Я не думаю, что личные впечатления свидетеля имеют значение! возразил Линтон.

– Возможно, и не имеют, - раздраженно произнес судья,- однако суд заинтересовался этой фазой опроса и показаниями свидетеля. Вы имеете в виду, что он не умел как следует управляться с лодкой?

– Совершенно верно, ваша честь.

– Вам не кажется это странным для человека, который интересовался, пусть даже теоретически, привычками акул?

– Именно это я и хотел сказать, но господин остановил меня. Мне показалось странным...

Судья Ньюарк улыбнулся:

– Не попытаетесь ли вы описать внешность этого человека поподробнее, мистер Камерон? Как он был одет? Каков его вес?

– Он был в пальто, и это тоже показалось мне необычным. Точнее сказать, неуместным.

– В каком смысле?

– Ну, ваша честь, человек, который собирается сесть за весла, надевает наверняка куртку из водоотталкивающей ткани или кожаную, что-то в этом роде, брюки и ботинки или сапоги. Поверьте, я до этого ни разу не видел человека на лодке в пальто. Особенно в таком дорогом.

– Почему?

– Понимаете, гребные лодки почти всегда текут, на дне у них за день накапливается рыбья чешуя, крючки, поплавки, разная дребедень... А пальто непременно спустится до днища, промокнет и испачкается. В лодке от воды не убережешься. Вы же наверняка знаете, что сиденья в таких лодках низкие и...

– Да. Да, я понимаю, что вы имеете в виду, - пробормотал судья Ньюарк.

Было ясно, что теперь он был еще сильнее заинтересован.

– Значит, Смит был одет в пальто. Можете ли вы описать его пальто?

– Очень светлое, скорее всего, светло-серое, из добротного толстого драпа, модного фасона, с красивыми пуговицами.

– Материал гладкий или с какими-то узорами?

– Гладкий, ваша честь. С ворсом.

– Вы сказали, что этому человеку было лет тридцать?

– Да, около тридцати. Не старше.

– Опишите его наружность.

– Я заметил только, что он был худощавым и темноволосым, вроде бы сильно сутулился. Когда работаешь у воды и сталкиваешься с яхтсменами и пловцами, то все они - широкоплечие здоровяки. И если тебе на глаза попадается сутулый человек с впалой грудью, то это сразу заметно!

– Понятно, - сказал судья Ньюарк.
– И этот человек взял у вас лодку примерно в девять часов, а в половине одиннадцатого ее вернул?

– Точно так, ваша честь.

– Он не сказал, где побывал?

– На отмели, наблюдал за акулами. У него с собой был фонарик.

– А тетрадка или записная книжка?

– Такого я ничего не заметил. Может быть, в карманах пальто?

– Он не справлялся о месте нахождения илистой отмели?

– Нет, сэр. Мне показалось, что он знает, куда плыть. Сел в лодку и отправился. Но, судя по тому, как он управлял лодкой, было ясно, что в этом деле он новичок.

– Что вы имеете в виду?

– Его гребки были нерегулярными, он то и дело "ловил леща". Весла то слишком глубоко погружались в воду, то едва касались поверхности. Поэтому он почти не продвигался вперед. Могу поспорить, что он ни черта не смыслил ни в гребле, ни в лодках, ни в воде.

– И это была единственная лодка, которую у вас арендовали в тот вечер?

– Точно.

– Вы бы узнали этого человека, если бы снова его увидели?

– Да, сэр. Думаю, что узнал бы.

– У меня все, - сказал судья Ньюарк, обращаясь к Мейсону: Продолжайте, господин адвокат.

– А теперь, - Мейсон резко изменил тему своего перекрестного допроса, - скажите, вы согласились доставить полицию на яхту?

– Да, сэр. Они спросили меня, известно ли мне, где может находиться яхта, и я ответил, что хорошо знаю ее стоянку. Потому что мистер Бербенк постоянно бросает якорь у одной и той же отмели.

– Когда вы отправились на яхту?

– В четверть двенадцатого.

– Это было в разгар отлива?

– Да. За полтора часа до самой малой воды.

– К этому времени яхта уже легла на грунт?

– Да.

– Сильно накренилась?

– Сильно. На ней было трудно стоять.

– И это наклонное положение яхты спутало какие-то вещественные доказательства?

– Об этом я ничего не знаю. Вещественные доказательства меня не касаются.

– Как сильно накренилась яхта? На сколько градусов от перпендикуляра?

– Градусов на двадцать - тридцать.

– В таком положении было трудно держаться на ногах?

– Я бы сказал, да.

– Тело лежало на полу?

– Да.

– В том положении, которое зафиксировано, точнее сказать, запечатлено на фотографии?

– Да.

– Если убийство произошло в пятницу, то в субботу был еще один период мелкой воды. Я имею в виду отлив, начавшийся в субботу, в три минуты первого, правильно?

– Да, сэр.

– В котором часу он начался?