Чтение онлайн

– О плаще я быстро догадался. Сейчас у нас стоит засуха, и, собираясь куда-то две недели назад, Элеонора не стала бы брать с собой плащ, в особенности теплый осенний, в котором ее нашла полиция. Если бы она и брала плащ с собой, то предпочла бы какой-нибудь легкий и складывающийся таким образом, чтобы практически не занимать места.

– Но зачем Элеоноре было раздеваться в квартире Этель Белан, надевать плащ, отправляться в парк и устраивать танцы при луне? Почему Этель Белан дала ей его…

– Она могла и не давать, – перебил Мейсон. – С таким же успехом Элеонора могла просто снять его с вешалки, не спрашивая разрешения. Мы знаем только одно: эта вещь принадлежит Этель Белан. Больше она нам ничего не сообщила.

– Да, ты прав, – согласилась Делла Стрит.

– Конечно, она предположила, что нам все известно. Обрати внимание на то, что эта квитанция покрывает арендную плату с шестнадцатого по двадцать третье августа. Сегодня у нас семнадцатое. Этель Белан строго следит за финансовой стороной дела. Она взяла арендную плату за неделю, следовательно, можно прийти к выводу, что договор вступил в силу или второго августа, или девятого и оплата вносилась раз в неделю.

– Элеонора уехала из дома вечером второго августа.

– Она могла поселиться здесь и девятого. В таком случае нам предстоит выяснить, чем она занималась со второго по девятое августа.

– Ты обратил внимание, шеф, что Этель Белан ссылалась на нее как на Элеонору Корбин, а не Элеонору Хепнер?

– Конечно.

– Так зачем же она все-таки снимала эту квартиру с девятого по шестнадцатое?..

Грузовой лифт остановился на третьем этаже. Дверца открылась. Это был другой лифт с другим лифтером.

Мейсон пропустил Деллу Стрит вперед и зашел следом за ней, держа чемоданы таким образом, чтобы лифтер не мог определить, пусты ли они или забиты до предела.

– Нас вызывали, чтобы забрать багаж, который отдают в починку, а дежурный послал нас к грузовому лифту. Лифты в передней части дома – только для жильцов и их гостей!

– Знаю, знаю, – с сочувствием в голосе закивал лифтер. – Здесь происходит много странных вещей. Если бы вы дали ему доллар, то зашли бы с парадного входа и…

– Мы дали ему доллар?! За что? Чтобы нам разрешили пронести чемоданы от лифта до машины?

Лифт остановился на первом этаже, Мейсон и Делла Стрит вышли из него, открыли широкую дверь и остановились в переулке.

– Иди за машиной, Делла, – велел Мейсон. – Подъедешь сюда и заберешь меня с чемоданами.

– Почему бы тебе…

– Не исключено, что кто-то попытается отобрать у тебя багаж, – улыбнулся Мейсон. – У меня это сделать гораздо сложнее.

Мейсон остался стоять на тротуаре рядом с двумя яркими чемоданами и сумкой. Стройная фигура Деллы Стрит быстро скрылась за углом. Примерно минуты через три она подъехала на машине. Мейсон загрузил вещи в багажник. Делла Стрит пересела на место пассажира, а Мейсон повел машину.

– Куда теперь? – поинтересовалась девушка.

– Например, к тебе. Эти вещи уж слишком заметны, и в нашем здании на них определенно кто-нибудь обратит внимание. Скорее всего, их в недалеком будущем упомянут в прессе.

Делла Стрит кивнула.

Мейсон влился в поток движения. Притормозив на перекрестке на красный свет, он подозвал продавца газет и купил вечерний номер.

Пока Мейсон следил за ситуацией на дороге, Делла Стрит просматривала газету.

– Так! – воскликнула она.

– Что новенького?

– Журналисты с радостью сообщают тебе, что ты – «персона нон грата».

– Почему так получилось?

– Они поняли, что ты хочешь избежать огласки, а поэтому разошлись на полную катушку. Подобные рассказы всегда привлекают внимание читателей. Наследницу идентифицируют богатые родственники. Для того чтобы информация не просочилась в прессу, нанимают дорогостоящего адвоката. Он также будет представлять девушку, если ей предъявят какое-либо обвинение. Шеф, а если подумать, семья поступила несколько странно, не так ли?

Мейсон кивнул.

– Такой крупный аванс… Боже праведный, ведь ты берешь такой гонорар только в делах об убийстве!

Мейсон снова кивнул.

– А все эти разговоры о защите семьи от скандальной известности… Ведь с самого начала было ясно, что вся история неизбежно просочится в прессу, а их действия привлекли еще большее внимание – в десять раз больше, чем если бы они не нанимали тебя, не появлялись вместе с тобой в больнице, а ты не отвозил бы Элеонору в неизвестном направлении.

Мейсон опять кивнул.

– Да, ты полон энтузиазма, – саркастически заметила Делла Стрит.

– Просто соглашаюсь с тобой.

– Я сейчас подумала, как странно, что они обратились к тебе, попросив заняться связями с общественностью… Они говорили, что хотят свести историю на нет, а в результате малозначительный эпизод стал обрастать деталями, словно снежный ком. Перри Мейсон, известный адвокат по уголовным делам, нанятый семьей Элеоноры, меняет врача, перевозит пациентку в частную клинику в машине с сиреной, несущейся со скоростью шестьдесят миль в час и маневрирующей в потоке движения таким образом, что за ней не угнаться. Никто не представляет, где сейчас находится больная. Далее следует история семьи: богаты, постоянно ездят в Европу, фотографии отца, упоминается о тайной женитьбе с Дугласом Хепнером. Боже праведный, шеф, все, что они пытались скрыть, в деталях описано на первой полосе.

Мейсон снова молча кивнул.

– Насколько я понимаю, скорость твоего мыслительного процесса значительно опережает мою, – заметила Делла Стрит. – Когда ты обо всем догадался?

– Когда мне вручили чек на двадцать пять тысяч долларов.

– Да, я тут, конечно, туго соображала. Почему они это сделали?

– Потому что, по выражению Ольги Джордан, они предполагают, исходя из предыдущих выходок Элеоноры, что на этот раз она выкинула что-то из ряда вон выходящее.

– Интересно было бы поговорить со Сьюзен Грейнджер и выяснить, как она связана со всем этим. Видимо, она – третья сторона треугольника.

– Не исключено.

Делла Стрит, задетая сдержанностью адвоката, откинулась на сиденье и молчала, пока машина не притормозила у ее дома.

– Вызвать носильщика? – спросила секретарша.

– Нет, – покачал головой Мейсон. – Я поднимусь вместе с тобой. Пусть твои соседи думают, что ты куда-то уезжала по делу. Боже, ну почему эти чемоданы такие яркие?!

– Скорее всего, в холле мы никого не встретим, шеф. Да и вообще мы постоянно срываемся с места и возвращаемся в самое разное время, так что мои соседи к этому уже привыкли.