Чтение онлайн

В общем, в итоге все обошлось, но с тех пор особого энтузиазма в поиске потеряшек за сотрудниками Агентства не наблюдалось. Однако я обещала Марине...

Пришлось отменять поход к Жеке.

– Какая жалость, роднуля,- запричитал Женька.- А я только сегодня хотел тебе одного парнишу показать. У Феклы в мужском зале такой клиент появился: ноги, походка... Хотел с тобой посоветоваться...

– Жека, а не боишься, что отобью?

– Фу на тебя!

– Да ладно, шучу,- рассмеялась я.- Мы с тобой, подружка, никогда не пересечемся. А я завтра забегу.

– Давай, в любое время - без записи. У меня такая кассета с Борей Моисеевым появилась - закачаешься...

***

Отрыдав положенное и выпив всю нашу валерьянку, посетительница наконец смогла что-то внятно объяснить.

У нее, Юлии Николаевны, есть в Самаре любимая подруга - однокурсница Алла. После Политеха они виделись всего несколько раз, но постоянно созваниваются, знают все друг о друге. В Самаре Алла вышла замуж, у нее родилась дочка. И вот девочка выросла и решила учиться в Питере. Поскольку Юлия Николаевна не замужем, а квартира, оставшаяся ей от родителей, весьма вместительна, то она сама и предложила Алле: пусть Оленька на время учебы поживет у нее. "Может, и ты тогда скорее ко мне в гости выберешься",смеясь, сказала она подруге. Порешили. И вот вчера Оля приехала. Оставила вещи и тут же помчалась в свой институт. Из института позвонила и сказала, что обо всем договорилась в деканате: завтра ей нужно сдать деньги на коммерческом отделении и вопрос с зачислением будет решен (экзамены она сдала уже в своем городе - в филиале питерского института).

– После меня она еще перезвонила Алле в Самару,- снова вытерла набежавшие слезы Юлия Николаевна,- и после этого - пропала. Ко мне домой она не вернулась...

Мы помолчали.

– В милиции были?- спросила я.

– Не берут заявление,- сглотнула женщина комок.- Говорят, у этих молоденьких девочек есть такая особенность - исчезать на день-два и появляться, когда сами захотят. Они просто не знают нашу Оленьку...

– Ну вы, извините, ее тоже до этого ни разу не видели,- вставила я.

– Это не важно. Я знаю Аллу. И верю ей. Оля - тихий, домашний ребенок. Она, понимаете, не такая, как вы...- Юлия Николаевна выразительно глянула на разрез моего мини-платья и покраснела.- Извините... Ей ведь нет еще и семнадцати, в октябре только исполнится.

Я пропустила мимо ушей ее реплику. Я представила себе эту Олю провинциальную тихоню, которая элементарно просто, выбравшись из-за маминой печки, могла забрести с новыми подружками куда-нибудь в ночной клуб, потом в гости. Хотя... Все могло быть и не так.

– Я не хочу вас обидеть... Она - не наркоманка?

– Ой, что вы!- замахала женщина руками.- Она даже не курит.

Я понимала, что Юлия Николаевна, не знавшая Олю лично, могла завышать ей оценки, но женщину по-человечески было жалко: подруга присылает ей единственного ребенка, а тот исчезает.

– Деньги за учебу были при ней?- уточнила я.

– Да,- кивнула женщина.- Она думала, что в тот же день придется платить. А вы что думаете?..

– Я ничего не думаю. Я пока просто спрашиваю. Здесь каждая деталь может играть важную роль.

Эта фраза успокаивающе подействовала на просительницу. Она уважительно посмотрела на меня, впервые обвела взглядом кабинет. Потом как-то очень долго задержалась взглядом на фотографии в рамочке, стоящей на соседнем столе: Аня и Вовка Соболины с маленьким Антошкой гуляли по дорожкам Павловского парка.

– Кто это?- не к месту спросила женщина.

– Мои коллеги. Главный репортер и главная розыскница Агентства. Семья Соболиных.

От этих высоких титулов, которыми я наградила ребят, Юлия Николаевна еще больше присмирела и даже носом перестала шмыгать.

– Ну, пожалуй, я все у вас спросила. Теперь давайте фотографию вашей Оли.

– Да в том-то и дело, что у меня ее нет,- снова расстроилась женщина.

– Как нет?

– Так получилось, что Алла за эти годы прислала мне всего пару фотографий дочери, но там она еще дошкольница.

– Ну и как же мы будем искать вашу Олю?

– А по приметам - нельзя?

– Может, лучше у матери срочно фото получить?

– Ой, что вы! Алла же ничего еще не знает! Ну как мне, посудите, ей такое сказать?

– Да ведь такое же не скроешь!

– У Аллы, к счастью, нет домашнего телефона, а с работы и от соседей она не может звонить часто. Вот я ей пока и говорю, что Оля либо в институте, либо уже спит, уставшая... Только на вас и надежда, Светлана Аристарховна!

Да, ситуация. Спасибо вам, Марина Борисовна, удружили. Я выразительно глянула на Агееву. Та моментально уткнулась в монитор своего компьютера. Вот уж поистине: кто людям помогает, тот тратит время зря.

Юлия Николаевна, увидев мое недовольное лицо, стала быстро описывать Олю:

– Маленькая такая, худенькая. Темные короткие волосы, темные глаза...

На этом приметы заканчивались. Особых - не было.

– Ну не знаю...- Я закурила.- Полгорода таких девушек. Может, она на кого-нибудь похожа? Ну на певицу, на актрису. На Анжелику Варум, например, или на Зару?

– Похожа,- с готовностью подхватила Юлия Николаевна.- Вот на эту карточку,- и она кивнула на семейное фото Соболиных.

– Что - на всех сразу?

– Нет,- смутилась посетительница.- На девушку. Она, правда, здесь в профиль и старше Оли. Но сходство есть. Такая же незащищенная...

Да, хорошие "особые приметы".

***

Посетительница засобиралась. Я за ее спиной показала кулак Агеевой и, простившись, отправилась в свой кабинет за сумочкой: мы договорились пообедать вместе с моей новой подружкой Асей. Но в кабинет в поисках Соболина заглянул Обнорский. Я вспомнила наш утренний разговор, поправила ремень на своем сером платьице и прошлась вокруг Андрея:

– А так - хорошо?

Шеф читал вчерашнюю информационную ленточку и глянул на меня поверх очков.

– И так хорошо, и по-другому. Я же говорил: тебя ничем не испортишь,- и он снова уткнулся в текст.

Я обиделась на такое откровенное равнодушие: сам же просил, чтобы я ходила в сером. Я села за компьютер, но уже через секунду не выдержала и глянула на Обнорского поверх монитора.

– И вовсе я за тобой не слежу.

– А что же ты сейчас делаешь?- рассмеялся Андрей.- Смотришь исподтишка, как я читаю информации, следишь за выражением моего лица, так? Разноса боишься? Зря. Хорошо вчера отработала кражу картин из военно-морского училища, молодец!